Удачный сосед (СИ)

Чёртов сарафан уже не просто раздражает, а откровенно бесит. Он сшит из цельного куска материала, поэтому невозможно расстегнуть лиф и достать горячие налитые груди. Остаётся только снять вещь целиком. Но на улице это делать — не вариант. Несмотря на то, что моя дача последняя в посёлке, и дальше начинается чистое поле, а за ним лес, фиг знает, кому из местных жителей приспичит пойти в этот лес с утра пораньше.
— Пойдём в дом, — тяну за руку соседку.
— Нет, нет! Я не могу, — сопротивляется она. — Мне надо вернуться, чтобы приготовить завтрак.
— Ариш, успеешь, — обнимаю её со спины.
— Нет, Римма уже проснулась. Сейчас начнёт искать меня.
— Ты придёшь после завтрака? — спрашиваю с надеждой.
— Нет, Кирилл. Не приду. Я тебе уже говорила, что не хочу лишних вопросов от тётки. Про какую траву ты хотел спросить?
— Ни про какую, — разочарованно качаю головой.
— Но ты же сказал…
— Ариш, это был предлог, чтобы заманить тебя к себе.
— Ах, ты! Коварный! — девушка игриво целует меня в уголок рта, после чего быстро уходит.
Смотрю ей вслед и думаю: «Неужели ещё бывают такие наивные женщины? Она ведь, правда, поверила, что меня волнуют какие-то там сорняки».
Оглядываюсь по сторонам в поисках Фильки, но его нигде не видно.
Арина
Сердце стучит, как ненормальное. Никак не успокоится после встречи с Кириллом. Я не особенно рассчитывала на продолжение нашей истории. Решила, ну взгрустнулось мужику. Живёт один вторую неделю. Захотел секса, вот и позарился на меня. На фоне дам за семьдесят, я вполне *бабельна.
— Что происходит? — интересуется Римма, заходя на кухню.
— Ничего. А почему ты спрашиваешь? — смешиваю яйца с молоком для омлета.
— Вид у тебя уж больно счастливый, — тётка внимательно рассматривает меня. — Как будто изменилось в тебе что-то.
Пожимаю плечами, мол, не понимаю, о чём идёт речь. А у самой в душе — весёлый карнавал. С разноцветными конфетти, громкой музыкой и разудалыми плясками. У меня был секс впервые за последние два года!! И это было так очешуенно, что я готова кричать от восторга на весь посёлок.
Кирилл оказался лучшим любовником за всю мою жизнь, не побоюсь этого слова!
Ближе к полудню отправляюсь за молоком. Проходя мимо сгоревшей дачи, замечаю Фильку. Он сидит, сгорбившись около кучи головёшек, в которые превратилось крыльцо. Зову собаку. Она подбегает ко мне, поскуливает, словно хочет сказать: «Смотри, что случилось!»
— Да, милый, знаю, знаю, — глажу пёсика по голове. — Хозяин твой в больнице.
Надо забрать Филю отсюда. Вдруг он заберётся внутрь дома, и его там прибьёт какой-нибудь обгоревшей балкой.
— Пошли со мной! — говорю собаке, однако она убегает обратно на участок.
— Филя! Филя! Ко мне! — пёс и ухом не ведёт. Ну а чего я ожидала? Он не обязан слушаться человека, который не является его хозяином.
После нескольких попыток мне удаётся поймать Фильку. Римма всегда была против животных, поэтому к нам на дачу собаку лучше не приводить. Придётся снова обратиться за помощью к Кириллу.
— Привет! Ещё раз… — улыбаюсь соседу. — Вот увидела погорельца, когда шла за молоком.
— А я всё думал, куда он делся, — мужчина принимает Фильку из моих рук.
— Ты следи за ним получше. Он, наверное, так и будет рваться назад. Я боюсь, что с ним что-то случится или «добрые» люди обидят. Подумают, что бездомный.
— Ариш, ты не переживай. Но надо что-то придумать, чтобы он не сбегал. Был бы поводок… Слушай, а давай съездим в магазин? Купим ему поводок и что там ещё надо.
— Снова пытаешься обмануть меня? — испытывающе смотрю Кириллу в глаза.
— Нет-нет! Никакого обмана! Просто я не разбираюсь в поводках.
— А я, по-твоему, разбираюсь? — смеюсь.
— Ну, ты же учительница биологии, — сосед расплывается в широкой улыбке.
— Ладно! Сейчас за молоком схожу и вернусь. Только ехать придётся в районный центр. В Кувшиновке вряд ли есть магазин для животных.
— С тобой хоть куда! — Кирилл радуется, как ребёнок.
***
Находиться в салоне машины с этим мужчиной и не прикасаться к нему чертовски сложно. После того, что было между нами, рядом с Кириллом меня накрывает острый приступ желания. От близости соседа грудь наливается, а между ног всё увлажняется.
 
Мы уже отъехали на приличное расстояние от нашего посёлка. По обеим сторонам дороги простирается сосновый лес. На проезжей части автомобилей почти нет. На свой страх и риск беру Кирилла за руку. Глажу пальцами тыльную сторону и запястье. Сосед бросает на меня взгляд поверх солнцезащитных очков. Становиться жарко, будто кондиционер внезапно выключился.
С каждой минутой воздух в машине накаляется. Становится густым как патока. Возникает напряжение. Оно настолько ощутимое, что его можно резать ножом. Между мной и Кириллом проскакивают электрические импульсы, от которых по коже рассыпаются обжигающие мурашки.
Мужчина молча съезжает с дороги. Останавливается у входа в лес. Глушит мотор. В то же мгновение я перекидываю ногу через консоль и в полной тишине усаживаюсь к Кириллу на колени.
Нам не нужно ни о чём говорить. Всё понятно без слов. Мы слишком хотим друг друга, чтобы тратить время на пустую болтовню.
Запах Кирилла действует на меня опьяняюще. Чувствую себя раскованной и слегка развратной. Жадно впиваюсь в мужские губы своим ртом. Сосед гладит мою спину, поясницу, мнёт задницу. Всегда считала, что она у меня большая, а тут помещается в его ладонях. Рука Кирилла скользит по моему бедру, задирает подол сарафана. Ловкие пальцы подцепляют резинку трусиков, оттягивают её и ныряют внутрь.
— Ох, Боже! Ааах, — совершенно бесстыжие стоны заполняют салон машины. Не могу их контролировать. Вообще ничего не могу. В голове плывёт туман от умелых прикосновений Кирилла. Ёрзаю на его стремительно твердеющей эрекции. Хочу этот шедевр природы в себя. Целиком. Прямо сейчас.
Мужчина рычит и тянется к бардачку. Достаёт презервативы, пока я дрожащими от перевозбуждения руками расстёгиваю ремень на его джинсах.
Снимать сейчас трусики — целая история, поэтому просто отодвигаю их в сторону и с глухим всхлипом насаживаюсь на тугой член. Мать моя женщина! Чувствовать Кирилла внутри так запредельно восхитительно, что я готова кончить сию секунду.
Сосед срывает с меня сарафан. Опускает чашки лифчика и обхватывает ртом сосок. Тянет его зубами. От этого томительная тяжесть в животе усиливается, а в лоне прибавляется влага.
Кирилл приподнимает меня за бёдра и опускает на себя. Ещё раз и ещё. Каждый глубокий толчок вызывает совершенно дикие ощущения. Это и лёгкая боль от растяжения лона, и нереальное удовольствие, и что-то, что я не могу определить. Никогда в жизни меня не крыло такой смесью эмоций и физиологической эйфории.
Он ускоряет темп. Трахает меня и одновременно снова накидывается губами на грудь, которая стала невероятно чувствительной. Мой оргазм уже на подступах. Икры сводит судорогами. Мышцы промежности сокращаются. Запускаю пальцы в короткие волосы мужчины и заставляю его посмотреть мне в глаза. Сама немного отклоняюсь назад. Позорные влажные звуки секса теперь слышатся гораздо отчётливее.
Кирилл опускает взгляд туда, где член, будто стальной поршень, входит в меня. Мужчина тяжело дышит. Не отрываясь, наблюдает, как его богатый на размер орган расширяет мои розовые блестящие от смазки складки. Эта сцена — самое пошлое, что происходило со мной когда-либо. Но стыд и приличия сгорели дотла в костре нашей страсти.
Достигнув пика наслаждения, я громко кричу. Кульминация выходит продолжительной и ослепляюще-яркой.
Кирилл, сделав ещё несколько глубоких толчков, сильно стискивает мои ягодицы и, сжав зубы до проступающих на скулах желваков, кончает. Прикрывает глаза от удовольствия, пока его член пульсирует во мне.
Обнимаю мужчину за шею и целую в висок, по которому струится пот.
— Ты бесподобен, — шепчу на ухо.
— Это ты бесподобная, — еле слышно отвечает Кирилл.