Новогодняя игрушка для негодяя (СИ)
Неужели и правда он умышленно меня дрессирует? Хотя что Розочка понимает в отношениях? У неё у самой их пока не было. Подруга, скорее, теоретик, чем практик.
— Ну, может, и нет, — допустила возможность другой причины игнора подруга, чем невольно подтвердила мои мысли, и мне сразу же немного полегчало, но не до конца, — в общем, жди Кир и ничего не предпринимай.
В этом я была склонна с ней согласиться.
— Ладно.
Попрощалась и побрела домой. К сожалению, в этот раз подруга мне не особо помогла советом, поэтому не оставалось ничего другого, как весь вечер гипнотизировать телефон, ожидая хоть какой-то весточки от Темнова.
Её я, в конце концов, дождалась. В двенадцатом часу ночи, правда… Когда уже вся извелась и в красках представила их с Миленой рандеву в отеле, психанула и решила вычеркнуть Семёна из жизни навсегда.
Перед сном, чтобы немного успокоиться, привычно полезла в Инстаграм проверить, у кого из знакомых что нового, и совершенно на автомате зашла первым делом к Темнову — привычка. Я хоть и отписалась от него, но многолетнюю практику любования чёрствым засранцем на сон грядущий разве так просто из себя искоренишь? Ну и, в общем, зашла я к нему, а там... аншлаг! Пять минут назад Сем Тем разместил целых три фотографии — и все со мной! Я аж телефон выронила из трясущихся рук и скинула на пол одеяло! Внезапно стало жарко.
Лица моего на фото видно не было, он его закрыл сердечками, но сами изображения были многоговорящими.
На первом мы катались на снегоходе, и я обнимала Сем Тема за талию, а щекой прижималась к спине.
На второй мы стояли в новогоднюю ночь у ёлки близко-близко друг к другу и, видимо, разговаривали. Темнов, улыбаясь, смотрел мне в глаза очень проникновенно. Понятия не имею, кто нас снимал, но момент поймал удачный.
Ну а на третьей фотке я вообще спала у Сем Тема на плече, и это было селфи. Что сказать? Посты от комментариев просто раздулись! Никогда, ни разу за все время, пока я была подписана на Сем Тема, он не выкладывал настолько личные фото... Это о чём-то да говорит!
Интересно, а о чём? Растерялась в догадках. И хоть его поклонницы уже разворачивали на меня охоту — спасибо, что скрыл лицо, из-за этого меня пока не вычислили — сердце трепетало, а улыбка невольно растягивала губы. Вычёркивать из жизни я его как-то резко передумала, но сомнения раздирали на части. Почему он не звонит мне и не пишет?
Милена из головы выходить упорно отказывалась. Для кого он выложил эти фотографии? Может, для неё? Может, она не хочет его отпускать? А он таким образом сообщает ей, что у него есть другая? Пришёл, сообщил, что больше они не увидятся, она ухватилась за его ноги, разрыдалась, он не выдержал… А потом пришёл и выложил фото…
Ох, ужас. Так можно додуматься до чего угодно!
В общем, в итоге я решила лечь спать пораньше, чтобы поскорее наступило завтра и хоть что-то прояснилось.
Но, наступивший день опять ответов на вопросы не дал.
Коллектив, видимо, от вчерашнего потрясения отошёл, и хоть и осторожно, но начал со мной общаться. Зоя с Неллей так вообще на правах старых знакомых взяли меня под свою опеку, когда я явилась к ним в отдел на стажировку, и завалили кучей не относящейся к работе информации.
Оказывается, на место Марго, которая ушла в декрет, перевели секретаря из другой фирмы, входящей в состав «Апполлион-групп», а с Темновым временно осталась Дарья, поскольку он до последнего утверждал, что его секретарём буду я, и подобрать кого-то нового не успели. Свежеиспечённую пенсионерку даже пришлось вызвать на работу из дома, потому что мой гад вредничал и ни на кого другого не соглашался. Ясно теперь, почему я вчера ассистента Семена Степановича не видела, вчера она ещё наслаждалась свободой.
А ещё девушек разбирало страшное любопытство по поводу того, каким образом я просочилась в приёмную генерального на столь загадочную должность. Они даже обмолвились, что в тот памятный вечер на телефон меня снимала Маша, пытаясь получить в ответ откровенность за откровенность, но я — кремень. Прикинулась шлангом и намекнула, что давно знакома через родственников с Захаром Сергеевичем. Любопытные Варвары многозначительно переглянулись — «Тогда все ясно, везде блат» — и от меня отстали.
А вот Темнов ко мне по-прежнему не приближался! Алексей, тот — да. С ним я столкнулась на обеде — мы с девочками-рекламщицами пришли в столовую, когда он уже уходил, но всё равно Апполлионов успел поинтересоваться моими успехами. Потом он забежал в рекламный отдел, где я пока без особых успехов пыталась разобраться в тонкостях рекламы, чтобы пригласить к себе на презентацию в будущий понедельник.
Ещё раз увиделись в конце рабочего дня — Алексей стоял на крыльце и говорил по телефону, когда я вышла. Предложил подвести до дома, но я отказалась — хотелось прогуляться.
А вот Темнова я не видела. Да где он прячется-то?! Что вообще происходит?! Я была на взводе.
В общем, не знаю чем бы закончился мой день, если бы ни завтрашний суд, ради которого я взяла отгул и весь вечер рылась в сети в поисках подобных моему случаев.
Это неприятное и нервное занятие немного меня переключило, но я всё равно решила, что завтра — последний день, когда я терплю непонятный темновский игнор. Не объявится — молча заберу свои вещи, и пусть обо мне забудет! Я не позволю мотать себе нервы и дрессировать, как Генриха!
Глава 31
Наутро я оделась в специально купленное для судов тёмное скромное платье, сделала строгую причёску и, через силу позавтракав, вызвала такси. Настроение было поганое: нервничала, не выспалась и вообще предчувствовала предсказуемый исход заседания, который в очередной раз заставит меня рыдать. Такси я вызвала, потому что решила — могу себе позволить эту роскошь: деньги у меня есть, а тащиться на маршрутке сегодня — вообще лишнее. Не то у меня сейчас состояние, чтобы толкаться, пробиваясь к сиденью, и дышать перегаром трудящихся.
Вышла из подъезда по звонку диспетчера и чуть не поскользнулась от неожиданности…
Никакое такси меня не ожидало, зато ожидал Темнов. Распахнув двери своего большущего внедорожника, он стоял, не сводя глаз с подъезда. Я замерла. Что-то екнуло, ухнуло, пробежало волной по телу и остановилось где-то в сердце, заставив его биться чаще. Мне резко перестало хватать воздуха, и я двинулась к Семёну в надежде вновь обрести возможность дышать.
А он пошёл ко мне… и, не доходя пары шагов друг до друга, оба замерли, вглядываясь в лица. Пытаясь разглядеть какие-то неведомые знаки. Наверное, эмоции, подтверждающие ответные чувства.
— Я задолбался ждать, пока ты мне позвонишь, Лисичкина, — первым нарушил напряжённую тишину Семён, — поэтому приехал сам, а такси отправил обратно...
— Я позвонить? А как поживает Милена? — наезд показался мне ужасно несправедливым, и я возмутилась.
— Ты. А кто? Ты сказала… попросила, вернее, чтобы я дал тебе время подумать, и что ты позвонишь сама!
Ох, точно! Было такое. Сама дурочка. Он просто меня послушался, а я… Уф-ф… Главное — не признавать вину. Ведь лучшая защита — нападение.
— Кто она? Ты был у неё вчера? — я сощурила глаза и задрала подбородок, демонстрируя решительный настрой.
— Пойдём в машину, Лисичкина, в суд опоздаем, — Темнова мой настрой вообще не впечатлил. Он вдруг начал улыбаться во весь рот, не скрываясь, а потом, притянув меня к себе, поцеловал. Глубоко, страстно, нагло… — Соскучился страшно, солнышко моё… — радостно прокомментировал он свой поступок, а у меня ноги подкосились и дыхание сперло от неожиданно нахлынувших ощущений.
Шутки ли — такие поцелуи посреди двора? Я слова не могла вымолвить! И даже на миг не задумалась, откуда он вообще знает про суд? Мне бы задать этот вопрос, а потом отдубасить его хорошенечко за такие вольности, но я в тот момент была похожа на амёбу и поэтому безропотно дала усадить себя в машину.