Гений клана (СИ)

Просторный и светлый зал встретил хозяев праздника почти звенящей тишиной: присутствовали лишь изображающие из себя статуи слуги клана Сенти. Родители Элина и Алексии должны были прибыть с минуты на минуту — чуть раньше, чем во дворец ступят первые гости.
Прошло немногим больше минуты, когда через соединяющую зал и сад арку прошёл сосредоточенный Дорш в паре с улыбающейся и радостной Иннес.
  
— Мама. Отец. — Синхронное приветствие сорвалось с уст Элина и Алексии, вынудив маску Дорша треснуть, а Иннес — ещё шире и, что важнее, совершенно искренне улыбнуться. — Мы надеемся, что этот вечер вам придётся по душе.
— Ничто не сможет осчастливить нас сильнее, Эли. — Произнесла Иннес, старательно делая вид, будто никакой влаги в уголках её глаз нет и быть не может. — Алексия, дорогая, на этом празднике ты точно станешь бриллиантом, притягивающим все взгляды!
— Не стоит, мама. — Девушка смущённо улыбнулась, но спустя секунду, заметив уже своих родителей, подняла голову, утянув им на встречу и Элина тоже. И это было правильно, так как поприветствовать требовалось и их. Ведь совсем скоро объявятся гости, игнорировать которых виновнику торжества крайне нежелательно.
Потому разговор с ними не затянулся надолго: прошло всего несколько минут, а Элин вместе с Алексией уже приветствовал Амелию, которую, неожиданно, сопровождал тот, кого перерождённый ожидал здесь увидеть меньше всего. Эти рублёные черты лица, отливающие металлом холодные глаза и ёжик коротко остриженных седых волос — сам Лагес Фуга, глава великого клана Фуга, почтил приём своим присутствием.
«В который раз убеждаюсь в том, что не все традиции одинаково хороши» — подумал Элин, отвешивая уважительный поклон. Приглашая дочь главы клана, он не мог не пригласить самого главу. Но это отнюдь не значило, что он действительно хочет его видеть — такое приглашение было насквозь формальным.
Впрочем, этот факт не помешал Лагесу им воспользоваться.
— Глава Лагес, Амелия. — Мужчину новый глава клана удостоил лишь положенным по этикету минимумом внимания, стойко выдержав его взгляд и, спустя несколько секунд, обратив своё внимание на желанную гостью. — Признаться, Амелия, классическое платье смотрится на вас так же прекрасно, как и наряд мечницы. Надеюсь, сегодня я смогу рассчитывать на танец с вами.
— Безусловно, Элин. — Амелия кивнула с улыбкой на лице, а вот Лагес чуть нахмурился. Элин же выждал секунду — и решил, что теперь можно и представить свою спутницу.
— А теперь позвольте вам представить Алексию, мою спутницу. — Девушка приветливо, — ничуть не опасаясь не слишком дружелюбного взгляда Лагеса, — улыбнулась и изобразила книксен, в её исполнении смотрящийся крайне необычно и красиво. Амелия, будучи гостьей на празднике друга, зеркально отразила этот жест, в то время как Лагес не стал идти на уступки и отделался предписанным ситуации кивком. — Я ещё раз приветствую вас от лица клана Нойр. Надеюсь, праздник придётся вам по вкусу.
Сказал Элин — и посмотрел на Лагеса недобро. Его показное пренебрежение уже начало нервировать Элина, а отсутствие даже смутных догадок касательно цели прибытия главы великого клана грозило вот-вот возвести потенциал зарождающегося конфликта в абсолют. Элин никогда не любил таких людей — заносчивых просто потому, что до сего момента не нашлось никого, кто смог бы втоптать их в землю.
Тем не менее, накалять обстановку и дальше не позволил прошедший через арку Юстиан, уделивший своему внешнему облику много больше внимания, чем обычно бывало ранее. Всё, начиная от общей стилистики его наряда и заканчивая незначительными деталями вроде узоров на перстне отлично сочеталось, подчёркивая стиль и род деятельности своего владельца.
Иными словами, что на первый взгляд, что при ближайшем рассмотрении Юстиан Кэррион выглядел так, как и хотел: очаровательным и интригующим дипломатом, способным расположить к себе любого из ныне живущих людей.
Даже человеконенавистника.
— Юстиан, рад тебя видеть. — Парни пожали руки. — Ты решил сменить стиль?
— Так же, как и ты. — Третий сын клана Кэррион развёл руками, одновременно указав на облачение Элина. В этот раз к выбору наряда перерождённый подошёл не только с практической точки зрения, как это бывало обычно. Немаловажную роль сыграло и то, как его одежда смотрелась рядом с Алексией, — та в первую очередь озаботилась именно этим вопросом, — и насколько соответствовала его новому статусу. Среди малых кланов такое не было распространено, но главы средних и великих кланов предпочитали сохранять в своём облике нечто уникальное, нечто, присущее только им.
Так, например, Лагес походил на ожившего и покрытого кожей голема — его высеченную из камня фигуру вместе со скверным характером трудно было забыть или с кем-то перепутать. Глава Игнис, Сорака Игнис, носила соответствующие её вспыльчивости яркие наряды преимущественно алых, редко — жёлтых оттенков. А Элин…
Новый глава клана Нойр решил обыграть оттенки своего пока единственного слияния и воспользоваться той харизмой, что стала его неотъемлемой частью благодаря силе Эриды. Иными словами — он изменил свой гардероб, в котором тёмные оттенки теперь были разбавлены ядовитой зеленью и серебряным блеском. Изначально это была всего лишь смутная идея, но работа профессиональных портных, ведомых вкусом Алексии, позволила воплотить её в жизнь.
К слову, прямо сейчас Алексия умудрилась прочитать атмосферу и удалиться, перехватив дочь главы Фуга и заведя с ней разговор.
— Положение обязывает. Что думаешь? — Юстиан сразу понял, на что намекает стрельнувший глазами в сторону тихо переговаривающегося с Доршем Лагеса друг, так что ответ не заставил себя ждать:
— Или отцовская ревность, или заинтересованность в тебе как в особенном студенте академии. Больше предположений у меня нет — нужно время и информация. — Последнюю фразу он произнёс с намёком на сожаление.
— Я пришёл к тем же выводам, но… — Элин хмыкнул. — … первый вариант меня не интересует — тут у тебя в руках все карты. До второго же мне ещё нужно дожить: пока хватает других, более важных дел, чтобы приплетать сюда ещё и серьёзную занятость в академии.
— Охотно верю, но про Амелию, будь другом — постарайся не распространяться. Я ещё не представляю из себя фигуру достаточно весомую, чтобы официально рассчитывать на такие отношения.
— И не думал, Юстиан. — Кивнул перерождённый, весьма польщённый тем, что его усилия, судя по оговорке про официальность, принесли свои плоды. — Но если будет нужна помощь — только свистни. А пока — извини, нужно заняться другими гостями.
С этими словами Элин оставил друга на попечение подошедших девушек, а сам вернулся к арке, через которую прошла Хора в паре с Седриком. Сестра так и не отказалась от собранных в хвост волос — лишь слегка изменила причёску, поэкспериментировав с пробором и расположением прядей.
Седрик же сохранил свой прежний облик, но при этом заметно повзрослел — не в физическом плане, но в ментальном. Его обучением уже больше двух недель занимался Фогус, но при том и о мастерских ему забывать было нельзя. Иными словами, жизнь испытывала парня на прочность, намереваясь его или сломать, или закалить.
Но человек, которого сейчас Элин видел перед собой, в самую последнюю очередь походил на готового вот-вот сломаться.
— Хора. Прекрасно выглядишь. — Элин приобнял сестру, а с Седриком обменялся рукопожатиями. — Что-то ты, брат, невесел. Не надумал отказаться от своей затеи?
— А кто, если не я, Элин? — Спросил он, поведя плечами. — Да и бросать дела только из-за их сложности… Если бы я так поступал, то и мастерских никаких бы у меня не было.
  
— Верно…
Нойр кивнул, не став вслух говорить о собственном взгляде на этот неоднозначный вопрос. Обычно люди считали, что за преодоление трудностей жизнь награждает, но бывало и так, что за одной проблемой обнаруживалась ещё одна, много большая. А там, где нашлось место двум проблемам, найдётся уголок и для третьей, четвёртой, десятой… Говоря иначе, временами жизнь делала всё для того, чтобы человека сломать.