Секреты Чон Ван Ги 3 (СИ)

Со Ён, правда, была как на иголках, но это и понятно. На следующей неделе должен был состояться совет директоров, где выберут нового председателя «Тонгкан Солюшен». Девочка очень переживала за результат и каждый день пыталась встретиться то с одним из членов совета, то с другим, и после этих встреч легче ей не становилось. Судя по тому, что она говорила — мудрые мужи вежливо ей улыбались, внимательно слушали, охотно кивали, но постоянно отводили глаза. Вероятно, кузен подсуетился раньше. Я, как мог, поддерживал девушку, держа за зубами свои выводы из ситуации.
  
Но Со Ён ведь дурочкой не была и всё прекрасно понимала, просто очень цеплялась за надежду. Как-то ночью, после очередной серии «Сверхъестественного», она повернулась ко мне и спросила:
— Ты думаешь, у меня получится?
— Несомненно, — уверенно ответил я. Почувствовал её напряжение и поспешил добавить:
— Возможно не сразу, но всё получится. Эта игра вдолгую. Не рассчитывай на быструю и лёгкую победу. Но на победу непременно рассчитывай.
— Было бы здорово… — тихонько вздохнула она.
А ещё что-то происходило вокруг. Пару раз мне казалось, будто бы меня и Со Ён кто-то преследует. Будто наблюдают за нами, пока мы ужинаем. Я ловил эти странные взгляды, когда мы заглядывали на выставку художников импрессионистов в Хонде Плаза. Я чувствовал чьё-то внимание во время прогулок по рождественским улочкам туристического квартала. Я даже когда мы приезжали ко мне домой — по спине мурашки бегали. Может, это ещё какая-то способность? Но, в целом, можно же списать и на паранойю. Когда вокруг тебя то и дело возникают разные чёрточки да точки — чердак заметно протекает. Однако ничего необычного вокруг нас не происходило. Никакие зловещие люди за нами не следили, а я ведь старался запоминать лица. Пусть это и не так просто в таком многочисленном городе.
Чувство было настолько сильное, что один раз мне даже удалось перекинуться парой слов с господином Каном и поделиться опасениями. Суровый начальник охраны внимательно меня выслушал, но помочь ничем не смог. Ничего подозрительного он не заметил. В итоге договорились повысить бдительность, пусть мне и неизвестно как такое можно провернуть, а главное, как проверить это самое повышение.
Так что, когда вечером субботы мы возвращались ко мне домой, отпраздновать нашу первую покупку — я был готов. Поэтому, когда на нашей лестничной площадке послышался торопливый топот спускающегося по ступеням человека, я дёрнул струну замедления машинально. Обернулся. Со Ён застыла с открытым ртом, намереваясь что-то у меня спросить. В моих пальцах был зажат ключ от двери.
Кстати, чем сильнее становилась руна замедления, тем сложнее было двигаться. Я чувствовал сопротивление воздуха, когда поворачивался.
Человек в маске, спускавшийся по лестнице с этажа выше, застыл с поднятой ногой. Его вытянутая вдоль тела рука сжимала пистолет с глушителем. Время пошло! Я двинулся к нему навстречу, заглянул по дороге в пролёт. Стрелок пришёл один. Тем лучше. Оказавшись рядом с незнакомцем, я кулаком, с зажатыми ключами, врезал ему по руке, сжимающей оружие. В бицепс. Затем ударил по колену занесённой ноги, а под конец пнул ещё и по второму колену, опорному. От души пнул. Он накренился уже сейчас, во время замедления.
Секунды всё ещё шли. В ушах загудело. Для надёжности, я выдернул пистолет из руки нападающего и бросил его в лестничный пролёт. Вернулся к Со Ён и постарался занять положение, в котором был.
Время возвращалось в нормальное течение вместе с усиливающимся гулом. Последние секунды по ушам прямо колотило, и когда всё стихло — Со Ён испуганно вскрикнула. А позади страшно закричал человек.
— Назад! — я загородил девушку собой, оказавшись между стрелком и ею. Но тому уже было не до нас. Мой удар в колено вывернул ему ногу как у кузнечика. Неудавшийся убийца грохнулся на пол, корчась от боли и завывая. Сломанная кукла, а не человек.
— С вами всё в порядке? — попробовала выскочить из-за моей спины Со Ён. Добрая душа, не поняла что произошло.
Я жестом попросил её стоять на месте, подошёл к упавшему. Так, ему, определённо, уже не интересно на нас нападать. Под маской оказался седой мужчина лет пятидесяти. Глаза злые-презлые.
— Кто тебя прислал? — вдавил я синюю точку в его лбу.
— Имуги! Имуги! — провыл тот. — Имуги!
— Зачем?
— Убить девчонку и всех кто будет рядом!
Со Ён ахнула, закрыла рот ладошкой. Я же вытащил телефон, включил камеру:
— Расскажи в деталях, кто и когда прислал тебя сюда и что ты собирался сделать.
Седой, извиваясь, и пуча испуганные глаза, принялся сдавать своего нанимателя, и когда вопросов у меня больше не осталось, то я выключил запись. Поднялся на ноги. Со Ён уже убрала телефон в карман, а снизу к нам топали ботинки её охраны. Молодец, девочка, сообразила.
Господин Кан оказался на лестничной площадке первым. Склонился над лежащим. В руках начальника охраны был уже знакомый мне пистолет с глушителем. Господин Кан держал его так, словно собирался забить им убийцу до смерти. Сдержался, слава богу.
— Простите, госпожа, — поклонился он Со Ён. — Просите… Я не знаю, как мне смыть этот позор.
Он бухнулся на колени перед ней и опустил голову. Я, кажется, забыл с кем встречаюсь. Потому что Со Ён сейчас была не то девчонкой, с которой мне так легко общаться, гулять, есть, пить и даже молча лежать в кровати. Сейчас это была женщина с неограниченной властью.
— Ван Ги кое-что записал. Прошу, перешли это господину Кану.
Она встала над начальником охраны, жестом попросила его подняться:
— Ты посмотришь. А дальше будешь знать, что делать…
Тот кивнул.
— Забери его, — указала на искалеченного стрелка Со Ён.
— Что с ним произошло? — спросил господин Кан.
— По-моему, он упал, — сказал я. — Мы стояли у двери, когда он вдруг грохнулся.
— Мне кажется, это Мангуст, — заметил господин Кан. — Один из ликвидаторов Имуги. Почему он здесь⁈ И… Простите, госпожа Сон. Я всё сделаю.
Когда воющего от боли стрелка вытащили на улицу — там уже стояла полицейская машина. Явно кто-то из соседей вызвал. Однако, поговорив с господином Каном, патрульные молча сели в свой автомобиль и уехали. Вот как интересно у них здесь устроено, конечно. Одно равенство и справедливость, ага.
Едва полиция исчезла — у припаркованной машины охраны открылся багажник, и господин Кан вместе с водителем запихали туда безвольное тело Мангуста. Вскоре, с визгом шин, автомобиль сорвался с места. Судьбе стрелка не позавидуешь. Но гораздо интереснее моё сильное предчувствие. Ещё одна способность? Завтра надо проверить. Если чувство тревоги ушло, значит и правда все эти дни я чувствовал слежку этого самого Мангуста.
Он, получается, изучал нас, наши повадки. Искал слабые места. И если бы не шестое чувство и умение замедлять время — мы оба были бы уже мертвы. От такого даже холодно стало.
— Чем ты насолила Имуги? — спросил я у Со Ён, когда та, наконец, успокоилась. После того как господин Кан утащил вниз стрелка, девушку натуральным образом трясло от нервов. Настолько сильно, что Страйгор выбрался из своего логова и устроился у неё на коленях, позволив женским пальцам забраться в самое сокровенное кошачье место — в шерсть на животе.
Урчание архимага помогало не хуже валерьянки.
— Он знает, что я приходила к дедушке. Он знает, о чём я с ним говорил. Дедушка… Боже мой, Ван Ги, дедушка меня приговорил⁈ — она ведь только успокоилась, и её снова затрясло. — Дедушка решил так от меня избавиться⁈
— Твоя семья довольно оригинально к тебе относится, но сильно сомневаюсь, что настолько, — я обошёл её сзади, положил руки на плечи и принялся легко массировать. Вдвоём со Страйгором мы приведём Со Ён в порядок!
— Я зря вернулась в Корею, — вдруг призналась она. — Если бы я знала…
— Ну, а я рад, что ты вернулась, — улыбнулся я. Нажал пальцами посильнее, чтобы знала!
— Ай! Прости, Ван Ги. Да, ты стоил всего этого, конечно. Но эта не жизнь, а одно большое сражение. Я устала!