Брэкстен (ЛП)

— Я знаю, тебе это не понравится, — осторожно продолжает он, — но думаю, наш следующий шаг — опубликовать ее фото и надеяться, что кто-нибудь ее узнает.
В животе у меня поселяется ужас.
— Пока рано.
— Брэкс, чувак. У меня нет выбора. Мне нужны подвижки в этом деле.
— Мне все равно, что ты сделаешь, Крейг, просто найди другой способ.
— Ради всего святого, как, черт возьми, по-твоему, мне это удастся, если ты даже не даешь мне поговорить с ней? Каждый раз, когда я начинаю ее расспрашивать, ты меня останавливаешь.
— Потому что она не может ответить ни на один из твоих вопросов, и ты причиняешь ей беспокойство, — огрызаюсь я.
— Что между тобой и этой девушкой? Никогда раньше не видел, чтобы ты так себя вел.
Как я могу объяснить, если даже сам этого не понимаю? Просто в ней есть что-то такое, что пробуждает мои защитные инстинкты. Возможно, это из-за того, какой я ее нашел: сломленной, одинокой и раненой. Возможно, потому, что я могу понять, когда тебя выбрасывают, как вчерашний мусор, или избивают до полусмерти. Или, возможно, это из чего-то другого, чего-то большего…
— Слушай, просто подожди еще немного, — прошу я, отказываясь отвечать на его вопрос. — Дай ей время поправиться. Память может вернуться к ней в любое время. Чем в большей безопасности она себя чувствует, тем больше у нас шансов, что это произойдет. А если ее фото будет развешано по всему городу, эта безопасность сойдет на нет.
Тишина на другом конце провода длится всего секунду.
— Хорошо, но долго я ждать не собираюсь. У меня плохое предчувствие по этому поводу, Брэкс.
— Как и у меня.
— Ладно. Будем на связи, — говорит он в завершении разговора.
— Непременно. Скоро поговорим. — Повесив трубку, кладу телефон обратно в карман и сцепляю руки за головой, чувствуя, как в плечах нарастает напряжение.
— Брэкстен?
Я оборачиваюсь на нежный, сонный голос и встречаюсь лицом к лицу с ангелом. Раненым, но, тем не менее, ангелом.
— Привет, — здороваюсь я, подходя, чтобы снова сесть у ее кровати. — Как чувствуешь себя сегодня?
— Ммм, — сонно размышляет она, темные ресницы отбрасывают тень на покрытые синяками щеки. — Нормально, просто сильная усталость. Ты давно здесь?
Пожимаю плечами, вместо того, чтобы сказать, что нахожусь здесь уже три часа. Я прихожу к ней каждый день, к большому разочарованию сучки-медсестры, но не хочу, чтобы она оставалась одна.
— Прости, — говорит она, видя ответ на моем лице, несмотря на мое молчание. — Кажется, я всегда сплю, когда ты здесь.
— Не беспокойся об этом. Чем больше будешь отдыхать, тем быстрее поправишься. Твое выздоровление — это все, что сейчас имеет значение.
Она одаривает меня слабой улыбкой, но, несмотря на слабость, способна сбить меня ею с ног.
— Спасибо, что ты здесь. Даже если я всегда сплю, мне от этого менее одиноко.
— Я сказал в самый первый день, что не оставлю тебя, и сдержу свое слово.
Голубые глаза изучают меня, с силой притягивая в кристальные глубины, пока она не прерывает зрительный контакт.
— Это звонил шериф Клемсон?
— Да.
— Он что-нибудь нашел? — в ее нежном голосе звучит надежда.
— Пока нет, но он работает над этим.
Алиса кивает, но нельзя отрицать выражение разочарования на ее лице.
— Прошло столько времени, что я начинаю задаваться вопросом, ищет ли меня кто-нибудь. Может, в моей жизни нет никого, кому бы я была важна.
Потерянность в ее голосе заставляет меня потянуться к ее руке, потребность утешить пересиливает все остальное.
— Ты мне важна.
На ее лице появляется грустная улыбка.
— Ты до смешного мил, Брэкстен Крид. Тебе кто-нибудь говорил это?
— Нет, но я обязательно передам твои слова братьям. Это может стать еще одной причиной зависти этих засранцев ко мне.
Как я и надеялся, с ее губ слетает мелодичный смешок, проникая мне в грудь. Внезапно, этот звук мне до боли хочется услышать снова.
Не отрывая от меня глаз, Алиса откидывается на подушку.
— Сколько у тебя братьев?
— Двое и невестка. А еще есть очень классная племянница. Она похожа на меня.
 
Улыбка не сходит с ее лица.
— Если они хоть в чем-то похожи на тебя, то уверена, они замечательные. — Внезапно она отводит взгляд. — Знаешь, кажется, я так и не поблагодарила тебя за спасение моей жизни. Пусть я и не знаю ничего о себе, но я благодарна, что осталась жива, чтобы узнать это, и все это твоя заслуга. Спасибо, Брэкстен.
Я вспоминаю тот момент, когда нашел ее лежащей на земле. Избитую и беспомощную. Этот образ будет преследовать меня всю оставшуюся жизнь.
— Алиса, тебе не нужно меня благодарить. Я рад, что именно я нашел тебя.
Ее глаза снова обращены ко мне, останавливая время, связь между нами пульсирует, как провод под напряжением.
— Сегодня утром ко мне приходила социальный работник, — выпаливает она.
От этого откровения я резко выпрямляюсь. Мне не нравится слышать, что кто-то был у нее в палате без меня.
— Чего она хотела?
— Поговорить. — Алиса теребит простыню, тонкие пальцы дергают за выбившуюся нить. — Она предложила мне присоединиться к консультациям и группе поддержки. А также дала название приюта для женщин, готового принять меня, пока полиция будет работать над выяснением обстоятельств моего прошлого.
Только через мой гребаный труп.
Я ни за что не позволю ей стать частью той же системы, что подвела нас с братьями.
— По словам доктора Карвера, я исцеляюсь намного быстрее, чем ожидалось, — мягко продолжает она. — Звучит так, будто я смогу выбраться отсюда всего через несколько дней.
— Похоже, ты не очень этому рада.
— Рада, — спешно говорит она. — Я ценю всю оказанную мне помощь, медсестры такие потрясающие, как и доктор Карвер. Даже шериф Клемсон и, безусловно... ты.
Ее взгляд скользит к ее переплетенным пальцам, она пожимает плечами.
— Не знаю, наверное, я просто боюсь.
— Чего?
Ее глаза снова обращаются ко мне, в прозрачных голубых глубинах мерцает страх.
— Того, что ждет меня, когда я выйду отсюда, — шепчет она. — Как мне покинуть эти стены, зная, что кто-то там, возможно, желает моей смерти?
— Никто не причинит тебе вреда, Алиса.
По ее избитой щеке скатывается слеза, и вид этого выворачивает меня наизнанку.
— Поедем ко мне домой, — слова слетают с моих губ без колебаний.
На ее лице отражается удивление.
— К тебе?
Я киваю.
— Папина ферма — идеальное место для исцеления. И там безопасно. Мы с братьями оборудовали это место неприступнее, чем гребаный Форт Нокс, но даже если бы мы этого не сделали, никто бы ни за что не смог пройти мимо нас, чтобы добраться до тебя.
Желание согласиться написана на ее лице, но она колеблется, а затем качает головой.
— Я ценю твое предложение, но… не могу его принять. Не могу так поступить, не после всего, что ты уже для меня сделал.
— Это не обсуждается, Алиса. — Я хочу клясть себя за жесткий тон, когда девушка вздрагивает. — Послушай, что-то привело тебя ко мне. Совпадение это или нечто большее — не имеет значения. Я могу защитить тебя. А также помочь выяснить, кто ты такая.
Ее взгляд блуждает по моему лицу.
— Для чего? — шепчет она. — Зачем тебе все это? Ты даже меня не знаешь.
— Пусть так, но я знаю, каково это, когда у тебя никого нет. — Признание вырывается у меня без раздумий. — Я знаю, каково это — быть одиноким и напуганным.
Я беру ее холодную, хрупкую руку, беспомощно наблюдая, как слезы текут по избитому лицу.
— Ты можешь доверять мне, Алиса. Позволь мне помочь тебе.
Ее ресницы опускаются на долю секунды, и она с трудом сглатывает. Когда она снова открывает глаза, я вижу ответ еще до того, как она его произносит.
— Хорошо. Я поеду к тебе домой.
  
Глава 5
 
Алиса