Под одной крышей (СИ)

— А я, представь себе, совсем не готов.
— Почему?! — возмущенно вскинулся Шерлок, но тут же беспечно махнул рукой. — Ну и ладно. Ничего страшного.
— А как же твоя природная брезгливость? — съехидничал Джон.
Он решил для себя, что это всего-навсего такая необычная игра, и ничего не надо воспринимать всерьез.
— Знаешь, Джон, — задумчиво ответил Шерлок, — на тебя она почему-то не распространяется. И вообще, не обязательно сразу же приступать к половому акту. Для начала я могу сделать минет, потом мне его сделаешь ты. Потом мы отдохнем от оргазмов, ты снова возбудишься, и мы приступим к самому главному. Сегодня ты проникнешь в меня. А завтра, когда ты тоже подготовишься, я проникну в…
  
— Я тебя сейчас убью, и ты никуда и никогда больше не проникнешь! — выпалил Джон, повторяя про себя, как молитву: «Игра… Игра…»
Но Шерлок как будто не слышал.
— Поскольку опыта сексуальных взаимоотношений с мужчинами у тебя нет, я возьму на себя доминирующую роль, — продолжил он, закинув руки за голову.
— А ты, значит, очень опытный? Ну как же, три презерватива.
Шерлок повернулся к нему лицом и лег на бок, подперев голову согнутой в локте рукой.
Длинный, изящный, мерцающий в полутемной спальне лунной кожей… Беспорядочно вихрящиеся кудри, бездонные, холодные глаза… Очень красивый. И невыносимо сексуальный.
И Джону вдруг до дрожи захотелось увидеть, как этот безупречный рот скривится совсем не безупречно, издавая животные стоны, как эти холодные, внимательные глаза нальются прозрачной влагой, как задрожит и покроется совсем не аристократичным потом это тонкое, гибкое тело, а между широко раскинутых бедер вытянется твердой стрелой отчаянно ждущий ласки, налитый алой, человеческой кровью член, который он пока так и не разглядел…
— Да, опыта у меня ещё маловато. А у тебя его нет совсем.
Железная логика.
— Джон, я плохо тебя понимаю. Не далее, как сегодня после работы, разбирая на кухне пакеты, ты на всё согласился. Наконец-то. В чём дело?
Пошел ты к дьяволу, Шерлок. Ни в чём…
Джон снова решил не относиться ко всему этому серьезно.
Тем более что ему наконец-то выпал шанс полюбоваться стояком Шерлока, хотя пока он даже ресницами не мог шевельнуть, не говоря уже о том, чтобы опустить вниз глаза.
Тем более, его собственный стояк уже вполне сформировался.
К его удивлению.
К его ужасу.
Но к ужасу ли?
— Тебя надо возбудить, — между тем объявил ему Шерлок и бесцеремонно положил ладонь на его не ожидающую такой наглости ширинку. — Господи, Джон! Получается, что не надо… Вот видишь, как вовремя я пришел! Ты уже на грани очередной мастурбации.
Он удивленно рассматривал Джона, как будто тот не лежал рядом с ним на кровати, а ожидал своей участи в виде какой-нибудь инфузории на стеклышке микроскопа.
А потом быстро сел и так же быстро, Джон и охнуть не успел, стянул с него штаны.
А трусы под пижаму Джон не надевал никогда. Мало ли что может ночью присниться…
Даже в полумраке Шерлок увидел, что его ожидает.
— Джон… Это же… — потрясённо прошептал он.
— Испугался? — усмехнулся Джон. — Беги, пока цел.
Но Шерлок тряхнул кудрями и снова улёгся рядом. Отважный, но притихший и заметно ошеломленный.
Не меняя положения и картинно изогнувшись в пояснице, Джон нарочито медленно стянул с себя майку и бросил её на пол.
— Ну, — сказал он заинтересованно, — с чего мы начнем?
— С минета, — твердым голосом сообщил ему Шерлок.
— С минета так с минета.
Шерлок мгновенно воодушевился и развил бурную деятельность.
— Ложись поудобнее.
Возможно, некоторые подружки Джона делали это намного лучше Шерлока, тем более, что сам Шерлок не делал этого никогда. Всё возможно. Но такого непередаваемого удовольствия Джон ещё не получал. Это факт.
Прежде всего, Шерлок засунул свой нос в густые короткие волосы его лобка и глубоко втянул воздух. Ничего подобного Джон не ожидал. Такое не делала ни одна из его подружек. Вообще, представить, что охваченная страстью женщина будет обнюхивать его член, как собака сосиску, было невозможно. Даже за очень большие деньги.
Но Шерлок сделал именно это — его влажное дыхание обдавало пах, губы почти касались кожи, и это было так возбуждающе, что Джон крепко зажмурился и так же крепко сжал губы, чтобы не застонать в полный голос. Но проконтролировать свой член он так и не смог — он подергивался, шевелился, и совершенно недвусмысленно рвался Шерлоку в рот.
— Спокойно, Джон, не спеши, — как в микрофон сказал Шерлок прямо в наполненную истомой головку. — Знаешь, твои гениталии замечательно пахнут. Мне нравится.
И снова понюхал.
Невозможно поверить, что можно так изнемогать от одного только дыхания. Это неправильно.
Так не бывает.
Но сначала были ладони. Вот с чего началось это безумие. Как же Джон мог об этом забыть?
Две ладони, как два «утюга» дефибриллятора, легли на его бёдра, и Джона так подбросило, что Шерлок испуганно отшатнулся.
— Джон, не надо реагировать так бурно. Держи себя в руках. Говорил я тебе — долго терпеть нельзя. Давно бы уже всё перепробовали. Не вздумай кончить прямо сейчас. Мне интересны вкусовые ощущения, а не только твой запах.
Джону хотелось вцепиться в кольца кудрей и со всей силы насадить на себя болтающий рот. Ещё пять минут, и он станет таким мокрым, что Шерлоку это может быть неприятно. А вытереться ему нечем. Конечно, можно использовать простыню, но… И именно в этот момент он ощутил невероятное — его член начал медленно погружаться в теплую влагу.
— Ты очень вкусный, — пробормотал Шерлок, но вдруг отстранился и строго сказал. — Предупреди меня, когда будешь на подходе. Я не хочу, чтобы это попало мне в рот. Не беспокойся, я доведу дело до конца при помощи рук, и ты получишь обещанное удовольствие.
И губы снова плотным кольцом обхватили член.
«Ничего ты мне не обещал… ненормальный… Господи… Господи! Как хорошо!»
Там, в бесподобной и сладостной глубине вспыхивала бесконечная радуга ощущений.
Джону хотелось погрузиться в рот увлеченно сосущего его Шерлока без остатка.
Он дрожал, парил, метался на смятой постели, и сердце выпрыгивало из груди.
Глубже, Шерлок, ещё глубже!
Джон выгибался упругой дугой, стремясь войти в Шерлока целиком, пропасть, раствориться в этой сладостной бездне.
Шерлок поглощал его член с неистовой яростью, то и дело притягивая к себе руками блестящие от пота бедра, а Джон так же яростно толкался в его истекающий слюной рот. Он не чувствовал своего тела — живот, ноги, всё исчезло. Осталось только блаженное томление и неумолимо подступающее освобождение.
— Шерлок… Я… Рукой! Черт возьми, рукой!
Член выскользнул изо рта, но Шерлок не тронул его даже пальцем. Он сделал такую невероятную вещь, что Джон потом долго удивлялся, почему он остался жив, почему его сердце так и не выпрыгнуло через горло, в котором оно билось, как птица в силке.
Подхватив его ноги, Шерлок решительно поднял их вверх, и, как изголодавшийся зверь, впился ртом в раскрытый, беззащитно обнаженный анус. Горячий быстрый язык оказался где-то внутри, в глубине, обжигая нежную ткань, и всё закружилось, поплыло перед глазами…
Джон кончал сейчас совсем не как мышь. Он рычал очень громко, как лев. Как гребаный царь зверей.
— И от этого ты хотел отказаться? — раздалось у него между ног.
Джон не знал, что ответить. Сказать «спасибо» глупо, «пошел к черту» — ещё глупее…
Но отвечать ему не пришлось.
Шерлок, как всегда, взял инициативу в свои руки.
— Джон, ты мог бы простимулировать мой орган точно таким же образом?
«Господи…»
— Боюсь, что так, как ты, я не смогу.
— Ерунда! Ты, конечно, никогда не брал в рот мужской член?
— Конечно.
— Надеюсь, у тебя получится хоть что-то.
Но Шерлок не знал, что несмотря на то, что Джон и в самом деле никогда не брал в рот мужской член, всё, что он делал в этой жизни, во всяком случае, то, что касалось секса, он делал по высшему разряду, даже если делал это впервые.