Минутку, пожалуйста (ЛП)

— Да ладно! — восклицаю я, у меня голова идет кругом.
Настоящая работа? Работа с одним из лучших психологов в Боулдере? От переполняющих меня эмоций слезы наполняют глаза и стекают по щекам. Эмоции, которые в последнее время я совершенно не контролирую.
Джош хмурится.
— Что случилось? Я думал, ты этого хочешь. Она сказала, что ты будешь работать со всеми ее пациентами.
В горле нарастает странный звук, и я не знаю, гормоны ли это или просто облегчение от того, что будущее не так не определенно, как раньше, но следующее, что помню, я встаю на цыпочки и обнимаю его за шею. Мои губы соприкасаются с его губами, я целую его со всей радостью, похотью и благодарностью, которые текут по венам.
Сначала Джош напрягается, его тело под моими руками становится твердое, как камень, но, в конце концов, он расслабляется и обнимает меня за талию, отрывая мои ноги от земли и целуя в ответ на полном серьезе. Наши языки переплетаются.
Я хочу его.
И прямо сейчас.
  
Глава 11
 
Джош
Уверен, я еще об этом пожалею.
Я уезжаю с вечеринки, полной людей, которые кажутся на десятки лет моложе меня. Понятия не имею, что на меня там нашло. Может, атмосфера веселья и гости, которые хорошо проводили время. Возможно, дело было в том, как сексуально выглядела Линси в рваных джинсах и топе с обнаженными плечами.
Есть ли на ней лифчик? Она вообще носит его когда-нибудь?
Блядь.
Я увлекся всем этим и на самом деле… флиртовал с женщиной, которая беременна от меня. Ничего не мог с собой поделать. Она казалась такой чертовски счастливой и беззаботной. От этого я возжелал ее прямо здесь и сейчас.
Желание было настолько сильным, что я забыл, что, переспав, мы только все усложним. Забыл, что она все еще живет с другим парнем — парнем, который не должен мелькать на гребаном радаре, если рядом я.
Но, черт возьми, возможно, переспав со мной, она, наконец-то, поймет. Может, хороший оргазм очистит ее разум и поможет осознать, что жить со мной — логично. Именно я могу позаботиться о ней, а не парень, который крадет ее телефон только для того, чтобы наебать меня.
Я бросаю взгляд на сидящую на пассажирском сиденье моей машины Линси. Она, как всегда, кусает губу, и мне требуются все силы, чтобы не затормозить и не трахнуть ее на заднем сиденье.
Что эта женщина делает со мной? Обычно моя голова забита мыслями о работе, прежними пациентами и бесконечными «что, если», которые похоронили мою карьеру на подсознании. Столько тяжелых дум, что я почти не живу настоящим. Но Линси возвращает меня в здесь и сейчас. Заставляет делать безумные вещи. С ней все по-другому.
Вероятно, это отсутствие проблем в ее карьере, которые выносят мозг и заставляют сомневаться в себе на каждом шагу. Все, в чем я уверен: прошло слишком много времени с тех пор, как я прикасался к ней. И уже три месяца вспоминаю ту ночь, когда мы переспали, сравниваю ее с любой другой женщиной, которая у меня была, — никто даже близко не подошел к тому, как это было с ней. И вот теперь она сидит здесь, сжимая бедра, потому что, предполагаю, ее желание так же сильно, как и мое.
Мы подъезжаем к моему дому, я паркуюсь в гараже, обхожу машину, хватаю Линси за руку и тащу к двери. Ее глаза полуприкрыты от возбуждения.
Черт, я мог бы легко уложить ее на капот машины, потому что эти глаза лани и сексуальный взгляд, который она бросает на меня, сводят с ума.
Последняя неделя платонических свиданий была самой болезненной из всех, что мне когда-либо довелось испытать. Теперь пришло время плотине прорваться.
Наши губы соприкасаются, когда мы вваливаемся в боковой вход дома. Избавившись от верхней одежды, сбрасываем обувь и идем по коридору. Она стонет мне в губы, стягивая с меня блейзер, а я щупаю ее задницу, чувствуя, что мне нужно зафиксировать эти ощущения в мышечной памяти.
 
Мы оказываемся в спальне, я снимаю футболку и стягиваю топ с плеч Линси. На ней лифчик, очень похожий на тот, что она оставила здесь несколько месяцев назад, и это напоминает мне о том утре.
— Знаешь, у меня пропали спортивные штаны, — ворчу я, потянувшись к лифчику и расстегивая его. — И рубашка.
Она охает, когда бюстгальтер падает, и ее розовые соски сморщиваются. Глаза с расширенными зрачками устремляются на меня.
— У меня пропал целый наряд. Включая трусики и мой любимый бюстгальтер.
Мои губы дергаются в улыбке, но я сдерживаюсь.
— Надо было исключить нижнее белье и избавить нас обоих от лишних усилий.
Она ухмыляется, а затем улыбка сникает, когда я нежно обхватываю ее груди, жадно впитывая реакцию на мои прикосновения. Ее грудь больше, чем мне запомнилось, я наклоняю голову, чтобы поцеловать ее, пока снимаю с нее топ и расстегиваю джинсы. Она вырывается из них, и наши губы смыкаются, я скольжу руками от ее сисек к охренительно упругой заднице. Притягиваю ее тело к своей эрекции, показывая, как она действует на меня.
Она стонет от желания и отстраняется.
— Хочу, чтобы ты снова меня отшлепал. — Она поворачивается в моих объятиях и прижимается задницей к моему члену, опираясь руками на кровать и предлагая себя на блюдечке. — Отшлепай меня, как тогда.
Мои руки оказываются на ее животе. Образ ее растущего, по мере развития беременности, живота, мешает мне. Она недолго будет таких размеров. Скоро станет больше. Я уже чувствую выпуклость на ее еще аккуратном теле.
Напрягаясь от страха, быстро перемещаю руки на ее бедра и отвечаю:
— Я… не думаю, что нам следует делать это.
— Что? — Она оглядывается через плечо, ее блестящие каштановые волосы занавесом падают ей на лицо. — Почему нет?
Я морщусь, когда она стоит передо мной только в стрингах, тыкаясь суперсексуальной задницей в мой твердый член.
— Это кажется неправильным. — В моем ответе слышится боль.
Она издает недоверчивый смешок.
— Это медицинское заключение?
Я бросаю на нее сердитый взгляд, злясь, потому что она призывает меня к чему-то логичному, когда ничто из того, что мы делаем, не является логичным.
— Просто я так чувствую.
Линси удивленно приподнимает брови, понимая, что я не шучу.
— О, боже, ты не шутишь? У меня едва появился животик. Ты не можешь на полном серьезе считать, что это может повредить орешку!
Я вздрагиваю, член умоляет меня передумать, но разум не дает пошевелиться. С медицинской точки зрения, это самая глупая вещь, которую я когда-либо слышал, и мне стыдно за это. Но все равно не могу заставить себя сделать это с ней.
Уперев руки в бока, она разворачивается ко мне лицом.
— Ну, ущипни меня хотя бы за соски.
Я хмуро смотрю на ее великолепные сиськи.
— Слишком сильная стимуляция сосков может вызвать ранние схватки.
— Что? — огрызается она, падая на кровать и откидывая волосы с лица. — Ты не можешь, черт возьми, говорить это на полном серьезе.
Я пожимаю плечами.
— Я доктор. Этот факт отложился у меня в голове.
Ее глаза широко раскрыты и полны ярости.
— Что же, я хочу обратиться к другому доктору!
Прикусив губу, сажусь рядом с ней и провожу рукой по волосам.
— Слушай, мы все равно можем заняться сексом… только… нежно.
— Нежно, — насмехается она, будто это худшая идея в мире. — Мой вибратор не нежный, и мы прекрасно ладим.
— Черт возьми, — стону я, когда ее шаловливый образ вспыхивает в сознании.
Гадство, мне ничего так не хочется, как видеть ее задницу, розовеющую от моей ладони, и слышать крики о большем. Я мог бы кончить от одной только мысли об этом. Но я не собираюсь быть с ней грубым, когда она в положении. Такое не стоит риска, но нужно что-то предпринять, иначе она сбежит без всяких размышлений о переезде ко мне.
Я заправляю прядь волос ей за ухо.