Тень грядущего (СИ)

— Если парни ценные, оплатишь им из кассы отряда, — приказал Головин.
— Слушаюсь. Четверо наши, два года с вами, а двое новички, месяц назад пришли, один проблемный, со всеми задирался, второй себя хорошо показал, полусотнику Гиру жизнь спас, прикрыл собой от удара призрачным лезвием.
— Склочнику выплатишь положенное, и гони в шею, нам такие без надобности. А вот второму поставишь протез и предложишь место в отряде. Парни, готовые рискнуть жизнью ради командира, нам нужны.
— Сделаю, — ответил Хит. — Людей взамен выбывших набирать?
— Набирай.
— Отчаянные распались, капитан их погиб, они половину своих потеряли. Там парни крепкие, бывалые, не все нам подходят, но десяток точно наберем.
— На твое усмотрение, отмахнулся Головин, ты знаешь, кого искать.
— Ну, здесь проблем не будет, наемники рады служить под вашим началом.
— Теперь о главном, — Мираж пристально посмотрел на полусотника. — Поднимай разведчиков, всех, кто не ранен, найдите мне этого ублюдка Риала Кнута. Брать живьем, в ближний бой не вступать. Если поломают, ничего страшного. Но главное — чтобы живым был.
— Понял капитан, но ваш приказ запоздал, я уже отправил за ним четверых лучших разведчиков, но пока что они не нашли его след. Хотите узнать новости по поводу двух остальных частей полка?
— Валяй, а потом приступай к делам. Задач я тебе нарезал много.
— Так вот, часть полка, что ушла на юг, захватила транспортный корабль, вышли в океан, но нарвались на патрульный крейсер, который пустил их на дно. А вот третья группа, дала бой пограничной стражи и приданных им наемникам, разгромив их, прорвались в спорную провинцию. Преследовать их не стали, полковые неплохо потрепали, два отряда наемников под ноль разгромили, пограничники-свиньи дали деру после первых же потерь, вот и втоптали мужиков в землю.
— Ладно, мы свою задачу выполнили. Все, Хит, свободен, занимайся делами, всех разведчиков в поиск. Как людей наберешь, прогонишь их через сержантов по нашей программе. Давай. Время дорого.
— Слушаюсь, капитан, удачно слетать.
Головин кивнул.
— Спасибо. Иди.
Хит кивнул и покинул палатку, вместо него нарисовался Хан.
— Я нанял фарадер, капитан, пилота и хозяина зовут Ройк Крыло. Запросил он немало, тысяча марок туда, столько же обратно. Не важно, с ним мы сюда полетим, или он пассажиров возьмет. Если с ним. То за каждый день ожидания еще двести.
— А у него губа не дура. Ладно, это не те деньги, из-за которых я буду переживать. Когда его ждать?
— Вечером будет здесь.
— Хорошо, тогда прикажи лекарям поторопиться, как только этот Ройк появится, грузимся, встаем на крыло и летим.
— Ну, я так и предполагал. Еще будут приказания?
— Нет, свободен до вечера, а я пройдусь по лагерю. Надо заглянуть к трофейщикам, хоть примерно прикинуть, что мы получили с боя, раненых навестить.
Хан кивнул и, развернувшись, покинул палатку.
День выдался хлопотным. Загрузив себя делами, Головин не оставил себе ни минуты на грустные мысли. На несколько часов он завис в хозяйстве трофейщиков, затем общался с ранеными. Потом пришлось долго торговаться с заказчиком, тот требовал вернуть имущество полка. А это только грузовых ноирданов для перевозки личного состава и имущества полка тридцать единиц.
— Трофеи святы, — отрезал Павел. — Если у вас появились дополнительные условия, то их надо было обсуждать заранее. Мне такое количество техники тоже без надобности, готов вам предоставить возможность выкупить ноирданы. Если нет, мы выставим их на имперский аукцион. Там с руками оторвут, они не только для армии пригодны.
С полминуты переговорщик молчал.
— Признаю ваше право на трофеи, — наконец, сдался он. — Я пришлю людей, оценить состояние имущества.
— Если заберете грузовики оптом, мы не будем задирать цены, пойдут по номинальной стоимости.
— Жезлы и перчатки? — поинтересовался переговорщик от заказчика.
— Нам без надобности почти триста жезлов, тем более они довольно старые, с перчатками тоже самое.
— Хорошо, я пришлю представителей интендантской службы.
 
— Со всеми вопросами обращайтесь к старшему лейтенанту Хиту, я временно покину территорию королевства.
— Мы решим этот вопрос, хорошего вам путешествия.
Головин при пожелании скривился, но все равно нашел силы сказать «спасибо», после чего бросил переговорник на стол.
— Капитан, — крикнул от входа Хан, — прибыл фарадер, Ройк уже вышел на связь, он сел на западной окраине лагеря.
— Сейчас соберу вещи, а ты пока сходи к лекарям, узнай, готово ли тело Дии, пусть не жалеют артефактов для сохранности. Если все сделали, то грузите его в летак. Как только это будет сделано, отчаливаем.
— Понял, сейчас организуем, — отрапортовал наемник и выскочил из палатки.
Головин же прошел в комнату, открыл сундук и вытащил оттуда артефактную сумку, этакий вариант тревожного чемоданчика. Сунув туда перчатку, призрачную шпагу, окинул взглядом опустевшее помещение. Наткнулся взглядом на маленький столик с зеркалом, на котором стояла косметика Дии, тяжело вздохнул. Не получалось ее держать подальше от сражений, пытался пару раз оставить ее в лагере, но она такой скандал устроила, что он махнул рукой. Приставить к ней человека, чтобы постоянно рядом был и приглядывал, тоже не вышло. Она была боевая, решительная, смелая, всегда в гущу лезла, и вот теперь нашла того, кто оказался сильнее, быстрее, хитрее.
Павел решительно развернулся и вышел из шатра.
Хан появился, словно из-под земли. Была у него такая черта, никого вроде вокруг нет, и вот — он стоит перед тобой, Головин сначала думал, что это какой-то артефакт его прикрывает, но нет, просто он умел быть незаметным.
— Капитан, все готово, можем отправляться, Хита я предупредил, тело лекари отправили.
— Хорошо, — зашагав к севшему за лагерем фарадэру, ответил Павел.
Да уж, не слишком большой — метров двадцать пять в длину, напоминал толстую сигару. Впереди рубка, за ней салон, позади ванная комната. Летала эта штука без посадок, но не слишком быстро, высоту держало километров пять. Ее можно было бы сравнить с дирижаблями первой четверти двадцатого века, правда, тут все на артефакторике.
Головин механически кивал приветствующим его наемникам. У самой границы лагеря их догнал Хит.
— Когда обратно ждать, господин капитан?
— Неделя или две, — ответил Головин, — дел я тебе нарезал.
— Это да, интенданты армейские уже связались, будут завтра.
— Хит, сам разбирайся, — равнодушно заметил Мираж. — Мне сейчас это не интересно, расторгуйся, как получится. Только, чтобы не нам в убыток. Все, давай, увидимся через пару недель.
Полусотник кивнул и, пожав протянутую руку, остался стоять, провожая командира взглядом.
— Сломался капитан, — раздался за его спиной тихий голос главного лекаря «гусей».
— Не похоже, — покачал головой Хит, — просто расстроен сильно, тоскует, любил он ее. Сколько они вместе были? Почти четыре года, отряд создавали, она всегда ему опорой была. А теперь эту опору из-под него вышибли, и он слегка пошатнулся. Ладно, почтенный Керо, пойдемте, прав капитан, дел очень много. Вы заказали артефактные протезы для покалеченных?
— Когда бы я успел? — возмутился лекарь. — Да и нереально это отсюда сделать, в столицу нужно ехать с мерками, пусть раны подживут, тогда и займусь.
Хит кивнул.
— Хорошо. Не горит, так не горит. — И, развернувшись, направился к штабной палатке, которая стояла рядом с шатром капитана.
Головин же легко взбежал по трапу и вошел в салон. Да, действительно маленький фарадэр. Ширина салона метров восемь, длина около двенадцати. Четыре каюты на двоих по левому борту, перед ними крохотный камбуз. Вдоль правого борта небольшие откидные столики, как в купе поезда, рядом с ними по два стула, здесь можно спокойно позавтракать или поужинать. Дальше ванная комната, где можно умыться и привести себя в порядок, над верхней палубой еще одна, небольшой багажный отсек и каюты команды, коих всего четыре человека, считая пилота-владельца.