Кредо Хамелеона (СИ)
— А, что касается финансового положения рода, — продолжил я. — То, у меня есть некоторые соображения на этот счет.
— Какие соображения? — Милана приподняла голову с плеча графини, которую все еще крепко обнимала, и с интересом посмотрела в мою сторону. — Ты знаешь, как спасти род Жабиных от разорения?
— Да, знаю, — заявил я, довольно улыбаясь. — Я уверен, что Крапивин и те, кто за ним стоит, неспроста решили попытаться забрать это поместье и прилегающие территории. Здесь, наверняка, есть что-то настолько ценное, что стоило тех рисков, чтобы пойти на нападение и ваше с Дариной похищение.
— Ах, Игорь, — грустно улыбнулась Лиза. — Ты такой хороший мальчик. Спасибо тебе, что ты пытаешься не дать нам опустить руки в такой непростой ситуации.
— Руки не стоит опускать никогда, — уж я это прекрасно знал, еще из прошлой своей жизни.
— Но, ты ошибаешься. В этих землях нет ничего ценного. Сплошные топи да болота.
Графиня уже немного успокоилась и ее голос был теперь более ровным. Она выпрямилась, держа осанку, как подобает аристократам. Затем дала знак девочкам и те, прервав милые обнимашки с матерью, тоже сели за столом, ровно выпрямив спины.
— Да, здесь есть небольшие залежи торфа, — продолжила Лиза, — но выгода от реализации не покроет даже стоимость вложений в разработку и оборудование. Алексей сам говорил мне, что это будет нецелесообразно. Эти земли не приносят доход. Именно поэтому он вынужден был участвовать в рейдах на тварей. Основной статье пополнения бюджета — была реализация на бирже добытых макров.
— Алексей Гаврилович занимался вылазками на Изнанку? — заинтересовался я.
Прошлый Игорь, как я теперь понимаю, не особо был в курсе, чем конкретно занимался его отец. Ему было не до того.
Он с куда большим удовольствием читал книги, погружаясь в выдуманный мир приключений, чем интересовался в свои годы тем, что происходит в его семье.
— Прости, так непривычно слышать, что ты называешь Лешу не отцом, а Алексеем Гавриловичем, — покачала головой Лиза. — Но, я тебя понимаю. Раз ты теперь знаешь, что он не твой отец…
— Нет, это я должен извиниться, — я подошел к ней, положил ладонь ей на плечо. — Я не знал другого отца, кроме него. И мне очень жаль, что с ним такое произошло. Так ты говоришь он занимался вылазками на Изнанку?
— Да, у него был свой отряд для участия в имперских рейдах, — ответила графиня и в ее глазах вновь заблестели слезы. — И все они… и Лешенька… все погибли. Их все убили эти твари с Изнанки.
Лиза уткнулась лицом в шелковую салфетку, пытаясь скрыть свое горе.
— Я слышал, как Крапивин угрожал тебе, — я скрипнул зубами. — Я прекрасно понимаю КАКИЕ твари убили отца.
— Игорь, не стоит, — забеспокоилась Лиза. — Это очень страшные и влиятельные люди. Лешу этим все равно не вернешь.
— Люди Крапивина уже поплатились за то, что посмели похитить Милану и Дарину, — твердо ответил я. — А когда я одолею его самого на дуэли, то смогу узнать, кто за ним стоит. Я спрошу с них. С каждого, кто был причастен к нападению на нашу семью.
В моем голосе звучал металл, а глаза горели огнем праведной мести.
— Игорь, я не узнаю тебя, — графиня испуганно отшатнулась, глядя на мое искаженное злобой лицо. — Ты же был таким тихим и спокойным мальчиком. А сейчас, ты говоришь такие страшные вещи.
— Игорь прав, — рьяно подключилась к разговору Дарина. — Эти твари должны за все ответить!
По ее суженным глазам, я отчетливо видел, что в ее мыслях все наши враги уже горели в адском пламени. Боевая она девчонка, ничего не скажешь.
— Дарина, что ты такое говоришь? — удивленно уставилась на нее Лиза. — Юной леди не подобает вести себя подобным образом.
— Ай, мама, прекрати, — отмахнулась Дарина. — Я говорю так, как думаю. Мы не в той ситуации, чтобы пытаться играть в пиетет с нашими врагами.
— Дамы, не ссорьтесь, — примирительно поднял я вверх руки.
Не хватало еще, чтобы они между собой переругались.
— Наши враги получат по заслугам, — продолжил я свою мысль, — а я выясню, чем эти земли на самом деле ценны.
— Игорь, это пустая трата времени, — вздохнула графиня. — Здесь нет ничего кроме болот и топи. Они достались Алексею по наследству. Я несколько раз предлагала ему продать их и перебраться куда-нибудь в более благоприятное место. Но он всегда был категоричен в этом вопросе. Родовые земли были дороги ему, как память о предках. И когда я узнала, что он погиб…
Графиня не сдержала слез и снова заплакала, уткнувшись лицом в салфетку.
— Я бы никогда… Никогда не подписала договор на отторжение родовых земель. В память о моем Лешеньке. Он так ценил их, — всхлипывала она утирая слезы шелковой тканью, вышитой вензелями. — Но этот мерзавец… Он угрожал мне жизнью моих девочек.
— Тебе не в чем себя винить, — я приобнял ее за плечи. — Ты поступила правильно.
Лиза подняла заплаканные глаза и с благодарностью посмотрела на меня.
— Спасибо, Игорь. Я всегда знала, что ты добрый и отзывчивый мальчик.
Она нежно, по-матерински, погладила тыльную сторону моей ладони, лежащей у нее на плече. Сжала крепко, словно пыталась удержать меня от необдуманных поступков.
— Но, я прошу тебя, не нужно так рисковать. — ее взгляд был полон мольбы и заботы. — Пусть этим займутся власти. Этих негодяев обязательно поймают и отправят на каторгу.
— Нет, те кто за этим стоит, не отступятся так просто от своей цели. Здесь явно есть что-то более ценное, чем просто небольшие залежи торфа, — я задумчиво потер подбородок. — И я больше чем уверен, что нападение на поместье и похищение Григория Алексеевича связаны между собой.
— Получается, что… — Любаша прикрыла рот ладошкой, ужаснувшись собственной догадке.
— Да, Люба, я считаю, что за похищением твоего дяди стоят те, по чьей указке Крапивин напал на поместье, — утвердительно кивнул я.
— Ой! — воскликнули хором она и Лиза.
— Скоро сюда прибудет майор Волков со своим отрядом и мы приступим к поискам Григория Алексеевича. Уверен, что эта ниточка приведет нас к покровителям Крапивина. А пока…
Я посмотрел на лужу на полу, натекшую с начавшего уже оттаивать огромного окорока.
— А пока, предлагаю всем нам переместиться в холл.
— Зачем? — удивились девчонки и Люба.
Лиза ничего не спросила, но тоже с любопытством ждала моего ответа.
Я улыбнулся и, ухватившись за растаявшую кабанью ляжку, закинул ее себе на плечо.
— Раз уж в этом доме, пока, нет прислуги, то я сам приготовлю нам ужин…
Глава 20
— Игорь, а что ты делаешь? — спросила Дарина.
Я притащил огромный окорок в холл и бросил его возле камина.
И теперь, обе сестренки и Люба, разместившись на диванчике, с интересом наблюдали за моими действиями.
Лиза, моя приемная мать, тоже была здесь. Она заняла одно из кресел и с любопытством смотрела на происходящее.
Ну, а я, тем временем, взял лежащие на каминной полке спички и разжог очаг.
Пока пламя жадно пожирало сухие березовые поленья, медленно превращая их в угли, я принялся за каминную обрешетку.
Применив смекалку и немного силы, мне удалось соорудить из нее подобие решетки для гриля.
Обрешетка, конечно, была шире чем проем очага, но я просто повернул ее и засунул боком.
Используя загнутые края в качестве своеобразных ножек, я поместил решетку над огнем. Довольный полученным результатом, поворошил угли кочергой и взялся за сырую кабанью ляжку.
Очаг камина был достаточно широким. Мне удалось запихать в него найденный на кухне огромный окорок. Правда не весь.
Я втиснул на решетку в камине верхнюю часть кабаньей ноги, а ее низ, вместе с копытцем, торчал наружу.
Со стороны это смотрелось, наверное, так, словно какой-то демон из преисподней провалился в дымоход и, застряв в камине, горел в очищающем пламени, высунув одно свое копыто наружу.
Впрочем, я уверен, что такие ассоциации это вызвало только у меня. Вряд ли, кто-то из присутствующих здесь дам встречал хоть раз демона. И уж тем более, вряд ли кто-то из них видел, как эти демоны горят.