Кредо Хамелеона (СИ)

Хоть в родовой усыпальнице Жабиных и не были предусмотрены окна, но через небольшую щелочку на забаррикадированном дядей Гришей входе, девушка могла частично видеть, что творится на улице.
А творился там самый настоящий хаос.
Землю разрывало снарядами от энерго пушек. По зданию особняка били гаубицы. Туда сюда сновали солдаты. Открывались порталы, выскакивали твари.
Григорий Алексеевич и Люба уже решили, что началась крупномасштабная война.
Дядька, как мужик не из трусливых, к тому же в прошлом военный, порывался броситься на помощь охране поместья в борьбе с тварями.
Но Люба, всеми правдами и неправдами уговорила его не бросать ее одну в фамильном склепе, когда вокруг твориться настоящее безумие.
В один из моментов, когда любопытная девушка, в очередной раз, прильнула глазом к щели в дверном проеме, она увидела как я, (ну, то есть тот прошлый Игорь) бегу куда-то в сторону зимнего сада.
Она, сперва, обрадовалась и хотела даже попросить Григория Алексеевича открыть забаррикадированную дверь в склеп, чтобы она могла быстренько выскочить и позвать молодого барина в укрытие.
Но, уже в следующую секунду, рядом с бежавшим куда-то Игорем взорвался энерго снаряд. Парня подбросило взрывом и швырнуло куда-то за пределы видимости.
Люба истошно завопила, увидев, что произошло с Игорем, и Григорию Алексеевичу пришлось силой оттаскивать ее от двери.
Понятно. Так вот почему Любаша так обрадовалась, увидев меня на кухне. Она считала меня погибшим.
А дальше, Люба уже не смотрела за происходящим, а тихо плакала сжавшись в комочек в уголке.
Так им и удалось выжить и не быть разорванными тварями с Изнанки, во время прорва.
Через какое-то время, Люба не знает точно, но ей показалось, что прошла целая вечность, их обнаружили истребители, которые и рассказали им, что прорыв успешно ликвидирован, а все твари уничтожены.
Григорий Алексеевич и Люба покинули свое укрытие, которым им послужил фамильный склеп Жабиных, и направились к особняку.
С круглыми от ужаса глазами, юная девушка смотрела на последствия прорыва. На то, во что превратилось поместье после нападения тварей.
То тут, то там появлялись порталы перебрасываемых сюда сил отряда истребителей. Поэтому Любе уже не было до дрожи в коленках страшно быть сожранной какой-нибудь тварью. Ее успеют и смогут защитить бравые бойцы из отряда истребителей. Тем более, что и Григорий Алексеевич был рядом и не отпускал племянницу ни на шаг.
Добравшись до поместья, они обнаружили графиню Елизавету Андреевну. Любаша сразу же бросилась к хозяйке с расспросами о том, что произошло и не знает ли та, что с молодым барином.
Но, графиня лишь рыдала навзрыд и сквозь всхлипы, Любаша смогла расслышать только имена ее дочек Миланы и Дарины, и так же Игоря.
Истребители уже зачистили часть территории и проверили особняк. Поэтому Григорий Алексеевич потащил Любашу на кухню, чтобы она не доставала расспросами убитую горем хозяйку. К тому же, к графине как раз подошел командир отряда имперских истребителей.
Дядя Гриша объяснил Любе все доходчиво. Во время прорыва Изнанки, погибло много людей. Слуг и бойцов. Поэтому они с племянницей, как наименее пострадавшие и наиболее адекватные после пережитого, должны были озаботиться тем, что пойти на кухню и провести ревизию на предмет того, что и в каком количестве из провианта уничтожено тварями, а что есть в наличии.
Прорывы прорывами, нервы нервами, но, как любил говаривать дядя Гриша свою армейскую присказку — обед по расписанию. Он как никто, очень хорошо понимал, что когда вся паника спадет, то люди, в том числе и хозяева поместья, захотят есть. Пережитый стресс очень хорошо развивает и усиливает аппетит, именно в тот момент, когда внезапная опасность уже прошла.
Поместье уже было проверено истребителями, поэтому Люба и Григорий Алексеевич, без опаски спустились на цокольный этаж и вошли на кухню.
Так, кажется Любашин рассказ наконец-то приблизился к самому интересному. Я максимально сосредоточился, стараясь не пропустить ни одну деталь.
 
Люба с дядей Гришей уже были на самой кухне и приступили к устранению беспорядка, творящегося на ней после нападения на поместье. Люба перебирала и сортировала посуду, а Григорий Алексеевич растаскивал по своим местам тяжелые мешки с провиантом. Кажется в них была какая-то крупа или что-то вроде того.
И вот, в самый неожиданный момент, прямо посреди кухни замерцал портал. Люба с дядей сперва подумали, что кто-то из истребителей решил еще раз проверить кухню. Возможно этот хитрец хотел здесь поживиться чем-нибудь вкусненьким. И Люба, да и дядя Гриша тоже, были не прочь угостить бойца. Все-таки он как никак был одним из тех, кто помог отбить поместье и особняк от тварей. Так, почему бы не отблагодарить храбреца каким-нибудь угощением?
Но, оба они, и Григорий Алексеевич, и Люба ошиблись. Это был не истребитель.
Через мерцающий овал портала на кухню влетел чей-то окровавленный труп.
А следом за ним, через портал ступила лапа какой-то странной и уродливой твари, напоминающей то ли ежа, то ли собаку. Она скалила пасть и водила мордой, принюхиваясь.
Люба, само собой, от увиденного сразу же завопила во все горло. А вот Григорий Алексеевич среагировал правильно и, что важно, быстро. Он силой затолкал племянницу в подсобку и опрокинул тяжелый кухонный шкаф, заблокировав туда вход.
Ее дядя остался один на один с этой страшной тварью, которая по какой-то непонятной причине не была обнаружена истребителями, а Люба опять могла лишь наблюдать за происходящим через небольшую щель в проеме двери.
Она видела, как Григорий Алексеевич схватил из ящика какой-то то ли черпак, то ли ковш в одну руку и большой нож для разделки мяса в другую, приготовившись отбиваться от твари, которая рыча и скаля окровавленную пасть, медленно двинулась на него.
Люба приготовилась к самому худшему, но тут случилось что-то совсем уж неожиданное. На кухне появился еще один портал. Сперва, и она, и дядя Гриша воспряли духом, посчитав, что это пришли на помощь бойцы из отряда истребителей и теперь они эту тварь уничтожат.
Но, их радость была преждевременной. Из портала вышли совсем не истребители. Их черные костюмы, с вкраплениями золотой нити, Люба уже успела увидеть и запомнить. Нет. Это были явно кто-то другие.
Их было трое. И их лица были скрыты странными белыми масками овальной формы, без каких-либо видимых прорезей для глаз или рта. Они были одеты в такого же цвета камуфляж и смотрелись очень странно, такие все белоснежно-чистые, после всей той грязи, крови и ужаса, что Люба успела насмотреться за сегодня.
Но, что самое странное, эта страшная уродливая тварь, что еще пару минут назад скалилась и рычала, перестала проявлять хоть какие-нибудь признаки агрессии. Черт, Люба была готова поклясться, что это мерзкое порождение Изнанки чуть ли не хвостиком виляло.
Дядя Гриша тоже успел заметить эту странность, но не успел среагировать. Один из этих белоснежных людей вскинул руку в его сторону и Григорий Алексеевич мешком повалился на пол.
Люба зажала себе ладонью рот, чтобы не закричать от ужаса, который она испытала, поняв, что даже не успела различить, как они убили ее дядю.
К счастью, она ошиблась. Один из белоснежных подошел и, подняв упавшему дяде Грише веки, внимательно изучил его зрачки. После чего, взвалил его бессознательное тело себе на плечо и вся троица, вместе со своей ношей, скрылась в портале.
А вот страшная тварь осталась на кухне. Как только ее белоснежные хозяева (ну, а как она должна была подумать?) ушли, тварь принялась лакомиться тем трупом какого-то бедолаги, который она притащила сюда.
Ну, а что было дальше, я уже и так знал потому, что был непосредственным участником событий.
— Ты молодец. Любаша. — я обнял девушку и погладил ее по спине. — Ты очень храбрая. Все уже позади. Я обещаю, мы обязательно найдем Григория Алексеевича.
— Но, как… где мы будем его искать? — всхлипнула носом Люба.