Летописец 2 (СИ)

– Что? – воскликнул я. – Ты обо что головой ударилась?
– Ни обо что, просто довожу до сведения, что в любой момент можешь приказать, и я исполню, – сообщила Элька. – Но, ты же хороший деда, так что…
– Выпороть тебя что ли? – устало поинтересовался я.
– Только не очень сильно, я не люблю боль, – приняв смиренный вид, произнесла бывшая пленница Бездны.
– О, я знаю, как тебя наказывать! Ты у нас кто? Оруженосец Эль. Значит, с утра начнем курс молодого бойца, – потирая ладони в предвкушении «обрадовал» я Эльку. – Я, конечно, не такой садист как ведун, но тоже кое-что умею! Готовься.
– Деда, а может не надо? – жалостливо протянула блондинка.
– Ты сама сказала, что выполнишь все, что я прикажу, – ухмыльнулся я.
Когда я только попал в это мир, то постоянно задавал один и тот же вопрос: «может не надо?» и подсознательно ждал ответа про Федю. Однако пожив недолгое время здесь, я и сам забыл о фильме Гайдая. Может я ассимилировался в местной среде? Но тогда получается, что теперь я больше Мих-Костóнтис, чем Михаил Евгеньев. Положа руку на сердце, мне никогда не было так интересно, как в этом мире. Вся моя прошлая жизнь осталась где-то там за звездными далями и, наверное, стоит отодвинуть воспоминания о ней в дальний уголок подсознания.
– Деда, а я очень худая? – поднявшись на ноги, спросила блондинка.
Я разглядывал тощего ребенка без какого-либо сексуального вожделения, словно передо мной стоит пластиковый манекен. Фигурой она мне напомнила моделей с подиумов. Не сказать что некрасиво, но килограмм десять ей придется набрать. Доспехи штука тяжелая, а она позиционирует себя как оруженосца.
– Ничего. Были бы кости, – усмехнулся я. – Так, нечего ими греметь, иди, оденься, а то простудишься.
– Деда, ты такой скучный, – вздохнула Элька и накинула на себя чистую одежду. – А может ты слишком старый?
– А…
Она показала мне язык и отбежала в сторону. Гоняться за хулиганкой было неохота и я, раздевшись, сам забрался в ручей. Вода, на удивление, оказалась теплой, видимо где-то поблизости находился горячий источник. Странные какие-то болота. И под водой ручейки энергии бегают, и водичка не сильно воняет…
В небольшой низине мы разожгли костер, где сушили постиранные вещи. Разумеется, к утру они не высохли, но меня это не сильно волновало, так как у нас имелась сменная одежда. Вскоре мы выбрались на дорогу и оправились на восток. По пути нам встречались крестьяне, шагающие туда-обратно. Люди поглядывали на нас с удивлением, но приставать к рыцарю в кольчуге никто не решился.
В первой же деревне я подошел к кузнецу и поинтересовался, где можно приобрести кобылу оруженосцу и рыцарское седло. Крупный ширококостный мужчина спросил, куда делось облачение коня? Я объяснил, что во время переправы мы напоролись на корягу и потеряли живность и часть вещей. К сожалению на дно ушла вьючная лошадь со специальной забронированной попоной, покрывающей дестирэ, так что пришлось использовать вороного, как ездовое животное. Кузнец посоветовал обратиться к старосте, а местный начальник рекомендовал идти в харчевню, мол, хозяин общепита ведает всеми продажами. Трактирщик повел себя вежливо и объяснил, что у него имеется мерин, а рыцарское седло можно приобрести только в Озерске в купеческом ряду. Мы сошлись на цене в две кровны или на сорока серебряных сидах чеканки королевства Суролтар. Пятиграммовая монета по весу приблизительно равнялась двумстам граммам серебра.
Пока мы выясняли подробности, к харчевне подъехали всадники в кольчугах и шлемах-шишаках. Воины держались настороженно, но агрессию не проявляли. Десятник попросил предъявить местную подорожную, и я показал ему свиток, выданный Данькой. Предводитель всадников задал несколько провокационных вопросов и, выяснив, что я действительно общался с местным богатырем, поинтересовался, как здоровье Маньки? Я изобразил недоумение и сообщил, что имел честь общаться с Санькой и ее детьми, а вот супругу главного стража заставы мне предстоит увидеть в Озерске и передать ей на словах пожелание долгих лет здравия.
 
Десятник усмехнулся и предложил не говорить дочке трактирщика, что мы имеем честь знать этого любвеобильного мужчину. На мой удивленный взгляд, он пояснил, что Галька ходит с пузом и подбирает сковородку побольше, чтобы встретить ухажера теплом и заботой. Я улыбнулся и пообещал молчать о нашем знакомстве, сообщив о том, что подорожную выписывал воевода.
Пока мы беседовали, Элька перенесла упряжь с Ворона на новое транспортное средство и, забравшись в седло мерина, скривилась, так как живность не выделялась статью. Мы закупили продукты и продолжили путь. Десятник оказался словоохотливым и, отправив воинов обратно, сам взялся сопроводить нас до границ владений княжеского посадника. Он рассказывал различные истории из жизни богатыря, который периодически наведывался в эти края. Как оказалось, в следующей деревне у Даньки так же имелась зазноба. Но эту вовремя выдали замуж, и теперь никто не скажет, что она принесла в подоле.
На границе вверенных территорий, десятник попрощался с нами и пожелал счастливого пути. Когда я поинтересовался, зачем он нас сопровождал, десятник пояснил, что рыцари, по большей части, народ несдержанный и могут кого-нибудь прибить ненароком. Можно сказать, что он охранял местных людей от меня любимого. Напоследок он порекомендовал ехать сразу к заставе, чтобы воинам другого посадника не пришлось отправляться на поиски заезжего рыцаря.
Я так и не понял, что такое произошло. Почему дружинники вели себя настолько вежливо? Может они что-то подозревают? Может весть о погоне достигла этих краев? Непонятно. Размышляя о странном происшествии, я подъехал к посту на дороге. В небольшом домике расположились десять воинов. Местный десятник посмотрел подорожную и посоветовал ночевать в трактире, однако никого в сопровождение не выделил. Я из чистого любопытства поинтересовался, почему его коллега из предыдущего удела повел себя по-другому? Нынешний начальник десяти воинов усмехнулся и сказал, что тот десятник нашел законный повод, чтобы сходить к зазнобе в деревне.
Надо сказать, что местный трактир оказался вполне приличным заведением. Чем руководствуются критики, выдавая тому или иному ресторану звезды, я не знаю, но на первый взгляд тут было простенько, но со вкусом. Скажем так, гораздо лучше, чем в прошлой харчевне. Мы поужинали и заказали комнату. Я постоянно опасался, что нас раскроют и на меня кто-нибудь нападет, но никаких происшествий не случилось. Я покопался в кошельке и достал несколько серебряных сидов и, расплатившись, поинтересовался, что же в озерном крае все так дорого? Если так пойдет дальше, то я без штанов останусь. Трактирщик покачал головой и сказал, что за эту клячу я переплатил минимум вдвое. Но он готов выкупить мерина за двадцать сидов и предоставить в мое распоряжение отличную кобылу. Я ощупал уши, проверяя, не стал ли я похож на осла, а после забрал со стойки половину монет и предложил этому пройдохе поискать другого глупца. Трактирщик обиделся, но провоцировать заезжего рыцаря не стал.
Мы проехали по дороге до следующего леса, и тут я ощутил на себе внимательный взгляд. Я остановил коней и начал осматривать желтую листву магическим взором. Вдоль дороги я заметил ауры более десяти человек. Они замаскировались в кустах и ждали путника, а на дереве сидел наблюдатель и внимательно следил за моими действиями. Я попросил у Эльки лук и, прицелившись, пустил стрелу, которая угодила рядом его с насестом. Шустрый парнишка скатился с дерева и что-то громко крикнул. Вслед за этим на дорогу выбежали три человека и, прикрываясь большим щитом из плетеных веток, побежали в моем направлении. Однако оставшиеся семь-восемь мужчин устремились ко мне через лес, скрываясь за подлеском. Не знаю, как быстро умеют стрелять эльфы из различных романов, но пока разбойники пытались сократить дистанцию, я выпустил почти весь колчан. Никогда бы не подумал, что умею так шустро пускать стрелы. К сожалению не все они достигли цели. Кое-какие оперенные посланцы смерти отправились за молоком.