Гений клана (СИ)

Где-то вдали раздался протяжный крик, а следом за ним — торжествующий вой начавшего жатву духа. Как Элин и предполагал, дать волку отпор бандиты оказались не в состоянии.
Следовательно — можно приступать к поискам.
Сколько сокровищ сокрыто в подземельях таких городов, разрушенных до основания в глубокой древности? Много, очень много. Одному человеку и за всю жизнь не вынести отсюда всех богатств, даже обвешавшись перстнями-хранилищами словно шлюха — дешёвой бижутерией. Но Элину не нужно было ни золото, ни артефакты. Его интересовала лишь одна вещь, попавшаяся ему в исторических хрониках ещё тридцать девять лет назад.
  
Гримуар.
Тогда Элин разменял уже четвёртый десяток, достиг алмазного ранга и окутал себя славой опытного, сильного анимуса, но ни семьи, ни дома у него так и не появилось. Зато цель, или, если хотите, мечта, у него была. Любой ценой вернуть к жизни отца, мать и друзей — вот, чего он хотел. И гримуар мог всё это обеспечить, если, конечно, истории о нём были правдой.
Элин склонился над трупом воина и, сохраняя непроницаемое выражение лица, рассеял когти, зачерпнув полную ладонь крови мертвеца из выбоины в полу. Руны, начертанные свежей людской кровью, обладали особой крепостью, силой и долговечностью, достичь которых можно было лишь использовав ценные ингредиенты, достать которые порой было попросту невозможно.
Правда, в большинстве городов это искусство было отнесено к тёмным и, соответственно, запрещено, но Элин никогда не гнушался использовать и куда как более мерзопакостные ритуалы. Окунув кончики пальцев свободной руки в кровь, анимус приступил к работе, спустя четверть часа завершив страшную в своей простоте руну, занявшую всё доступное на стене пространство.
Поиск — и ничего лишнего. Никаких костылей, никаких уточнений, к каковым прибегали неопытные или слабые анимусы. С тех пор, как Элин взял собственный разум под контроль, научившись дополнять руны мысленным посылом, всё это ему стало просто не нужно. Конечно, подобный способ не позволил бы кому-то ещё воспользоваться конструктом, но Элин, узнав о существовании гримуара, быстро избавился от обременительных знакомств.
Торговцы да информаторы — вот и все люди, с которыми он мог заговорить.
Спустя секунду анимус приложил руки к холодному камню, опустил веки и начал беззвучно шевелить губами. Одновременно с тем вязь рун пришла в движение, крошечный коридор заполнило алое сияние… и Элин отпрянул, не сумев сдержать рвавшуюся на лицо улыбку. Нечто с уникальным набором свойств действительно находилось неподалёку. Очень, очень близко — буквально в нескольких километрах.
Будучи не в силах и дальше сдерживать себя, анимус бросился вперёд.
Лестницы, бесчисленные коридоры и залы, редкие ловушки и хитрые механизмы — всё это было до боли ему знакомо. Еще в пору своей юности он вместе с другими беззащитными горожанами укрывался в одном из главных залов, пока воины и анимусы отражали нападение. Но несмотря на всю мощь его родного города, несмотря на всю ту храбрость, с которой сражались его защитники, демонические звери фактически сравняли Китеж с землёй — из более чем трёхсот тысяч человек уцелело всего несколько сотен. Стены, здания, шахты — всё оказалось разрушено, и выжившим только и оставалось, что примкнуть к прибывшим на зов о помощи спасителям.
И он, Элин Нойр, бесполезный наследник павшего клана, был принят в одну из знатных семей Авалона — города, славящегося своим нестандартным подходом к обучению потенциальных анимусов. Стоит ли говорить, что именно там открылся безграничный талант юноши к самым тёмным и страшным искусствам, когда-либо известным человечеству?
Сам того не заметив, Элин оказался в просторной зале, в котором напрочь отсутствовал пол. В кромешной тьме виднелся лишь узкий каменный мост, ведущий к постаменту с покоящейся на нём книге, да тусклые светильники, что сияли, но не освещали.
В одно мгновение сменив форму на человеческую, Элин быстро приблизился к вожделенному гримуару. Чёрная, рельефная кожа, скрепленный толстыми железными скобами корешок, пожелтевшие ото времени страницы и невероятная аура, могущая принадлежать только подлинному артефакту Древних. Выдохнув, анимус провёл рукой по поверхности книги — и вздрогнул, едва заметил, что на обложке остались пятна крови, оставшейся на его пальцах. Благо, обложка была всего лишь обложкой, и повредить структуре книги это никак не могло. Лёгким движением руки анимус испарил кровь, и медленно, наслаждаясь каждой секундой, распахнул гримуар.
ПЛАТОЙ ЗА ВТОРОЙ ШАНС СТАНЕТ ЖИЗНЬ.
Огромные чёрные буквы словно бы намалевал какой-то ребёнок, но испускаемая ими магия сразу выбивала из головы подобные мысли — вряд ли на свете можно было бы найти кого-то, способного повторить подобное даже имея на руках образец. Невероятной сложности рунные чары, выведенные, судя по всему, кровью Небесного Дьявола — разновидности жутких в своей мощи драконидов. Отличительной особенностью этих чернил была абсолютная невидимость и возможность наносить руны друг на друга, поверх, образуя цепочки и комбинации, повторить которые с использованием иного материала не под силу даже Богу. Собственно, из-за того, что кровь эту нельзя ни увидеть, ни почувствовать, Элин и сделал такой вывод.
Иначе объяснить невероятную магию, наполняющую Гримуар, было невозможно.
— Я, Элин Нойр, готов отдать в качестве платы свою жизнь… — Стоило ему произнести эту фразу, как вырвавшийся из фолианта серый туман окутал его с ног до головы, лишив всякой возможности двигаться. Только сейчас Элин понял, что он сделал — безо всякой страховки, без предварительного изучения попавшей в его руки техники, прямо в глубинах содержащего в себе чёрт знает какие опасности подземелья пообещал Гримуару свою жизнь в обмен на что-то, о чём он сам имеет лишь самое отдаленное представление, полученное из древних летописей и трудов давно уже погибших анимусов. Глупость! Величайшую глупость он совершил! И, возможно, последнюю в своей наполненной лишь тьмой и страданием жизни…
Попытки вырваться ни к чему не приводили — туман лишь еще сильнее сжимался, грозясь просто раздавить тело попавшейся в ловушку жертвы. Дюрас не реагировал на приказы, что означало лишь одно — сила Гримуара была настолько велика, что он сумел с небывалой лёгкостью отрезать сознание анимуса абсолютного ранга от его демона-зверя. Конец. Бесславный и ироничный конец. Оборвать тысячи жизней на своём пути к мечте и споткнуться, практически коснувшись её.
Последним, что увидел Элин, стало на невероятной скорости вращающееся колесо, больше всего напоминающее таковое у обыкновенной телеги — восемь спиц, ось и цельный обод, украшенный причудливой резьбой…
Воспоминания схлынули так же резко, как появились, оставив пытающегося унять заходящееся в бешеном стуке сердце парня наедине с реальным, ужасающе чётким и настоящим миром. Несколько секунд парень лежал неподвижно, собирая мысли в кучку и пытаясь понять, в какой именно период жизни его забросило. Судя по тому, что тело было тренировано довольно скромно — шестнадцати ему ещё не стукнуло.
Что касается обстановки…
С пола был виден лишь потолок, старый шкаф да часть стола, на котором хранилось всё то, что он первоначально принял за хлам. Заготовки для рунных пластин — по сути тот же мусор, но в юности Элин не мог себе позволить экспериментировать на дорогом металле, который шёл на производство готовых, проверенных изделий с хорошим спросом.
«Проклятье! Какой, будь он неладен, металл⁈»
Элин медленно приподнялся на руках и взглянул на кровать, где лежала уже успевшая оккупировать его место девушка. Стройные бёдра, аккуратная грудь, прекрасные рыжие волосы, лебединая шея, соблазнительные губы вишнёвого оттенка — природа не обделила Алексию красотой…
  
Но видят боги — какая же она на самом деле стерва!
Элин вспомнил этот день. Вспомнил, как только увидел в своей постели беззаботную соблазнительницу. Ему, неспешно поднимающемуся на ноги и проверяющему подвижность старых-новых суставов, казалось, что проверяющий, нацепив гаденькую улыбку, ещё вчера сообщил, что таланта к становлению анимусом у наследника клана Нойр нет. Что, поддавшись горькой обиде, впервые в жизни напился — и позволил Алексии, весь предыдущий год приглядывающейся к месту спутницы наследника клана, воспользоваться ситуацией.