Не драконьте тёмную чародейку (СИ)

— В письме ты мне четко не ответил: что решил, вот я и подстраховался на всякий случай необходимым антуражем.
— Я сам не знаю. Сложно это как-то. Воспитывать ребенка, привыкнуть к нему как к своему дитя, а потом сделать супругой — извращенно как-то, ты не находишь?
— А ты бы поселил ее у родителей, наведывался в гости — вот бы и не привык к ней как к своему ребенку.
— А если между нами и вовсе никаких эмоций не проскользнет, когда она вырастит? Кто из нас будет счастлив в союзе, на который я обреку сейчас нас обоих? Или я встречу кого-нибудь, пока буду ожидать ее взросления? Что тогда делать? Я же не всевидящий и не могу предугадать будущее, — поделился я с другом сотой частью тех вопросов, которые не дают мне покоя с того самого момента, как я обнаружил вязь узора на своих руках.
— Она живет в кошмарных условиях… — сочувственно протянул Альтан. — Но ты прав: не из благодарности же за хорошую жизнь ей ложиться под тебя. Ладно. Отблагодарим за помощь и полетим домой. Кстати: подарки я уже купил. Всякие побрякушки у ювелира, парочку приличных клинков эльфийской работы — это для ее родителей, и еще по мелочи всякого. Так, парни, закругляемся. С рассветом в дорогу…
С первыми лучами солнца шестерка драконов взлетела над поселком и устремилась к стене. Используя артефакты, мы молниеносно пронеслись над первыми четырьмя крепостями. Я видел постовых на стенах, но никто из них не дернулся в сторону устрашающих арбалетов. К пятой мы подлетали уже в сумерках. Сделав круг над мрачными постройками, мы медленно спланировали на землю. Едва магия перевоплощения рассеялась, как мы с парнями оказались под перекрестным огнем изумленных взглядов: люди, орки, эльфы, оборотни…
— Доброго вечера, уважаемые соседи. Могу ли я переговорить с комиссаром гарнизона? — заговорил Альтан, но в ответ тишина. — У меня есть официальное разрешение на посещение Хэя-Нова. Можете осмотреть нас и разоружить, если посчитаете опасными небольшие клинки.
К нам не спешили. Минута, две, пять… десять. Мы терпеливо ждали, всем своим видом излучая уверенность и непоколебимость, даже и не думая выказывать свое недовольство. Существ вокруг нас становилось все больше, но это не пугало, а скорее раздражало: мы же не невиданные зверушки в конце концов… хотя… для них наверняка это так и есть. Минут двадцать точно мы простояли статуями самим себе, и, наконец-то, к нам вышел широкоплечий смуглый мужчина лет пятидесяти по человеческим меркам.
— Опять ты… — уставился он именно на меня с пронзительным недобрым взглядом. — Понравилось летать без крыльев, залетный экскурсант? Хочешь повторить?
«Так вот кто выбросил меня из окна… Маг-воздушник…»
— И вам доброго вечера, — протянул Альтан ему официальное разрешение, но тот не взял документ.
— Какой же он добрый, если по моему гарнизону ящеры разлетались. Чего надо?
— Вы знаете: по какой причине я здесь, — тихо, но твердо отозвался я. — Я ищу ее.
— Да что ты говоришь… — скривился комиссар. — Ты почти месяц не вспоминал о той: кто твою шкуру спасала, а теперь что случилось? Снова вылечить понадобилось? Хвост прищемил?
— Не могли бы вы позвать ее, мне необходимо поговорить с ней, — запасался терпением я, выдерживая ровный и спокойный тон. — Или подскажите ее домашний адрес, я сам отправлюсь к ней.
— Подсказать не могу, послать могу. Тебе как удобнее для восприятия: тремя буквами обойдешься или характерной жестикуляцией? — продолжал плескать ядом воздушник.
— Прошу меня простить, что влезаю в вашу весьма продуктивную беседу, но наш визит не имеет за собой временных рамок, — с улыбкой Альтан шагнул к магу и вновь протянул ему официальный документ. — Не ответите на вопросы вы, так ответят другие, а если не ответят — так мы сами ответы поищем. Времени у нас столько: сколько пожелаем.
Комиссару пришлось взять бумагу, но он не взглянул на нее, продолжая буровить меня злым взглядом.
— Зачем ты разыскиваешь ее?
Я повернулся и в толпе зевак обнаружил того самого юнца, который хотел напасть на меня, когда я очнулся рядом с девочкой. Он медленно отошел от боевиков и двинулся в нашу сторону.
 
— Разве у меня мало причин?
— Они только сейчас появились? — спросил он, останавливаясь рядом с комиссаром. — В газетах писали о свободном пересечении границы, и даже об огромных заторах на тракте. Не знал: что и в воздухе бывают проблемы с очередью. Уже неделя прошла с момента открытия границы между империями.
— Мы поговорим об арифметике как только я посчитаю нужным отчитываться перед… кем? Ты ей кто? Брат? — прищурился я. — Или несостоявшийся муж? Я опередил тебя?
— А если я ее единственный близкий старший? — усмехнулся юнец. — И ты будешь отчитываться, если хочешь найти ее.
— Не надейся. Не получив ответов, я просто улечу. Через семьдесят-восемьдесят лет ее человеческой жизни вдовство сотрет брачные узоры на моих руках, и я построю свою семью, — продолжал я держать маску холодного безразличия.
— Удивительная благодарность со стороны твоего чешуйчатого зада, — отозвался воздушник, но я не удостоил его вниманием.
— Вдовство — дело обоюдное. Мы сейчас можем организовать для нее свободу от тебя, — твердо заявил парень.
— Могли бы — сделали, а не языком мели, — перешел на местную речь Альтан — видимо его терпение истекло, не привык венценосный к такому неприкрытому хамству. — Вот что: устную благодарность сам передашь. Подарки возьми себе как единственный близкий старший, — скосил он взгляд на парней, и те по очереди опустили на землю между нами небольшие сумки — не тащить же их до самого дома.
— Тебе мозг не просквозило, ящер? Какие-то подарки в обмен на жизнь — ваша щедрость не знает границ, — насмешливо фыркнул стихийник.
— Жизнь? Драконы не умирают от импульса бесплотной тьмы, — парировал Альтан, а парочка переглянулась. — Так значит: ваши маги-люди умирают… и даже не смотря на то: что сильнее наших? Интересно… А при таком раскладе мне одному кажется: что вся ваша стена — это сборище смертников?
— Ты не знаешь: о чем говоришь, ящеррр… — сквозь зубы прошипел комиссар. — Прочь из моего гарнизона!! Вон!! — взревел он и вокруг мага принялись формироваться воздушные завихрения.
Глупо. Разве дракона испугать воздушной стихией? Мы читаем ветра, ловим их в небе и следуем, если нам по пути. Но, тем не менее, Альтан развернулся и зашагал к пустой площадке, так как договориться с магами не представлялось возможным. Парни последовали за ним, и мне ничего не оставалось, как тоже прибегнуть к чарам перевоплощения. Мы взмыли в ночное небо, отлетели на совсем недалекое расстояние от гарнизона и зависли в воздухе: что делать? Опускаться на землю близ диких лесов и обговорить все — опасно. Отправиться обратно к побережью — мы целый день летели без остановок, без еды и воды, нам бы не помешало отдохнуть, но где?
— Мы не закончили! — послышался звонкий голос, и мы дружно обернулись к юнцу, незаметно подлетевшему к нам верхом на грифоне.
Он больше ничего не сказал, а спланировал вниз. Драконы тоже приземлились, но перевоплотиться решились лишь я и Альтан:
— Более безопасного места для разговора не найти? — мрачно осведомился он.
— Считайте: что в моем обществе безопасно везде, — хмыкнул этот самоуверенный еще не оперившийся птенец.
— А ты скромностью не страдаешь, — парировал Альтан, не переставая нервно осматриваться. — Хотя… какая смертнику разница: когда умереть…
Парень покинул седло и отступил от грифона. Он прикрыл глаза, развел руки в стороны и мы все дружно вздрогнули от яркой вспышки света. С его рук сорвались тысячи ярких бело-лиловых нитей. Они устремились во все стороны, а затем принялись формироваться в кольца, зависая одно над другим, оплетая периметр своеобразным куполом. Делегаты перевоплотились и ближе подошли к нам: чтобы магу не пришлось тратить много сил на возведение барьера вокруг четырех пятиметровых туш. Через несколько мгновений ограда была выстроена, освещая нас своим излучением и рассеивая темноту ночи.