Мертвый Шторм. Предыстория (СИ)
Сэм хотел расспросить про детали, но не успел открыть рта, как Леха сказал:
— Так, я в принципе готов. Ну что, идем?
— Да, пожалуй, пора, — ответил Сэм.
Они вышли из комнаты, Леха закрыл дверь на замок и направился к эскалатору. Сэм последовал за ним, но на полпути остановился. Вопрос со светильником не покидал голову сталкера, и он придумал как можно проверить этот момент.
— Что такое? — спросил Леха.
— Иди вперед. Нужно зайти к начальнику станции и быстренько у него спросить, не известно ли ему что-нибудь о вояках.
— Да, хорошая идея.
— Иди к вокзалу. Я догоню.
Леха начал спускаться, а Сэм пошел в обратном направлении, в сторону кабинета начальника. Служебные помещения также находились в подземном переходе, в противоположной его части относительно выхода к эскалаторам. Из-за дефицита места гермодверь перехода здесь давным-давно заложили кирпичом и перестроили эту часть под технические помещения, склады и кабинеты персонала станции. Поэтому кабинет начальника тоже находился здесь.
Вход охранялся, но Сэма пропустили без всякой проверки документов. Личная охрана начальника хорошо знала Искателя и даже не обратила на него внимания.
Сэм постучал несколько раз и, не дожидаясь ответа, вошел. Виктор Андрианович, он же Сократ, бывший декан педагогического университета, а ныне начальник станции, сидел за огромным дубовым столом, занимавшим почти все помещение. Сократ имел чувство вкуса и ценил чистоту и минимализм, поэтому кроме стола, офисного кресла, пары стульев и небольшой книжной полки за спиной, в кабинете не было ничего лишнего. Разве что роскошная люстра под потолком ярко освещала лысину начальника, которой тот ничуть не стеснялся и даже отдельно ее полировал.
Виктор Андрианович получил свое прозвище вовсе не из-за внешнего сходства с великим философом: сам он был крупным пожилым мужчиной, некогда спортивного телосложения, которое давно уже сменилось округлым животом. Все было проще: прозвище ему дали за то, что он часто любил упоминать цитаты этого деятеля в разговорах.
— О, Сэм! — поприветствовал Виктор Андрианович. — Рад тебя видеть! Проходи, присаживайся. Слышал, что ты вчера вернулся. Решил тебя не беспокоить. Рассказывай, что там, как дела на поверхности? Принес что-нибудь интересного?
— Нет, Сократ, ничего не принес, ходка была рабочая, и сейчас я снова ухожу в рейд, поэтому пообщаться не успеем.
— Что же, жаль, я думал, ты пришел рассказать что-то любопытное, — разочаровался Сократ.
— Расскажу обязательно, когда вернусь, даже больше расскажу, чем есть. Но сейчас у меня мало времени. У меня к тебе есть очень важный вопрос.
— Так?
Сэм еще немного подумал, что именно стоит рассказать Сократу, про Леху или про Альянс, и решил зайти через второй вариант. Виктор Андрианович всегда был ответственным и работящим мужиком, в вопросах управления станцией и решения главных проблем в обеспечении комфортной жизни он принимал активное участие и всегда здраво подходил к любой проблеме, поэтому, возможно, мог что-то сказать и про неожиданное появление военного. А вот о Стервятнике ему лучше не знать, незарегистрированные выходы начальнику станции очень не нравились и были под неофициальным запретом.
— Этот мой выход на поверхность, с которого я вернулся, был для Военного Альянса.
— Да ладно! — от удивления Сократ стукнул ладонью по столу. – Не может быть! Они живы, что ли?
— Сложно сказать, но насколько я понял, да. Вот сам пытаюсь это выяснить. Можешь показать журнал входа в ЭлектроСоюз?
— Конечно, — он выдвинул ящик стола и достал оттуда книгу с записями. Полистав страницы, нашел последние записи и передал журнал Сэму.
Записей на эту неделю было немного:
«Пионерская». Торговец Светлана Юрченко, вход, 10 сентября, 10:00.
«Пионерская». Житель Союза, Феликс Дуля, выход, 12 сентября, 15:49.
«Площадь Ленина». Сталкер Миха Казан, выход, 14 сентября, 9:40
«Площадь Ленина». Сталкер Миха Казан, вход, 14 сентября, 10:21.
«Пионерская». Сталкер Сэм Искатель, вход, 15 Сентября, 22:15»
Все открытия гермодвери и проходы блокпостов на «Пионерской» и в северном туннеле фиксировались в журнале постовыми. Это означало, что никто из военных в ближайшую неделю точно не проходил в Союз. А также это означало, что легенда Стервятника про грузовичка, которым был Миха, рассыпалась в прах, так как зарядить аккумуляторы за условный час невозможно. И Стервятник скорее всего сам выходил на поверхность в обход фиксации, что, кстати, хорошо вязалось с его новой книгой.
— Хм… — задумчиво произнес сталкер. — Ладно, хорошо, нет проблем.
— Для чего ты спрашивал то?
— Если честно, это довольно долго объяснять, да я и сам теперь не до конца понимаю, что на самом деле происходит. Ладно, я расскажу тебе подробности по возвращении, но нужно сделать кое-что важное. Если я не вернусь через неделю, поднимай всех, переводи станцию в боевое положение, дело плохо.
— Ты уверен, что не хочешь ничего мне рассказать сейчас?
— Уверен, и к тому же у меня нет времени. Просто сделай что я прошу.
— Мудрость – это знать, насколько мало мы знаем. Добро, сделаю. Береги себя.
Сократ встал и пожал Сэму руку. Тот кивнул, вышел из кабинета и быстро добрался до платформы. Пока шел до вокзала, размышлял, правильно ли он сделал, что предупредил Сократа. А если ситуация все же не так ужасна, как может показаться? С другой стороны, лучше, чтобы Сократ переволновался, но был готов принять меры в случае неожиданного нападения. Да, так будет лучше.
На вокзале как всегда кипела жизнь, разгружали очередную грузовую дрезину. Сэм даже не сразу разглядел в толпе работяг Стервятника и стоящего рядом Медведева. На этот раз военный был одет в боевой модернизированный костюм химзащиты «ОЗК», полностью прорезиненный, похожий больше на космический скафандр, чем на снаряжение для выхода на поверхность.
В этот момент работяги загрузили последний ящик на дрезину, и когда она уехала, Сэм понял, что с группой присутствовал третий человек. Странного вида мужчина в крайне неестественной для вылазки одежде: потертый классический костюм-тройка с бабочкой, длинный легкий плащ и старые туфли. Плащ был с капюшоном, который сейчас практически полностью скрывал лицо незнакомца. Тот словно вылез со страниц романов про охотников на вампиров в викторианскую эпоху, Сэм даже не заметил при нем никакого оружия.
— О, а вот и Сэм, — поприветствовал Николай и указал рукой на незнакомца в костюме. — Сэм, это Проводник. Он проведет нас до «Баррикад».
— Что, проведет прямо… так? — удивился Искатель.
— Да. Именно.
Проводник молча смотрел на дрезину, будто бы не замечая никаких разговоров о себе. Он создавал впечатление не особо разговорчивого человека.
— Хорошо, но в таком случае, думаю, пересекать кордон на «Пионерской» лучше по одному, — сказал Сэм. — Такой разношерстный отряд обязательно привлечет внимание патрульных и будет много вопросов.
— Не переживай, проблем не будет, — ответил ему Николай. — На ваш Союз есть другие пути.
— Это какие?
— Все, пора идти, — вдруг произнес Проводник, — окно будет открыто всего десять минут.
Сэм не понял, про какое окно идет речь, но решил не задавать лишних вопросов. Тем более что все ответы получил очень скоро.
Глава 3 - Мертвый Город
Проводник, вместо того чтобы сесть на дрезину, повел группу к туннелю. Пройдя по платформе до самого ее конца, он спрыгнул на пути. Так как транспорт в Союзе бесплатный, по туннелям никто никогда пешком не ходил, и люди, прыгающие с платформы, непременно вызывали бы подозрение. Но именно сейчас никто не обращал на путников внимания: работники, матерясь, разгружали огромные ящики, которые с трудом умещались на платформе.
Все двигались тихо. Сэм ожидал, что сейчас Проводник остановится, даст какой-то сигнал, и к группе подъедет легкая дрезина, но пройдя метров сто, Проводник остановился у двери к неиспользуемым служебным помещениям. Сэм прекрасно знал, что там лишь небольшая комнатушка c прогнившим насквозь трансформаторным ящиком, никаких люков или выходов на поверхность. К тому же дверь давно заперта. Тем не менее, Проводник невозмутимо подошел вплотную и, достав из кармана плаща необычный ключ, больше похожий на хитрую отмычку, вставил его в замочную скважину. Замок щелкнул, и дверь без проблем открылась. Сэм удивленно посмотрел на Стервятника, но тот лишь пожал плечами.