Скорость. Назад в СССР 2 (СИ)

Спальня, как и вторая комната выходила окнами на Москву реку. А кухонное окно на небольшой в сад во дворе. Был пятый час утра и уже светало.
Я услышал, как в саду запели птицы, а по реке во медленно проплывала баржа которую тянули два буксира.
Утренний свет начинал вливаться в квартиру, рисуя на стенах вертикальные полосы. И все это было хорошо, словно я попал в неведомое, но очень приятное приключение, за исключением одного.
Я прекрасно понимал, что если я действительно хочу добиться каких-то серьезных результатов, то мы с Сашей внутри команды можем быть кем угодно: экипажем, отдельными гонщиками, механиками, слесарями и так далее.
Единственное кем мы не можем быть внутри команды — парой. Мы не можем быть двумя влюбленными.
Я не мог сейчас позволить произойти близости. Может быть когда-нибудь потом.
Я знал, что ни она, ни я потом не прощу себе этого. Но если я хочу добиться своего, то я должен быть сильнее любых соблазнов. Эх, где мои семнадцать лет.
Я хочу стать лучшим гонщиком в Союзе.
Первым делом, первым делом — самолёты. Ну а девушки, а девушки — потом.
Продолжение следует.
 Глава 5 
Я прекрасно понимал, что если я действительно хочу добиться каких-то серьезных результатов, то мы с Сашей внутри команды можем быть кем угодно: экипажем, отдельными гонщиками, механиками, слесарями и так далее.
Единственное, кем мы не можем быть в нашей автогоночной команде — парой. Эх, где мои семнадцать лет.
Я хочу стать лучшим гонщиком в Союзе.
Первым делом, первым делом — самолёты. Ну а девушки, а девушки — потом.
* * *
Трубецкой попросил съездить к Николаю домой, его уже выписали после операции. По его словам врачи сделали невозможное.
У него остались проблемы с ногами, но заработали руки. Существовала вероятность того, что он сможет восстановиться, если будет работать над собой.
Все члены команды уже побывали у него дома, кроме меня и Нины. Его бывшая подруга и наш командный талисман ни разу не навестила его и не позвонила ему после аварии.
— Будет неплохо, если вы с Сашей навестите его, — он полез в карман и достал портмоне, — вот возьми. Купите ему фруктов или тотик. Но не в коем случае не алкоголь. И вас вас умоляю проявите твердость в этом вопросе. Как бы он ни просил, как бы ни пытался манипулировать не поддавайтесь.
— Не нужно денег, Игорь Николаевич, не настаивайте я не возьму. Мы сам купим фруктов, если Саша согласиться пойти со мной.
Князь приподнял бровь и мягко улыбнулся.
— Надеюсь, что между вами нет серьезных разногласий. Если понадобится моя помощь и весь мой опыт, то я к твоим услугам.
— Спасибо Игорь Николаевич, я непременно воспользуюсь.
С момента нашей последней встречи с Сашей прошла неделя. Когда я позвонил ей и рассказал о просьбе Трубецкого, то она согласилась без долгих уговоров, как ни в чем не бывало.
— Хорошо, Каменев, без вопросов. Где и когда встречаемся?
Крепкий орешек. С характером и чувством собственного достоинства. Конечно меня влекло к ней. Я успел тысячи раз вспомнить о том, что между нами произошло и о том, что могло произойти.
Но все же ни о чем не жалел. Я счет поцелуй в лифте ошибкой.
Когда я провожал ее домой мы многом говорили. У нас с ней было много общего, выяснилось, что кроме машин и автогонок, нам нравятся одни и те же книги, похожая музыка, одни и те же фильмы.
Я ловил себя мысли, что мы очень похожи. А минус на минус рано или поздно дает плюс. Впрочем, я не загадывал и не возводил невидимых стен.
Делай что должно и будь, что будет!
Мы договорились с ней на завтра после работы встретится у ближайшего к квартире Соменок метро Юго-Западная.
Она приехала легкая и все такая же притягательная. На этот раз она была в простой белой футболке, в джинсах и белых кроссовках.
Мы поздоровались, как старые друзья.
— Слушай, Саш, я должен у тебя попросить прощения.
Но девушка не дала мне продолжить
  
— Перестань, все нормально. Тебе не за что просить прощения. Если хочешь чтобы сегодняшняя встреча прошла нормально, то завязывай с объяснениями.
— Хорошо.
Мы обсудили последние новости в гараже.
На ближайшие выходные у нас была назначена первая тренировка на треке.
Из новостей у нас были купленные почти по магазинной цене карбюраторы Вебер.
Еще Трубецкой нашел гонщика из Ижевска, который должен был вскоре приехать к нам на беседу в Москву.
Саша была в прекрасном настроении, когда мы поднялись к Соменко в квартиру.
По предварительной договоренности с Трубецким сначала мы позвонили в дверь к соседке, которая жила напротив. Это была одинокая пенсионерка, взявшаяся присматривать и опекать Николая в первое время.
Насколько я понял, делала она это не бесплатно, Трубецкой приплачивал ей за услуги сиделки.
Она отворила дверь, услышав, что мы к Коле от Игоря Николаевича.
Она не здороваясь сходу озадачила нас вопросом.
— А ты не та ли самя Нинка? — старуха подозрительно нахмурила брови глядя на Сашу.
— Здравствуйте, бабушка, Александра, можно просто — Саша, — она улыбнулась протянула руку.
Бабка вытерла руки о фартук висевший на груди, но руки пожимать не стала.
— У нас, бабы за ручку не здоровкаются. Вижу, что не Нинка, — бабка вышла в коридор чтобы лучше разглядеть девушку, потом повернулась ко мне и спросила, — твоя, что ли, девка?
Меня начала одбешивать ее бесцеремонноть и я с трудом сдерживая свой гнев ответил без улыбки и заискиваний.
— Не девка, бабуль, а коллега и подруга, мы с Александрой друзья.
— Знаю я эту вашу дружбу. Смотри, чтобы она матери в подоле не принесла.
Меня начала подбешивать ее бесцеремонноть.
Я хотел ее остановить, но Саша, продолжая улыбаться одернула меня за рукав.
— А ты тоже, Сашка, мозги не теряй, — теперь она обращалась к моей спутнице, — такой «друг» — до первого залета. Вдует тебе, а там поминай, как звали. Я дело тебе говорю!
Саша скорчила мне рожицу за ее спиной, когда она открывала ключом дверь квартиры Соменко, означающую: «Понял, съел?»
Я покрутил пальцем у виска, считая, что бабка была явно с отклонениями.
Она по-хозяйски вошла в квартиру и почти криком предупредила Соменко о нашем появлении.
— Никола-а-й! К-о-ля! К тебе пришли. Говорят, сработы от Игоря Николаевича. Ты спишь что-ли? — она выставила вперед оно ухо, пытаясь расслышать ответ.
— Тут я. Кто? — донесся хриплый мужской голос.
— Ну все, обувь снимайте, — она жестом указала на обувницу, — а то тут за вами не домоешься. Там у него тапки есть. Я в магазин пошла, если не вернусь к вашему уходу, ключ под ковриком оставите. И не сорите мне! А то его дружки приходят, срач разводят.
Бабка развернулась и пошла к себе. Мы же разувшись направились в большую комнату квартиры.
— Это мы, добрый день, Коль.
Мне сразу не понравилась атмосфера в жилище Коли и запах перегара. Когда-то уютная квартира быстро приходила в упадок.
Вроде было убрано, а с другой стороны, казалось, что линолеум в коридоре не мыли месяц.
Он был в потемневших пятнах и полосах С него просто смели веником пыль и мусор.
Дверцы книжного и полки шкафа были сломаны, а книги выложены стопкой прямо на пол.
Складывалось ощущение, что кто-то влетел в него в пьяном угаре. Это не мог быть хозяин квартиры. Значит — это кто-то из его гостей, упомянутых старухой-соседкой.
На раазлоенном диване, на свалявшемся постельном белье лежал Соменко. Лицо его было отекшим, как после приличных возлияний спиртного. Он был небрит и выглядел сильно старше своих лет.
Я бы сказал, что он состарился лет на пятнадцать. В руке у него была початая бутылка недорого трехзвездочного коньяка.
— А это ты, ну здорово, — он протянул руку и я пожал ее.
Его язык слегка заплетался и он немного не выговаривал окончания слов.