Рис Инари (СИ)
Основным занятием монстра, который рождается из незахороненных останков, является охота на бездомных людей. Гигантский скелет ловит их, пожирает их кожу и внутренности, выпивает кровь и прикрепляет их кости к себе, чтобы стать еще больше. Солдаты, чьи тела гниют на поле боя, или жертва голода, умершие в дикой местности — редко получают надлежащее погребение с соблюдением всех ритуалов. Лишившись возможности покинуть этот мир, их души перерождаются в голодных духов, которые вечно тоскуют о своем прошлом. Такие люди умирают с гневом и болью в сердце, и эти эмоции еще долго остаются там, даже после того, как плоть сгниет, оставив лишь кости. Когда тела таких мертвецов распадаются, их гнев превращается в мощную силу — обиду на жизнь, — которая меняет их своей сверхъестественной властью. Тогда кости сотен жертв собираются в единую массу, из которой формируется огромный чудовищный скелет, называемый Гашадокуро. Гашадокуро слишком большой и сильный, чтобы его можно было убить. Поэтому он существует до тех пор, пока энергия злобы, питающая его тело, полностью не иссякнет. К счастью, для его формирования нужно большое количество трупов, поэтому эта гадость сейчас встречается гораздо реже, чем раньше, когда войны и голод были частью повседневной жизни.
Глава 5. Японская пословица: Без обыкновенных людей не бывает великих
Оставив песни,
Окрашенные кровью,
На память миру,
Бреду по мёртвым полям.
Как громко стонет осень!
Автор Такубоку Исикава — японский поэт, литературный критик, оказал сильное влияние на развитие поэзии танка. Первые танка опубликованы в 1902 году в токийском журнале «Утренняя звезда». Исикава Такубоку был убеждённым противником войны. В разгар Русско-японской войны опубликовал сборник стихов «Стремления», в котором содержалось стихотворение «Памяти адмирала Макарова», где поэт воспевает подвиг русских солдат.
Перевод: В.Н. Марковой
***
Каждое утро я и Рен начинали на улице с медитации и повторения всех боевых стоек, что нам были уже доступны. Оказалось, что вот отклонение хвоста всего на несколько градусов влечёт за собой серьезные проблемы, и твой шар из лисьего огня уже летит не туда. Скажем мягко — совсем не туда…. Поэтому с огненными шарами мы перенесли тренировки на послеобеденное время и уходили чуть дальше от нашего домика — в сторону леса. И вот там швырялись вволю. До леса наш огонь все равно не долетал и вреда не причинял.
А сперва был момент, когда мы чуть было не подожгли нашу крышу… Хм… Не думаю, что нам выделят другой домик, судя по тому количеству рисинок, что нам давали в день. Жадные они тут все.
Мы читали книги друг друга, и это было гораздо результативнее. Две книги лучше, чем одна. Рен меня не догоняла в магии. В ее книге по-прежнему появлялись сказки, легенды, девчоночьи советы, как привлечь парня, и еще много подобной чепухи. Мне это напоминало какой-то старый модный журнал из моей юности. Вот там тоже была подобная ерунда. Но Рен нравилось, и она закатывала глаза, когда я разносила очередной совет из ее альбома в пух и прах. Просто потому, что не все любят «Борщ с пампушками», а с утра пораньше многие предпочтут «Рассольник».
Потихоньку увеличивалось освоенное нами количество стоек и заклинаний, и вот я уже учусь кидать не шары магического огня, а узкие, тонкие, похожие на стрелы, сгустки магии. Они гораздо сильнее, дальше летят и ранят серьёзнее. Да и шар — огромная такая махина, которая гудит, как трансформатор. А вот такая узкая стрела и незаметна, и шуму меньше. Мне эти стрелы сразу понравились. Вот не люблю я привлекать к себе лишнее внимание. Я уже говорила про Буфет, к которому нужно быть поближе?.. Да, кажется, говорила.
Кстати, Рен, после того, как мы стали вместе активно тренироваться, медитировать, выполнять стойки и выпускать лисий огонь, а не просто сидеть, пребывая в мечтах, тоже стала пересчитывать рисинки в онигири, прежде чем их съесть. Вот мы с ней так и сидели, и считали. А только потом проглатывали. Теперь и Рен была постоянно голодна. А две голодные девчонки? Да это стихийное бедствие!
Но и в плане Буфета у нас… Ну в том плане, что информация про первое испытание стала гораздо понятнее и ближе. Однажды утром, после медитации и перечёта рисинок, я, как обычно, открыла свою книгу и даже ахнула от удивления и предвкушения. Там было не просто новое заклинание, там был чертёж сумки.
Ну, правда, не совсем сумки… А называлось это очень красиво — Инро*. И вот, подобную сумочку мы должны были сами сотворить, скроив её ни много ни мало — из собственной магии! Смысл в том, что изготовленные нами инро должны быть волшебными, чтобы хранить и прятать в них различные предметы. Согласно записям в книге, мы должны научиться не только помещать туда любые объекты, но и извлекать их оттуда. И не просто быстро, а очень быстро. Например, туда даже меч можно было бы засунуть… Ну, меча у нас не было, но мы с Рен уже размечтались.
И чем выше мастерство лисы, тем больше у нее эта сумочка Инро. Понятно, что только внутри она больше, а снаружи выглядит, как обычная маленькая шкатулочка. И сколько всего полезного туда можно спрятать!
Такие безразмерные сумки я и раньше встречала и в книжках про старых волшебников, и про всем известного мальчика, которого нельзя называть. Или там злодея нельзя называть? Ну, сейчас уже не важно. Но вот впервые я с такой сумкой столкнулась у Мерри Поппинс. У нее была такая, она еще говорила, что она ковровая. И вмещались в нее, и в самом деле при необходимости, и ковёр, и карусель и еще много полезных вещей. «Вот и у меня теперь будет такая!», — мысленно потирала я ручки.
Ага…. Как бы не так! Сумочка у меня все же получилась спустя неделю тренировок. Только вот влезть в нее мог бы разве что наперсток. Да и то… частями…
Я скрипела зубами и тренировалась, и тренировалась. И вскоре эта самая сумочка у меня выросла до размера тарелки. Нет, она все так же оставалась очень маленькой, только вот влезала в нее уже тарелка.
А потом и появилось в книге подробное объяснение первого испытания. Размер Инро должен быть такой, чтобы в нее влезло не менее десятка блюд. И при этом рассчитывать нужно на немаленькую такую тарелку. Учитывая, что у меня и одна-то влезала с трудом, тренироваться мне еще долго.
Так прошёл месяц, а за ним и второй. И вот уже осень полноценно вступила в свои права. Я выяснила, что в Долине бывает и настоящая зима, и снег. Правда его не так много, как у меня на родине, но все же он лежит устойчивым покровом. Однако вот, сугробов тут не бывает.
Девочки в это время года почти на улицу не выходят и сидят только у себя в домике, пока зима не закончиться. А длится она тут, как и положено, три полноценных месяца.
Я подсчитала, что если моя сумка будет расти примерно с той же скоростью, как и сейчас, то я сумею выйти на первое испытание уже к началу зимы. Не хотелось бы загадывать, только вот и сидеть всю зиму на голодном пайке совсем не хотелось.
Мы с Рен тренировались и медитировали все утро. И как раз сидели на первом этаже, когда к нам в домик вошла красноволосая Таке. Она обвела нас пристальным взглядом и слегка кивнула. Слетевшие со второго этажа Хана и Кику удостоились такого же пристального рассматривания.
— Кто из вас четверых Рен и Аика? Никак не научусь вас различать, — недовольно поморщилась она.
«А вот это она совершенно точно врет!», — вдруг промелькнуло в моей голове.
Как я это поняла? Почуяла? Нюх, как у хищника, обострился? Но я совершенно точно поняла, что она прекрасно знает кто из нас кто. Но, похоже, это почувствовали только мы с Рен. У Рен на личике тоже промелькнуло удивление, но потом она взяла себя в руки.
А вот Хана и Кику ничего подобного и не поняли. Они были явно разочарованы, что ищут не их, и не скрывали этого. А вот мы с Рен насторожились, а потом вытянули вперед руки в поклоне и поприветствовали: