Тень грядущего (СИ)
Головин же продолжал поднимать с земли десятки камней, отправлять это облако в сторону противника. Удар телекинезом, и вот очередная шрапнель ушла в набегающую на лабиринт волну. Вот только точность хромает, на два десятка обломков, посланных в тварей, приходится одно гарантированное поражение, хорошо, если бегущих рядом зацепит.
Все, основная волна достигла лабиринта. Наемники пока молчали, их время придет, когда твари его минуют. Павел быстро завертел головой, справа и слева та же ситуация, но там твари не понесли потерь, ведь он занимался только центром.
— В поле ранено двадцать четыре твари, убито восемнадцать, — подвел итог работы Головина ИИ.
КПД посредственный, гибель двадцати тварей для трех сотен — это не результат. Головин мельком заметил Ирану, она стояла у выхода в свою палатку и не сводила стоящего на высоте четырех метров Павла. Что ж, если они выживут, его ждет трудный разговор. Сегодня он показал то, что в этом мире не может никто.
В этот момент из лабиринта выбрался первый призрак, твари скачут среди шипов, вой умирающих глушит людей. Они попадают в ловушки на тридцатиметровой полосе препятствий, застревают меж выращенных земельцами шипов, режут об острые кромки свои прочные шкуры. И пока идея с лабиринтом себя оправдывает, ни одна тварь не преодолела и половины, чего нельзя сказать о призраках, которые рвутся вперед. Вот границу лабиринта пересек еще один, а за ним идет целая волна из нескольких десятков.
— Барьер не убирать, — орет Головин, что есть мочи.
Он формирует энергетический сгусток в своей перчатке и посылает его в ближайшего фантома. Тот бьет туда, где у человека должна быть грудь, и, как ни странно, эффект есть, шаровая молния буквально прожигает зыбкую сущность насквозь. Призрак теряет форму и оплывает, как свеча. Проходит пара секунд, и вот на каменистой земле расплывается бесформенная подгоревшая лужа, которая дергается из стороны в сторону. Фантомам нужно преодолеть чуть меньше тридцати метров, но с их скоростью это займет пару минут минимум. А значит…
— Всем бить магией по призракам в прыжке поверх барьера, — заорал, что есть духу Головин. — Кто попадет в барьер, скормлю тварям, за подрыв обороноспособности лагеря.
Первым понял, что требуется, верный Хан. Его артефактные ботинки позволяли прыгать вверх на высоту трех метров, а приверженность к электричеству превращало его в идеального охотника за приведениями. Он подбежал почти вплотную к барьеру, оттолкнувшись, воспарил над полем боя. Как жаль, что Головин так и не закончил разработку артефакта, позволяющего летать над полем боя.
Павел ударил сразу с двух рук. С правой, на которой была надета артефактная перчатка, сорвалась молния, со второй, которая сжимала жезл, целая цеповуха, как в старых добрых «Героях». Вот только она не сработала, как должна была, просто пробила цель и ударила в землю, запахло озоном. Все же ей нужен был материальный объект, от которого она должна была срикошетить в следующего. Но два призрака поплыли, остальные тупо перли вперед, похоже, им было плевать на гибель.
Уже через минуту вся полусотня в прыжках пыталась достать до призраков. Вот только оказалось, что не силовики с телекинезом, ни водники с огневиками, ничего не могут, огонь лишь слегка опалял призрачные фигуры, делая их мутноватыми, ледяные стрелки лишь замедляли. Земельцы оказались вообще бесполезными, твердые объекты, которые они формировали при метании, просто проходили сквозь призраков, а выращивание лиан, способных запутать и стреножить врага, если он в такие заросли влетит, требовало времени. Магия земли была самой медленной, и ее предпочитали не использовать на поле боя.
— Земельцев, на вышку, — заорал Головин на все поле боя. — Приказ, вырастить лианы. Скоро часть тварей прорвется, нужно их стреножить. Живее! Энергетикам и водникам, работать по призракам. Огневикам и телекинетикам ждать, их цели — твари.
Фантомы теперь шли волной, видимо, они плюнули на своих носителей, решив, что те выполнили задачу, доставив их до поля боя, дальше они сами. Электриков не много, всего человек десять, и они не в состоянии сдержать эту волну. Вот она докатилась до барьера, отделяющего призраков от людей, и тут же отхлынула, замерев в каких-то считанных сантиметрах. Они буквально облепили границу лагеря. И самым плохим было то, что они оказались в мертвой зоне.
И тут Головин заметил то, что ему совершенно не понравилось, один из запоздавших призраков опустился прямо на то место, где погиб другой фантом, и он начал впитывать в себя эту подгоревшую лужу эктоплазмы, как бы назвали ее охотники за приведениями. Он стал больше, помутнел. Он завертелся на месте, обнаружил еще одну в двух шагах, подлетел к ней и начал впитывать.
— Нет, дружок, так дело не пойдет, — пробормотал Мираж и, вскинув перчатку, саданул в тварь молнией.
Вот только случившееся далее Павла просто ошарашило, навстречу молнии фантомвыстрелил сгустком эктоплазмы, и те поглотили друг друга. Остальные бойцы этого не видели, поскольку призраки полностью закрыли им обзор.
Фантом уже впитывал третью лужу, и наметился на четвертую. Он подрос, если так и дальше пойдет, то… Павел, послал еще пару молний, но каждая из них была встречена противовоздушной магической обороной. И тут призрак понял, что он так долго не протянет, и поступил разумно, внезапно ускорившись, он скрылся в толпе собратьев. Полностью лишив Головина возможности добить его.
— Всем внимание, — заорал Головин, — видите призраков, что поглощают погибших собратьев, уничтожать таких в первую очередь.
И тут из лабиринта выбралась первая тварь. О том, что полоса препятствий, созданная земельцами, с задачей справилась очень хорошо, можно было судить по ее виду — ободранная шкура свисала клоками, а ведь ее сталь не берет, кровь из ран стекает на землю. Тварь пошатывается, тупо смотря вперед, сейчас бы ее, наверное, смог бы уложить в рукопашную любой новобранец, но Головин не стал тянуть, прямо через призраков он поднял с земли очередной каменный осколок и со скоростью пули запустил его в голову твари. Та рухнула, как подкошенная.
Головин окинул взглядом поле боя, изредка энергетики или электрики, кто как их называл, подпрыгивали, выбивая очередного фантома-одиночку. Твари выли среди лабиринтов. Что происходит под трехметровыми шипами, Павлу видно не было, призраки же столпились вокруг барьера. Пока битва складывалась в пользу «диких гусей», но он не верил, что все закончится безоговорочной победой людей, да еще в сухую.
Глава 14
Глава четырнадцатая
По внутренним часам прошло всего пятнадцать минут с момента, как ИИ поднял его на ноги. Противник снова выбрал неверную тактику, ночью эффективность подобного наступления была бы куда выше, хотя призраки своим сиянием выдали бы приближение тварей. Да и лабиринт показал себя на высоте, Головин даже представить не мог, что атака трех сотен тварей захлебнется на нем. Вот еще два мутанта, подранные и едва держащиеся на ногах, выбрались из него. С правого фланга кто-то из огневиков взмыл над барьером и ударил онешаром. Одна тварь, получив заряд в грудь, вспыхнула и побежала на барьер, но тут кто-то из наемников подпрыгнул и кинетическим ударом сбил ее с ног. Она отлетела обратно, насадив себя на острый тонкий шип, развернутый в сторону лагеря, подобных создали в достатке как раз на такой случай. Вторая тварь нашла в себе силы на стремительный рывок, но тут же попала в силки, которые вырастили земельцы. Зеленые прочные побеги, усеянные шипами, за несколько секунд опутали ее, прижимая к земле. Тварь задергалась, жалобно заскулила. Затем в дело вступил водник, и в спину мутанта вошла полуметровая сосулька, которую называли ледяным копьем. Результат последовал почти мгновенно — и тварь, и растительность покрылись изморозью. Больше мутант не шевелился.
Головин принюхался и сморщился, ветер поменялся, и теперь гнал в его сторону запах горелого мяса, тварь, которую поджарил кто-то из огневиков, мерзко чадила.