Ревизор: возвращение в СССР 20 (СИ)

В субботу с утра нас разбудил телефонный звонок. Звонил бригадир, и, сильно нервничая, сообщил, что нас заливают сверху.
— Блин! Опять? Да что ж такое⁈ — спросонья громко воскликнул я и треснул кулаком в стену.
— Что случилось? — повыскакивали в коридор все наши.
— Да опять Игорь сверху нас залил! — ответил я. — Квартиру вскрыли? — спросил я уже прораба. Он ответил, что нет. Попросил его подняться на пятый этаж в девяносто первую квартиру, там наш старший по подъезду.
— Я сейчас выезжаю! — сказал я и положил трубку.
— Поеду с тобой, — пошёл одеваться Загит.
Машина у меня стояла всю неделю на стоянке во дворе. Поэтому мы с Загитом по-армейски шустро оделись, схватили по бутеру, что успела нам сделать Галия, и помчались к себе на квартиру.
Когда мы приехали, Марк Евгеньевич уже вызвал милицию, председателя кооператива и они все толпились у дверей злосчастной квартиры. Соседи со второго и первого этажа тоже, злые, как черти. Пролило всех с четвёртого по первый этаж.
— Он что, опять бухает? — спросил я, но мне никто не ответил, и так всем всё ясно. — Где его жена-то? Опять сбежала?
— Она и не возвращалась, — ответила Ольга Владимировна со второго этажа. — Как учебный год закончился, так они с дочкой и уехали. Я их видела, и даже с ней поговорила. Сказала, что глаза бы ее это несчастье пьяное больше не видели!
— Он что же, один тут проживает? — уточнил председатель кооператива, высокий деловой мужик лет сорока. Сразу подумал, что он или юрист, или начальник где-то.
— Это уже не первый раз, — докладывал ему Марк Евгеньевич.
Дверь вскрыли, и мы прошли в квартиру вслед за милицией и кооперативным начальством. Жданович с нескрываемым любопытством следовал за нами следом.
Квартира соседа была залита ровным слоем воды. Шума водопада слышно не было. Просто на кухне был открыт кран, в раковине стояла кастрюля с остатками чего-то овощного. Видимо, засохло, хозяин поставил в раковину набрать воды и благополучно забыл спьяну. Остатки отмокли, забили сток в раковине, и вода потекла на пол. Классика!..
Игоря нашли мирно спящим в дальней комнате. Перегар там был такой, что хоть топор вешай. А спал он так сладко, что растолкать его милиционеры не смогли. Видимо, пробухал всю ночь и под утро спать лёг.
— Я всё могу понять, — в сердцах воскликнул я. — Но, блин! Он мне после первого раза ни копейки не дал. Подумал, ладно, всё равно, ремонт делать. Но сейчас-то!.. У нас там материалы для ремонта, штукатурка в мешках… У меня же мебель новая! — схватился я за голову.
— Ничего, возместит! — сочувственно положил мне руку на плечо Загит. — Никуда не денется.
— В самом деле! Сколько можно⁈ — присоединились ко мне возмущенные соседи. — Хорошо, мы не успели ремонт сделать.
Милиция уволокла невменяемого соседа в вытрезвитель. А мы пошли осматривать свои убытки.
— Простите, можно вас? — позвал я к себе председателя кооператива, намереваясь, в этот раз, не давать соседу спуску. — Павел Ивлев, — представился я. — Восемьдесят первая квартира.
— Ларионов Дмитрий Васильевич, — протянул он мне руку.
— Я всё могу понять, — начал я. — Но это уже ни в какие ворота не лезет! Я очень прошу вас помочь мне добиться от него возмещения убытков. И надо с этим что-то делать. Я что, каждый год буду заново ремонт делать и вывозить семью на съёмное жильё?
— Надо смотреть, выплачен ли у него пай? — задумчиво проговорил председатель. — Кто с ним прописан? Есть ли долги по квартплате? Мы можем собрать общее собрание кооператива и исключить его.
— Не подумайте, что я кровожадный, но два раза за год — это перебор. А у меня дети грудные, — с досадой проговорил я. — Я о них должен думать.
— А я вот точно кровожадная! — вошла к нам через распахнутые двери Ольга Владимировна. — Давайте, исключайте этого алкаша немедленно! Я не хочу, только сделав ремонт, начинать всё заново. А вы что скажете? — обратилась она к Загиту. — Вы же тоже тут живёте.
— Здесь зять хозяин, — показал он на меня. — Но как по мне, так мне его усилий жалко. Бьётся как рыба об лёд, ночами не спит и работает, и всё насмарку из-за таких вот, — кивнул он наверх.
 
— Хорошо, что он не на девятом этаже живёт, — горько усмехнулся председатель. — А то представляете, сколько сейчас пострадавших квартир было бы?
Потихоньку все соседи, убедившись, что председатель на их стороне, убежали свой ущерб оценивать. И мы остались втроем с ним и Загитом.
— Вы в каком подъезде живёте? — поинтересовался я на всякий случай.
— Первый подъезд, третий этаж, одиннадцатая квартира, — ответил председатель. — Я начну подготовку по исключению этого товарища из кооператива. Вы правы, два раза уже случайностью не назовешь…
— А мне-то как компенсацию получить? — спросил я.
— Удержим из его выплаченного пая, когда будем возвращать, — ответил Ларионов.
— Отлично! А с квартирой его что будет? — спросил я.
— Примем кого-то в кооператив вместо него.
— Кого?
— Как общее собрание решит.
— Значит, можно будет вменяемых людей предложить вместо него? — спросил я. — Таких, что не будут соседям проблемы создавать?
— Можно, конечно, — хитро посмотрел на меня Ларионов. — Всё подготовлю к проведению собрания, и мы вернёмся к этому разговору.
Мы с ним пожали на прощание руки, Загит тоже попрощался председатель пошел наверх, посмотреть, насколько сильно там квартиры пострадали.
Понравился мне взгляд Ларионова. Знаю я, что означает, когда вот так люди смотрят. Председатель гаражного кооператива точно также на меня смотрел, в ожидании взятки. Но это главное, что такая возможность вообще есть. Так… будем иметь эту возможность в уме. А кому именно предложить, нужно думать…
Жданович со своими сотрудниками спасли большую часть материалов. Но электричество пришлось отключить от греха подальше. Придётся ждать, как минимум, несколько дней, пока всё просохнет, а потом смотреть, что надо переделывать.
— Похоже, у вас два выходных дня образовалось, как и у всей страны, — проговорил я, глядя, как мужики заканчивают собирать воду с неровных плит. — Хотя, это как Сергей Романович скажет, — взглянул я, улыбнувшись, на Ждановича.
— Решим сейчас, что теперь делать, — кивнул он мне.
— Что-то надо от нас? — спросил я. — Есть какие-то вопросы?
— Пока, нет. Позвоню, если что, — оглядываясь по сторонам, схватившись за голову, проговорил прораб.
Его тоже жалко. Все планы порушили. У них, не удивлюсь, и премии могут быть дополнительные за соблюдение сроков ремонта.
Мы с Загитом попрощались со всеми и пошли на выход. Проходя мимо почтового ящика, заметил, что там что-то есть. Проверил, и точно, письмо от Славки Комарцева. Сунул письмо в карман, и мы поехали на Котельническую.
— Я правильно понял, что председатель не против, если кто-то туда заселится, дав ему на лапу? — чуть только сели мы в машину, спросил Загит. — А то я сразу про Марата подумал…
О! Тоже видно опытного человека. Сейчас времена такие, что если знаешь, где на лапу дать, то все у тебя будет. И Гюгу, и Дюму, и Муму, как там было или еще будет в юмореске у Хайта… И Загит тоже про это прекрасно знает…
— Все верно, у меня тоже сложилось такое ощущение. Но в кооператив можно вступить, только имея московскую прописку. А это вопрос… — улыбнулся я, подумав, что по-любому постараюсь заселить туда кого-нибудь из своих. Не Якубовых, так Жариковых. Их соседи тоже знают и помнят, как доктор Инна приём на дому вела… Собрание за неё голосовать и руками, и ногами будет. Другой вопрос, что у них тоже нет московской прописки. Но у Петра, хотя бы, место службы — Москва, можно ходатайство от части состряпать…
— А я уже подумал… — разочарованно проговорил Загит.
— Нет, я, конечно, попробую сделать всё, что смогу. У Марата-то есть прописка в общежитии ЗИЛа, но квартира эта двухкомнатная… Хорошо бы ему быстренько жениться и пару ребятишек, как мы, родить, — пошутил я. — Не говорите, пока, никому ничего, чтоб зря не обнадёживать. Ладно?