Мертвый Шторм. Предыстория (СИ)

Путь до Красного Колхоза расчистили очень хорошо, и дрезина могла нестись по нему без всяких замедлений и остановок. Сэм помнил, что раньше этот путь использовался только для пешего перемещения, и удивился тому, как быстро его вернули в рабочее состояние. Ехали молча. Стервятник нацарапывал ножом на новом дробовике свое фирменное «Ковальски», значение которого было известно лишь ему самому, Проводник, как ни в чем ни бывало, медитировал, совершенно не обращая внимания на окружающий его шум. Сэм и Колючка же то и дело переглядывались друг с другом, словно дети, которые впервые в жизни испытали какие-то чувства к другому человеку.
Желая как-то начать разговор, Колючка спросила:
— Сэм, можешь мне рассказать про Красный Колхоз?
— А ты о нем не в курсе?
— Я никогда не была в метро после Катастрофы, только в его окрестностях. Тем более, эта часть города и в мирное время для меня была «неразблокированной территорией»…
— Вот уж не думал. Может, тогда тебе стоит сначала про Научное Объединение рассказать?
— Ну… так скажем, я про них уже поняла все. А вот что нас ждет у «красных», хотелось бы знать. Все, что я знаю, это что они поддерживают коммунизм и выращивают зерно и живность.
Сэм даже немного рассмеялся.
— Что? — удивилась Люба. — Что тебя так рассмешило?
— Ну, по сути, ты сейчас озвучила все, что о них следует знать. Могу лишь подробнее уточнить детали.
— Хорошо, мне интересно тебя слушать.
— Что ж… — Сэм быстро прогнал в голове все, что знал о «красных», — начну с их строя. Почему они выбрали именно коммунизм – загадка. Кто-то говорит, что причиной этому послужило общее противостояние Торговому Городу, который по сути является чисто капиталистическим объединением. А кто-то считает, что причиной стал сам факт основной деятельности – фермерство, которое вроде как без единства и общности вести довольно сложно.
— А ты как считаешь?
— Я думаю, правы все, и коммунизм сформировался из-за совокупности факторов. Тем более, коммунизм у «красных» тут обособленный, никак не заигрывающий с СССР, культом Сталина и подобным. Зная, как формировался ЭлектроСоюз, думаю, они просто пришли к выводу, что, когда вы все делаете сообща и во благо всех, работа идет легче и все довольны. Ну а отношения с торговцами усилили это ощущение.
— Ты сказал фермы – а что они выращивают?
— Почти все. На станции преимущественно животных, на поверхности – злаковые культуры.
— На поверхности? Они тоже живут на поверхности???
— Нет, не живут, не переживай, — Сэм улыбнулся. — У них там защищенные теплицы Академии, еще с мирного времени. Жить в них условия не позволяют, но вот радпшено растет просто потрясающе. Уж про радпшено рассказывать тебе не нужно?
— Слушай, я не настолько деревянная. У нас в Альянсе из него хлеб пекут.
— Ну, собственно, это все, что я могу рассказать тебе про Красный Колхоз.
Дрезина вдруг начала сбавлять ход, а потом машинист и вовсе надавил на тормоза.
— Странно, я думал, поедем без остановок, — удивился Стервятник.
— Я тоже, — ответил ему Сэм и повернулся к машинисту. — В чем дело?
— А вы что, не видите? — машинист указал рукой вперед.
Сэм посмотрел в туннель впереди. В тусклом свете самодельной фары он сначала не увидел ничего необычного. Рельсы и тюбинги, которые уходили от дрезины, сразу растворялись в темноте. Да вот только это оказалась вовсе не темнота, как могло показаться на первый взгляд, а закрытые гермоворота.
— Может, стоит посигналить им? — спросила Колючка.
В ответ машинист, весьма пожилой мужчина, примерно лет семидесяти, поступил совершенно неожиданно для сталкеров. Он нажал себе на нос и произнес:
— Бип-бип.
Путники посмотрели на него как на ненормального.
— Ну а что вы хотели? — пожал плечами машинист. — Это дрезина, а не тепловоз, у меня тут только две ручки, газ и тормоз. Идите, договаривайтесь сами. Мне заплатили только за то, чтобы я довез вас с одного конца в другой. Уговора на остановки не было.
— Дед, ты вообще кто такой? — вдруг вспыхнул Леха. — Ты, часом, ничего не перепутал?! Ты знаешь, что мы сталкеры?
 
— Лех, спокойней, — попытался урезонить друга Сэм.
— Сталкеры-хуялкеры, мне вообще до борозды.
— Дед, да ты охренел вообще? Звание, быстро!
— Пошел ты в жопу! Нет у меня звания. Я к вашим тупорылым воякам, которые толпой к нам в Торговый приперлись, вообще отношения не имею.
Машинист достал обрез откуда-то из-под кресла, на котором сидел.
— А ну, слезайте с дрезины, бегом.
— Послушайте, — попытался успокоить его Сэм, — простите моего товарища, он немного погорячился.
Дед ничего не ответил, лишь махнул обрезом в сторону. Сэм попытался наскоро придумать план действий. Оружие сталкеров сейчас висело на плече, успеть перехватить его просто не хватит времени. Дробовик Стервятника все еще находился у него в руках, да вот только Леха решил отсоединить магазин, прежде чем начать царапать на оружии свое кодовое слово. Ничего не оставалось, кроме как выполнить команду.
Сэм спрыгнул первым. Помог спуститься Колючке. Следом молча слез Проводник. Леха остался стоять на месте.
— Тебе особое приглашение нужно? — спросил машинист.
— И куда ты денешься? Назад вернешься без нас, тебя же тут же к стене поставят.
— Лех, слезай, — сказал Сэм.
Стервятник вместо этого хотел было дернуться к барабану от дробовика, но прогремел выстрел. С потолка посыпалась мелкая крошка. Дед оказался куда более ловким, чем могло показаться на первый взгляд.
— Второй прилетит в твое хлебало, если не слезешь! — прорычал машинист.
— Ладно, ладно, как скажешь, — Леха спрыгнул с дрезины. — Надеюсь, тебя тепло встретят на обратном пути!
— Пошел нахер! — ответил дед и врубил реверс. Двигатель заревел, и дрезина поехала в обратном направлении.
Стервятник подождал несколько секунд, пока свет фар не отдалился, и тут же зарядил барабан в дробовик и нацелился вслед уходящему транспорту. Но когда он нажал на спуск, Проводник выбил оружие у него из рук, отчего выстрел ушел мимо.
— Ты что делаешь??? — взбеленился Леха и направился на него.
Проводник махнул рукой, из-под рукава пиджака выскочило лезвие. Леха тут же остановился.
— У деда маразм, — невозмутимо ответил Проводник. — Очень жаль, что этого не заметили, когда его нанимали, но убийство сумасшедшего чести тебе не сделает.
— Стерв, он прав, — согласился Сэм. — Пройдем расстояние по старинке, пешком. Думаю, у «красных» есть веские причины, чтобы перекрывать пути.
Леха посмотрел на товарищей. Потом подошел к своему дробовику и, поднимая его, сказал:
— Да и черт с вами. Похоже, мне тут одному хочется поскорее все закончить.
— Думаю, проблем не будет. Я знаком с начальником станции, так что договоримся.
Сэм дождался, пока Стервятник поднимет оружие, и направился к гермодвери. Никаких люков, звонков или иных способов связи с той стороной не нашлось. Поэтому сталкер взял оружие и постучал прикладом. С полминуты ничего не происходило, но как только Сэм замахнулся, чтобы постучать еще, послышался скрежет замков. Гермоворота приоткрылись совсем чуть-чуть, ровно настолько, чтобы появилась небольшая щель, через которую можно лишь поговорить. Сэм подошел ближе. В лицо ударил яркий луч света.
— Кто такие? — спросил голос с той стороны.
— Сталкеры. У нас транзит до Торгового Города.
— Сталкеры? Миха, — спросил голос в сторону, — распоряжение по поводу сталкеров есть какое-нибудь?
Ему что-то ответили, но говорящий стоял слишком далеко, чтобы разобрать ответ. Прошла еще минута, и ворота открылись сильнее. Луч прожектора увели в сторону, и путники смогли разглядеть встречающего. Мужчина лет сорока пяти, среднего телосложения. На голове еще остались волосы, но большую часть занимала лысина, которая плавно переходила в низкий лоб, из-за чего он казался вечно нахмуренным. В руках встречающий держал автомат Калашникова, который сейчас направил на сталкеров.