Отступник-3 (СИ)

Причём я сейчас не только о деньгах. Или даже о деньгах в последнюю очередь. Взять то, как мы ссадили с неба крейсер, это же любо-дорого. Без потерь, израсходовав всего лишь сорок восемь малокалиберных ракет. Да вдобавок ещё и четыре истребителя, в трёх из которых сидели сосунки, сбили шесть вражеских. И всё благодаря крупным синтетическим рубинам.
Поэтому в качестве альтернативы я решил передать казне алмазную трубку Мир. Куда лучше подошла бы Удачная, но если верить картам, на её месте сейчас воды студёного северного моря. Однозначно трубка никуда не делась, однако, я не представлял как вести разработку под водой даже в моём мире, где океаны и моря не начинают сходить с ума ни с того ни с сего…
Мы летели к цели больше шести часов, успев израсходовать около трети топлива. Перерасход был связан с тем, что три сотни вёрст я летел на бреющем. Чтобы дозаправиться, пришлось искать тихую стоянку, так как иного пути попросту не было. Используй я дополнительные баки, и при наличии крана, вместо глухой пробки, «Облегчители» попросту не сработали бы. Получается, я не так уж и напрасно запасся топливом под завязку, используя амулеты везде, где только возможно.
Нужный нам остров на карте не имел названия, и был нанесён лишь с приблизительными очертаниями, походящими на палитру художника, диаметром порядка тридцати километров. На востоке удобная и довольно просторная бухта, подходящая для устройства порта. Если тут и впрямь окажется месторождение, в чём я не сомневался, место просто создано для создания города с горно-обогатительным комбинатом.
Впрочем, меня куда больше заинтересовало озеро, неподалёку от нужного мне места. В длину саженей двести и в ширину около сотни. Для порта маловато даже для принятия и взлёта таких аэропланов как «Гусь» и уж тем более «Альбатроса». Дирижабли конечно имеют возможность вертикального подъёма, в момент активации «Облегчителя» с последующим набором высоты. Но крупных судов тут больше пары за раз не принять. Так что, если и делать взлётный створ, то лишь для скромных аэропланов. Ну или вот, для «Буревестника», имеющего разбег порядка восьмидесяти сажен. Что меня вполне устраивало, так как до нужного мне квадрата отсюда не больше двух вёрст.
— Настя, буди орлов, — облетая озеро по кругу и всматриваясь в его гладь, распорядился я.
— Слушаюсь, господин мичман, — отдав честь, громко произнесла она, и подмигнув выскользнула в грузовой салон.
Вообще-то, на скорости свыше ста вёрст в час, да ещё и с высоты в десяток сажен особо ничего не рассмотришь. Если только крупную корягу, но кроме этой напасти в воде может оказаться и топляк, который при посадке сумеет наворотить дел. Как уже говорилось, «Панцирь» не панацея, а потому лучше бы не нарываться.
— Готово, — возвращаясь в кабину и усаживаясь на штурманское кресло, произнесла Настя.
— Обижены? — поинтересовался я.
— Смурные, — неопределённо ответила она.
— Ладно, сядем, а после поговорим.
Я заложил очередной вираж и пошёл на снижение, оставив далеко справа примеченную мною корягу. Поплавки взрезали гладкую поверхность прозрачной воды, и погнали перед собой бурунчики, а за кормой образовалась сдвоенная кильватерная полоса. Озеро окружено наполненной красками тайгой, по берегам разбросаны валуны, многие из которых торчат прямо из воды. Картинка!
— Влево!
В голосе Насти было столько тревоги, что я не стал сомневаться и тут же переложил штурвал, уводя машину в сторону. Причём сделал это настолько резко, что ещё не потерявший скорость аэроплан завалился на бок, приподняв из воды поплавок и едва не чиркая по ней крылом. Из грузового салона послышался сдавленный мат телохранителей.
Сама Настя непременно навалилась бы на меня, если бы всякий раз возвращаясь на своё место не пристёгивалась бы ремнями безопасности.
— И что это было? — когда самолёт выпрямился и наконец потерял скорость, поинтересовался я.
— Не знаю. Я просто почувствовала опасность, — пожав плечами ответила девушка.
— Вот как. Ну ладно, тогда поглядим, что там за опасность такая, — хмыкнул я, разворачивая самолёт в обратную сторону.
 
Если бы не моя абсолютная память, то мы не нашли бы нужное место, у нас ведь не пароход, чтобы кильватерный след сохранялся надолго.
— Вон там, — указала Настя, кода мы приблизились к месту поворота.
Поначалу я ничего не увидел, но решил, что стоит всё же проверить до конца. Возможно это таким образом сработал «Радар» моей подруги. Вода в озере достаточно прозрачная, хотя конечно же не Байкал, где можно рассмотреть дно на глубине в десятки метров. Но столько и не потребовалось, топляк обнаружился на глубине не больше пары пядей [2], вполне достаточной, чтобы в него врезались поплавки.
— Новая способность? — поинтересовался я.
— Нет. Сработал «Радар». Просто немного иначе и расстояние совсем небольшое, — покачав головой, ответила Настя.
— Понятно. Ладно, идём к берегу. Братцы, готовьтесь к высадке, — повысив голос, приказал я.
  
Глава 10
 
Как только высадились на берег, мои телохранители разделившись парами разошлись в стороны, чтобы обследовать место высадки на предмет возможных двуногих соседей. Лично я предпочёл бы полностью необитаемый остров, что в этих краях вполне возможно. По сути, он ведь не так уж и велик, для таких-то огромных просторов.
Нормально обследовать его с воздуха в поисках поселений якутов я не мог. Банально не хотелось привлекать к себе внимания, буде таковые обнаружатся. Уж лучше прийти незамеченными, и столь же тихо уйти. При встречах с незнакомцами в подобной глуши стоит ожидать худшего сценария. И уж точно не стоит привлекать к себе излишнее внимание.
Но пока нас встретил лишь гул рассерженных комаров. Я бы то же разозлился при виде столь желанной добычи, к которой никак не подобраться. Спасибо Насте и дневникам её учителя. Нигде в продаже прежде я не встречал амулет отпугивающий насекомых и ползающих гадов. А они вполне себе существуют, разве только не пользуются спросом. Ну кто станет выбрасывать на ветер деньги, на такую безделицу, тем более, постоянно расходующую Силу, если можно обойтись репеллентами.
Однако, я рассудил иначе, и озаботился защитой на каждого члена нашей команды. Слишком уж хорошо представлял, что именно представляют собой эти кровососы, а потому был готов прибегнуть к самым радикальным способам защиты, невзирая на траты. Тем более, что Настя могла без труда подзарядить их.
Хотите сказать, что мне это ничего не стоит? Как бы не так. Вместо этих шести двухкаратных камней, огранщики могли изготовить из рубинов хоть тех же «Лекарей», которые принесли бы целых восемь тысяч рублей. И к слову, именно эти амулеты и являются самым ходовым товаром, и приносят около половины общего дохода.
Пока я забравшись на высокое крыло «Буревестника» следил за окружающей обстановкой, вооружившись пулемётом с коробкой на сотню патронов, Настя отслеживала положение парней с помощью «Маяков». Вложился я в эту экспедицию на совесть, а в экипаж буду вкладываться и впредь. Четвёртая часть производимых в мастерской амулетов идут на внутренние нужды.
— Вокруг только зверьё, следов людей не приметили, — доложил Топор.
— Никого, — вторя ему, произнёс Коготь, старший второй пары.
— Вообще никого? Старые следы? Кострища? Зарубки на деревьях? Срезы веток? — уточнил я.
— Вообще ничего, — покачал головой Топор.
— То же самое, — подтвердил Коготь, при этом уточнив. — Но зверь человека боится. Попробовал прицелиться в оленя, и он убежал. Птицы при приближении взлетают, зайцы дают стрекоча.
— Ну, совсем необитаемыми эти края быть не могут. Хотя отсутствие даже застарелых следов обнадёживает, но всё равно не расслабляемся, — произнёс я.
Беседуя с парнями, я видел, что они обижены, хотя и стараются не подавать виду. Причина мне прекрасно известна, а вот им похоже придётся объяснять, отчего всё происходит именно так, а не иначе.