С влюбленностью покончено (ЛП)
Р. Л. Джексон
"С влюбленностью покончено"
Серия: Влюбленность — 2
В любви всегда есть какое-то безумие. Но в безумии всегда есть причина.
Перевод: Мария Горбачёва
Бета-коррект: Ясмина
Редактор: Eva_Ber
Обложка: Таня Медведева
Оформление: Eva_Ber
Глава 1
Красные и синие огоньки мерцали на лице Ланы МакКензи, лежащей на носилках в полной растерянности. Ее тело неудержимо тряслось, но она не была уверена, было ли это от шока или от ледяного снега. Кровавый след от ее тела тянулся по наледи к носилкам, и холод пробирал до костей. Она ничего не чувствовала ниже левого колена, но ей было все равно, она больше беспокоилась о Кейдене, чем о себе. С шейным корсетом, девушка едва могла пошевелить головой, но наклонила ее достаточно, чтобы увидеть Кейдена лежащим на пропитанном его же кровью снегу. Лана вскрикнула и попыталась слезть с носилок, но ремни мешали ей двигаться.
Ее безумие усилилось — страх пронзил ее тело, когда она смотрела, как медики начинают работать над ним, пока ее зрение не затуманилось. Справа к ней подошел санитар и навис над ней, светя фонариком ей в глаза. Он пытался сосредоточить ее внимание на себе, но она непослушно вытянула шею, пытаясь увидеть, что происходит с Кейденом. Вторая машина скорой помощи подъехала к первой, и она услышала, как медики и Сэм, ее бывший жених, выкрикивают приказы и считают вдохи искусственного дыхания на безжизненном теле Кейдена. Сэм — она вспомнила, что видела его только что на тротуаре…
— Разряд! — эта команда прервала ход ее мыслей, и тут она услышала знакомый сигнал дефибриллятора.
«Пожалуйста, не оставляй меня».
— Мэм, мне нужно, чтобы вы посмотрели на свет! — крикнул молодой человек, крепко схватив ее за руку, чтобы успокоить. Она посмотрела ему в лицо. «Ему не больше двадцати пяти», — подумала она, и ее глаза наполнились слезами. Лана почувствовала знакомое давление в голове, когда перед ее глазами возникли белые точки. Скоро она снова потеряет сознание. В предчувствии бессознательного состояния, на этот раз она боролась с оковами сильнее и напрягала шею, пока снова не увидела Кейдена. Огонек дефибриллятора мигнул, снова заряжаясь, когда Сэм повернул голову к ней, а затем перешел на другую сторону улицы. Лана проследила за его взглядом и увидела ужас, написанный на лицах Морин, Хитклифа, Паулы и Кирка. Безутешная Морин вцепилась в Хитклифа. Она попыталась подбежать к Кейдену, но Хитклиф удержал ее, когда ее вопли эхом разнеслись по улице, и она попыталась вырваться из его железной хватки.
Люди со всего города прибывали в сопровождении представителей прессы, которые присутствовали на торжественном открытии «Закусочной Тети Мэй». Проект реставрации имел для Кейдена огромный успех. Внимание СМИ было привлечено благодаря Морин и ее злополучной попытке контролировать семейный бизнес по продаже недвижимости Capshaw Realty. Когда зрение Ланы начало угасать, она подумала о тесте на беременность, который сделала ранее этой ночью, и о том, что она может не сказать Кейдену, что он скоро станет отцом.
— Вот черт. Еще раз! — крикнул кто-то снизу. Прежнее потрясение, очевидно, было неверным. Сэм встал и подошел к ней, когда двое санитаров подняли ее на заднее сиденье машины скорой помощи. Его лицо было едва различимо, когда он, Кейден и хаос вокруг нее исчезли из виду.
***Лана резко проснулась и почувствовала знакомый запах стерильной больничной палаты. Девушка открыла опухшие глаза и увидела маленький плоский телевизор на стене напротив кровати. Он передавал местные новости, но был слишком тих, чтобы она могла разобрать, о чем они говорят. Лысый мужчина смотрел в упор и наблюдал за ними, она знала это без труда. Это Сэм, и он удобно сидел рядом с ее родителями на диване в отдельной комнате. Оба ее родителя потягивали кофе и тихо переговаривались между собой, на их лицах было беспокойство. Они выглядели так, как будто не спали несколько дней.
Она не смогла сдержать горячий поток слез, стекающих по ее лицу — по нескольким причинам. Во-первых, она так сильно скучала по своей семье и была рада их видеть, а во-вторых, ей было страшно услышать ответы на вопросы, которые она собиралась задать своим пересохшим ртом.
— Где… Кейден? — наконец спросила она, и это прозвучало тихим трескающим карканьем.
Руперт, ее отец, вскочил с дивана и в то же время пролил кофе себе на колени, но он даже не вздрогнул, игнорируя любую боль, которую возможно, почувствовал.
— Лана? — спросил он, и лицо его исказилось от беспокойства.
— О, моя малышка, — сказала ее мама Вероника, мгновенно оказавшись рядом с ней и целуя ее лицо.
Следующим подошел Сэм, посмотрев на нее своими большими карими глазами.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил он, не сводя глаз с ее пульса на мониторе. Он был практикующим врачом в больнице, где они работали во Флориде. Они оба были далеко от дома, в Хэмби, штат Джорджия. Причина в том, что Лана, наконец-то, поставила свою жизнь на правильный путь, а Сэм… она не была уверена. Последнее, что она помнила, это то, как он стоял с розами возле отеля «Спенс», а потом фары патрульной машины Хитклифа врезались в нее и Кейдена, а за рулем сидела Ким.
— Где Кейден? — повторила она, игнорируя его вопрос. Ее сердцебиение участилось, когда она попыталась сесть, отчего аппарат над ее головой быстро запищал.
— Успокойся, милая, — сказал Руперт. Она почувствовала резкую боль в животе и схватилась за живот.
Она посмотрела вниз и увидела очертания гипса под одеялом. Ее пальцы коснулись больного живота, и она ощутила знакомое ощущение стежков, скрепляющих ее кожу. Их было четыре в разных местах. «Лапароскопическая операция», — думала она.
— Как долго я проспала? — она взвизгнула в панике, ее глаза были дикими от беспокойства. Сэм и ее родители обменялись взглядами, затем Руперт кивнул ему, давая разрешение говорить. Сэм присел на краешек кровати и повернулся к ней.
— Лана, ты была без сознания около четырех дней, — наконец ответил он.
— А… ребенок? — выпалила она, боясь, что швы, которые она чувствовала, уже дали ей ответ.
— У тебя был разрыв селезенки, и тебе потребовалась операция. Но с твоим ребенком все в порядке. Отдых будет очень важен, если ты хочешь сохранить его, — предупредил он, и Лана услышала странный оттенок в его голосе, когда он произнес это.
Она снова опустилась на кровать, положив подушку теперь не под голову, а под спину, и кивнула. Она думала о том, какой должна была быть та ночь. «Почему я волновалась, что Кейден может вообще не захотеть ребенка? Он же хотел всего остального». Черта характера «готовься к худшему и надейся на лучшее» была той, которую она ненавидела больше всего. Если бы она сказала об этом Кейдену в той комнате и просто осталась там на ночь, возможно, ничего бы этого не случилось.
— Тебе нужно отдохнуть, — повторил Сэм. Он встал и протянул ей руку. — Наклонись вперед.
Она пристально посмотрела на него, вспомнив свое обещание никогда больше не прикасаться к нему намеренно, и наклонилась вперед без его помощи. Он убрал подушку из-под ее спины и положил ее поверх кровати.
— Теперь ты можешь лечь на спину, — сказал он голосом практикующего врача.
— Мне нужен Кейден, — скомандовала она и сбросила одеяло на пол, прикрывавшее ее разбитое и распухшее тело.
— О, нет, ты не можешь, — рявкнул Руперт, поднимая его, когда она попыталась отодвинуться на край кровати — печальная попытка убежать.
— Ты не можешь двигаться! Ты с ума сошла, ложись обратно! — потребовала Вероника.
Лана подумала о том, чтобы сразиться с ними всеми, но в ее состоянии она едва могла дышать без острой боли, скручивающей ее. Девушка была на проигрышной стороне, и они все еще избегали ее вопроса о Кейдене. Страх тяжело опустился ей на грудь, когда она снова опустила голову и посмотрела на Сэма. Она сделала несколько глубоких вдохов, прежде чем задать следующий вопрос.