Ревизор: возвращение в СССР 20 (СИ)

* * *
Москва. Квартира Ивлевых.
Загит накрывал на стол в ожидании сыновей. Сбегал за хлебом, докупил две бутылки коньяка, хотя зять показал ему, где лежат его запасы алкоголя, но надо же и совесть иметь. Дочь и так, вон, сколько еды наготовила перед отъездом, желая порадовать родных.
Страшно представить, сколько лет мы не сидели с парнями все за одним столом, — думал Загит одновременно и с тоской, и с радостью от предстоящей встречи со старшим сыном.
Тут раздался звонок в дверь, первым добрался Руслан с вокзала. Осталось дождаться, когда Марат привезёт Рафа из Шереметьево.
Вскоре появились и они. Мужчины не плачут, пара скупых слёз не считается.
— Ты повзрослел, — не мог насмотреться отец на старшего сына. — Как же я рад тебя видеть, — признался он и позвал всех за стол.
Пропустив пару рюмок и сказав несколько общих тостов, Загит уточнил, получится ли у Рафа дождаться Галию?
— Она очень хотела с тобой увидеться, — говорил Загит, — они с мужем завтра специально пораньше со свадьбы бабушки Павла уедут, чтобы тебя повидать.
— Я знаю, мы с ней говорили, я обратный билет специально на вечер завтра взял.
— Прекрасно! — обрадовался Загит и рассказал ещё об одной просьбе хозяев.
— А много там плитки? — спросил Марат. — За раз управимся?
— Не знаю, — пожал плечами Загит. — Кухня, две ванные, туалет… Может, и два раза придётся съездить.
— Так, может и не будем откладывать в долгий ящик? — предложил Руслан. — Поехали, мужики, — обратился он к братьям, — сразу всё сделаем и будем спокойно сидеть. Сделал дело, гуляй смело. А? А то мне завтра уезжать уже.
— Ну, а что, давайте, — поддержал брата Раф, догадавшись, что Руслан хочет поговорить с ним без отца. — Бать, мы тогда в гараж, а ты будешь тут принимать и наверх поднимать, лады?
— Давайте, — не почувствовал подвоха Загит.
Парни быстро, по-армейски, собрались и через несколько минут уже сидели в машине Марата.
— Ну, давайте, рассказывайте, что у вас тут происходит? — потребовал Раф. — Что у матери с отцом?
— Отец ей условие поставил, чтобы помирилась со всеми. Иначе развод, — ответил Руслан. — Расскажи, лучше, как мать к тебе съездила.
— Да лучше бы не приезжала вообще. Пять лет не встречались. Ночь переночевала, а впечатлений у всех теперь ещё на пять лет, — с грустью ответил Рафик. — На ровном месте повод нашла, чтобы все испортить… Не нравится ей, что у жены брат инвалид.
— Так он же уже есть. Нравится — не нравится, какая разница? Ничего же не изменится, если недовольство этим всё время высказывать? — недоумённо проговорил Марат.
— Это ты нашей маме объясняй, — ответил Раф. — Как у вас с Настей дела? — оглянулся он на Руслана.
— Нормально… Мать её возле дома отловила, прощения просила. Настя теперь всё ждёт, когда мы к ней все вместе придём. Думает, ждёт нас дальше счастливая и мирная жизнь… Вот, не знаю теперь, тебя послушав, что и делать? Идти? Не идти? И как с ней потом общаться, когда она ерунду какую-нибудь опять выкинет? Я уже на пределе. И, вроде, хочется шанс родителям дать, конечно…
— Да нет уже никакого шанса, — горько вздохнул Раф. — Моя семья знать её не хочет.
— Так что же делать? — с беспокойством спросил Марат. — Мы что, так и будем смотреть, как они разводятся?
— Ну, а что ты предлагаешь? — повернулся к нему Раф.
— Помирить их надо как-то!
— Как? — печально усмехнулся Руслан. — А, главное, зачем? Ты представь себя на месте отца. Он сегодня еле сдержался, когда Рафа увидел. Знаешь, что он мне сказал? Я не знал, что можно жить по-другому, со всеми в мире и дружбе. А теперь знаю и больше, как раньше, жить не могу.
— Мне всё это не нравится, — насупился Марат. — И Аиша моя маме понравилась…
— Это пока. А представь, она начнёт с ней воевать, как с моей Настей. Что ты тогда скажешь?
— Не знаю, — честно признался Марат.
— Хорошо, допустим, с твоей Аишей у неё будут хорошие отношения. Но нас у матери четверо и только с твоей семьёй у неё проблем не будет. Вспомни, что она Павлу и Лийке устраивала…
 
— А, кстати, что там было? — спросил Раф.
— Да развести мать всё их хочет, — ответил Руслан.
— У них же детей уже двое, — удивлённо уставился на брата Раф, — и, судя по всему, Пашка этот для нашей сестрички все делает. Квартира в Москве, машина… Хотя сам еще всего лишь студент. Что маму-то не устраивать может?
— Вот, понимаешь? — воскликнул Руслан. — Ни логики, ни смысла… А вы говорите, мирить.
— Я не говорю. Пусть сами разбираются, — уверенно заявил Раф.
— Блин! Неужели это всё? — с отчаянием в голосе спросил Марат. — Я всегда так своей семьёй гордился…
— Короче. Мы стоим тут у гаража уже полчаса, — опомнился Руслан. — Открывай, давай, ворота. Гордился он… А кто не гордился?
* * *
Ещё через час Ахмад привёз маму с Аришкой и Родьку. Перенесли с Ахмадом подарки из машины, и он уехал обратно.
— Мне надо с тобой ехать? — спросил я его.
— Да нет, — ответил он. — Половину подарков мы уже перевезли. Гриша с Петром там помогут загрузить, а ты здесь разгрузить поможешь.
К вечеру стало прохладнее, караулил в доме, когда он подъедет. Уставшие Аришка с Родькой сидели на диване в обнимку и что-то обсуждали, соскучились друг по другу.
Мама, Галия и Инна сидели тут же за столом, каждая с ребёнком на руках и болтали. Галия рассказала маме и Инне про вторую квартиру, что нам после рождения близнецов дали. И что с понедельника у нас начнётся ремонт, будем объединять две квартиры в одну. Глядя на несчастное выражение лица Инны, ругал себя, что забыл попросить жену, не говорить, пока, при сестре о второй квартире. Надеюсь, Пётр, ты меня простишь… Если выживешь.
Потом мама рассказывала новости из Святославля.
— У директора нашего завода конфликт вышел с новым начальником милиции города, — делилась она. — Уж не знаю, что они там не поделили, Ахмад мне мало что рассказывает, но Шанцев, теперь, в исполком как на работу ездит, вызывают без конца.
Как бы не пришлось в срочном порядке перевод Ахмаду куда-нибудь устраивать. Он Шанцеву не просто коллега, он его друг. Как бы его не зацепили эти разборки. Паны дерутся, у холопов чубы трещат…
Тут увидел фары в темноте и пошёл помогать разгружать машину.
— Что там за конфликт у Шанцева с новым начальником милиции? — поинтересовался я заодно. — Что-нибудь серьёзное?
— Да вообще, по сути, бредовая история! Из мухи слона раздули! — с негодованием воскликнул Ахмад. — У Шанцева жена в школе работает медсестрой, ну, ты знаешь. А у начальника милиции сын там учится. Ну и что-то жене его не понравилось, вроде, Наталья невнимательно к парнишке отнеслась. Там ерунда какая-то была, то ли порезался, то ли ещё что, она зелёнкой пацана обмазала и учиться дальше отправила. Короче, мамаша прилетела в школу, давай орать на Наталью. А та же за словом в карман не полезет, отбрила так, что та дар речи потеряла и чуть не захлебнулась собственным ядом. Ну и мужику своему нажаловалась…
— А мужик-то нормальный? — спросил я.
— Да в том-то и беда, что такой же идиот, как и жена. Все в городе от него стонут. Шанцев пытался всё в шутку и недоразумение перевести. А Филимонов как набросился на него с угрозами, ну, Шанцев ему и ответил, ты ж его знаешь.
— Ты, главное, смотри, чтоб тебя их разборки не зацепили… Н-да. Из-за такой мелочи зацепились… Ранка и зеленка, подумать только…
— Не говори, — махнул рукой Ахмад.
Разгрузили машину. Подарков надарили множество, как водится, от парткома, от месткома, от профсоюза, трудового коллектива и прочих неравнодушных граждан.
— Они там ещё остатки еды со столов собирают, — сказал Ахмад.
— Ну, давай, я сам съезжу, — предложил я и пошёл за ключами от машины.
Помогал бабушкам собирать со столов остатки угощений по кастрюлям, потом таскал их в машину, потом из машины. Часам к одиннадцати всё закончилось.