Желудь (СИ)

— И что ты хочешь этим мне сказать?
— Ты утонул и поднялся, став иным. Я не знаю, кто ты такой и зачем пришел к нам. Но это — не случайно. И я упал раненным в рогоз не случайно. Подумай об этом. Об этом, а не о том, как ловчее от нас сбежать. А еще о том, почему раз за разом у тебя это не получается.
— Сбежав сдохнув⁈ — удивился парень.
— А почему нет? Взял и пал в славном бою. В глазах и людей, и богов ты оправдан и благословлен. Так что новая жизнь будет куда приятнее этой. Что кривишься? Я такое уже не раз встречал.
— Это вздор! Если бы я хотел сбежать, то давно это сделал.
— Древний змей[1] хитер. — усмехнулся Вернидуб. — Это ведь он вернул тебя к жизни. И он терзает, не давая уйти отсюда.
— Что ты несешь? — покачал головой Неждан с какой-то тоской в голосе.
— Почему ты не ушел? Почему ты держишься за нас и эти земли да леса?
— Отстань.
— Ответь.
— Иди к черту!
— Не пойду. А кто это?
— Боже! Хватит!
— Ответь!
— Нет!
— Почему? Почему ты не ушел? — не унимался Вернидуб.
— ПОТОМУ ЧТО ЭТО МОЕ! — прокричал Неждан в сердцах. И прямо в лицо ведуну, рывком к нему приблизившись. Да так сильно вышло, что чуть того не оглушил, вынудив невольно отступив.
Неждан же уставился на него мрачным, тяжелым взглядом. Да не глаза в глаза, а словно бы на какую-то точку у него на затылке… как будто бы насквозь. Отчего, как он знал, всякому человеку становится не по себе.
— Я ответил на твой вопрос?
— Да, — медленно кивнул ведун.
После чего парень отвернулся и продолжил движение, бормоча себе под нос:
— Я узнал, что у меня есть огромная семья…
[1] Здесь под древним змеем Вернидуб подразумевает Велеса.
 Часть 3 
 Глава 2 
166, декабрь, 13–14
После той перепалки в лесу Вернидуб словно другим стал.
Осторожным.
С расспросами, как раньше, не лез и не навязывался. Да и вообще, как заметил Неждан, поглядывал на него с опаской. Видимо, в его рационально-мистическом мозгу что-то перемкнуло.
Сам же парень вздохнул с некоторым облегчением.
Вернидуб ему был нужен.
В перспективе.
Если он сам выживет во всей этой свистопляске.
Все ж таки такого агента влияния еще пойди найди. За столько месяцев рядом он уже нахватался и слов, и понятий разных. Да и знаний. Причем в таком количестве, что легко бы сошел за великого учителя в глазах местных. И, если не будет жадничать, то он легко сможет оказаться той самой бабочкой, которая все изменит. Даже в одиночку.
Но…
Как же с ним было тяжко.
Какой же он был порой душный и сложный. А главное — совершенно не понимал границ. Хотя, надо отдать ему должное — отлично чувствовал парня, «потроша» его на знания не нахрапом, а хорошо дозированным давлением. Постоянным. Отступая в моменты всплеска раздражения.
Сейчас же словно отрезало.
Даже в лес на следующий день Неждан пошел один. Ну, с Мухтаром, то есть. Тот как признал его главарем стаи, так и держался этой позиции.
Ну а что?
Кормит. Границы охраняет. Да и сам бы пес не решился тягаться ни с кабаном, ни с теми людьми.
С Вернидубом Мухтар немного конкурировал поначалу. Но вяло и неохотно. Тот умел с собаками обращаться. И после парочки проверок на прочность сумел указать псу его место в их стае…
Пошел, значиться, Неждан в лес в тот день.
Размяться.
Если повезет — поохотится.
Ну и попробовать подобрать материал для лука и стрел. Дротики и праща, конечно, дело хорошее. Но было бы неплохо и этим оружием обзавестись.
Пробежался немного на лыжах.
Приметил зайца.
Метнул бумеранг. Но мимо.
Мухтар бросился за этой метательной палкой, а сам Неждан стал осматриваться. Пытаясь приметить что-то подходящее.
И тут какой-то звук за спиной.
  
Пес еще не должен был вернуться. Отразившись о какую-то ветку, торчащую из снега, бумеранг подпрыгнул, словно плоский камень на воде, и подскочив, улетел дальше. Скрывшись где-то в деревьях.
Парень резко обернулся.
И сразу же отшатнулся, потому что стоящий перед ним лось, попытался ударить его копытом. Передним. А они лихо им работали. Что с левой, что с правой. По голове волку, если попадали, то выносили с первой подачи…
Лоси здесь, судя по всему, были дерзкие и непуганые. Неждан еще там — на поле ячменя приметил, что они вели себя куда более нагло и отбито, чем должно бы. Обойдя даже московскую популяцию из парка Лосиный остров. Он в прошлой жизни несколько раз своими глазами видел, как обнаглевшие лоси приставали к лыжникам и устраивали дебош возле магазинов. Причем дерзко так. Не воспринимая людей как угрозу или проблему. Просто до них докапываясь, как уличные хулиганы. Это случалось не часто, но с изрядной регулярностью.
Здесь же, судя по всему, ситуация была аналогичной или даже хуже.
Неждан лосю явно был не по душе. И тот собирался его прогнать. Ведя себя дерзко и агрессивно. Что и не удивительно из-за больших проблем с охотой. Вот и обнаглели…
Новый удар.
Неждан уклонился, отвернув в другую сторону.
Взмахнул лыжной палкой, которой он метил по морде. Но лось отскочил.
И сызнова напал.
А потом еще раз.
И еще.
У парня имелось и копье, которое он таскал с собой, нося на заплечном ремне. И топор, там же. Но снять и использовать он не мог. Лось просто не давал времени.
Прям натурально прессуя.
Развернуться и уехать на лыжах Неждан тоже не мог. По той же причине — лось не давал. Ибо не соображая, сам блокировал человеку пути к отступлению.
И тут — рычание.
Тихое такое, но весьма угрожающее.
Лось его услышал и повернулся к стоящему невдалеке Мухтару.
Взмах.
И лыжная палка со всей дури ударила лося по крупу. Отчего он чуть присел и рванул вперед. Вроде как на пса, резво отскочившего в сторону. Но останавливаться не стал, удалившись с этой полянки…
— Наглые они, — покачал головой Вернидуб, когда услышал эту историю. — Не задел?
— Да вроде нет.
— Разгневали мы Велеса. Ой разгневали.
— Мы?
— Я ведь ведун Перуна. А ты мне помогаешь. Знаниями делишься. Будь уверен — ему это не по душе. Не любит он брата.
— Брось, — отмахнулся Неждан. — Мало ли? Дикие, обнаглевшие лоси и не такое могут творить.
— Их не каждый год встретишь, а тут к тебе прямо липнут. И пытаются вредить. И кабан тот. А помнишь, сколько птицы озоровали? Нет. Велес точно серчает.
— Мы живем посреди леса. Ты полагаешь, что местная живность будет обходить нас стороной? — хохотнул Неждан.
— По-разному бывает. Обычно твари лесные сторонятся людей. А тут словно кто-то их натравливает. Уж не Лесная ли дева по научению родителя? Оттого и охота не удается. Сколько раз ты метал бумеранг за последние дни? Хоть раз попал?
— Хм… — задумчиво фыркнул парень.
Ведун хорошо работал.
Органично вплетал совершенно несвязанные событие в единую мистическую картину. Неждану же повезло оказаться человеком приземленным и материалистичным. Иначе бы давно уверовал.
Ведь все к одному.
И тот инцидент с лабораторией.
И перенос матрицы личности в это тело.
И странное поведение животных.
И неудача с охотой.
И многое иное.
Но, к счастью, он мог найти вполне рациональное объяснение каждому из элементов мозаики. А в единую конструкцию ее не собирал, так как не видел оснований.
Мало ли во что люди верят?
Иные вон и макаронному монстру поклоняются, а есть и те, что в демократию там верят или коммунизм. Впрочем, Неждан их не осуждал. Он понимал –людям нужда вера, многим, если не большинству. Так им проще, когда все просто и по полочкам разложили за них.