Тень грядущего (СИ)
— Сейчас все зависит от разведки, — спокойно произнес Серк. — Нужно дождаться их возвращения, может, они принесут какую-либо информацию, и только тогда можно строить хоть какие-то планы. Но пахнет все это дурно.
— Верно, — поддержали его остальные, после чего все уставились на Головина, ожидая решения командира.
— Правда ваша, — наконец, произнес Павел. — Необдуманные поспешные шаги нам сейчас не нужны. Остров не такой уж и большой, но чтобы добраться до исследовательского комплекса семьи Дорк, придется пересечь город. Остров вытянутый, шесть километров в длину и чуть больше трех в ширину, город Шамр в самом центре. По скалам, заросшим лесом, его не обойти, он расположен в крохотной долине, застроен двух и трехэтажными домами, главная улица пронзает его насквозь. — Он достал из сумки карту, которую сделали на основе снимков с фарадэра до того, как тот разбился. — Единственное место для лагеря — это в полукилометре от ворот, тут несколько ферм, которые выращивали кое-какие овощи, остальное жители покупали на материке.
— Чем они вообще тут жили? — подал голос Кортен.
— Город жил делами рода Дорк, — раздался за спиной голос Ираны. Она приблизилась и уселась на какой-то ящик, Терэгий встал у нее за спиной, охраняя госпожу, и сверля всех настороженным взглядом. — Еще он жил рыбной ловлей. С другой стороны острова есть крохотная заводь, где на песчаную узкую полоску берега вытащены три рыболовецких баркаса. Тут ловят неплохую и довольно дорогую рыбу. Но в середине четвертой четверти этот промысел замирает, рыба уходит в океан. Многие из местных уезжали на материк, здесь оставалось от силы четверть населения. Сообщение с материком прекращалось.
— Спасибо за справку, госпожа ар Кей, — кивнул Головин, — но вы зря покинули шатер, там хоть какая-то защита от ветра.
— Ничего, — отмахнулась Ирана, — я тепло одета. Я так поняла, вы обсуждали дальнейшие действия?
— Да, пытались разработать план, но без информации это почти невозможно.
— Знаете, чего я не могу понять, — неожиданно произнесла женщина, — почему корабль утопили после того, как мы с него высадились, а не вместе с нами? Ведь наш враг должен был не просто уничтожить наше плав средство, он должен был нанести нам максимальный урон. Спаслись бы единицы, отряд потерял бы все имущество.
— Верно, — кивнул Головин, — это было бы оптимальным результатом. Но если мы не ошиблись в оценке противника, и он обладает большой ментальной силой, он не смог навредить нам, поскольку мы были защищены амулетами. Я постоянно находился на мостике рядом с капитаном, и стоило мне заподозрить, что его взяли под контроль, я бы, не думая, его вырубил и взял бы управление «Северным» на себя, развернул бы его и ушел прочь. И противник бы ничего не достиг, а только выдал себя.
Со стороны корабля, пришвартованного возле причала, появилась группа наемников, которые занимались его обследованием. Один из них отделился и направился к командирам.
— Капитан, разрешите доложить, — обратился он к Головину.
— Валяй, Гор. Догадываюсь, новости плохие.
— Так точно, — отчеканил наемник. — Кристаллы питания артефакта осушены, сам артефакт испорчен, а еще несколько течей в днище. Думаю, завтра-послезавтра он отправится на дно. Кроме того, пока мы там были, его дважды приложило о причал, и это здоровья ему не добавило. Сейчас в трюме по щиколотку воды, и после удара она начала прибывать куда активней. Так что, никуда он не поплывет.
Все переглянулись. Они знали, что корабль не на ходу, но надеялись, что ошиблись, и они смогут свалить отсюда, если прижмет. Теперь единственная возможность уйти — это те три баркаса, про которых говорила Ирана.
— Спасибо, Гор, — поблагодарил Головин наемника. — Двигай к остальным, а мы думать будем.
— Вы оказались правы, капитан, — заметила Ирана.
— А хотелось бы ошибиться, — ответил Павел. — Только что наша ситуация усложнилась.
Разведчики вернулись ближе к вечеру, и их было только пятеро, вел их Кортий. Тело десятника Лока они принесли, завернутым в какую-то тряпку.
Головин присел рядом с покойным и откинул с лица десятника материю. Несколько часов назад это был мужчина слегка за сорок, но теперь перед ним лежала завернутая в тряпку мумия, которой стукнуло не меньше полусотни лет, высохшая, желтая кожа, обтянувшая череп, провал вместо носа, пряди тонких седых волос.
— Тебе это ничего не напоминает? — поинтересовался ИИ.
— Напоминает, — ответил Головин. — Только этого быть не может. До момента, как эта планета погибнет, и призраки будут выпивать живых, еще тридцать с лишним лет.
— Но это тело доказывает обратное.
Головин поднялся и внимательно оглядел разведчиков.
— Рассказывайте.
Вперед вышел Кортий.
— Мы без каких-либо приключений прошли по дороге до самой долины, обследовали ферму, что справа от дороги. Ничего не нашли — ни тел, ни следов борьбы. На столе остатки ужина, словно люди встали и просто ушли. Лок приказал осмотреть вторую ферму, она была больше.
— Ничего подозрительного не заметили? — спросил Головин. — Амулеты не сигналили?
Кортий покачал головой.
— Ничего такого, капитан.
— Продолжай.
— Мы вошли в ворота и разошлись в разные стороны. Картина на ферме была зеркальной копией того, что мы видели на предыдущей, люди ели, потом просто встали и ушли. Мы стали обыскивать дом и постройки, постоянно перекрикивались, чтобы знать, что все в порядке. И в очередную перекличку десятник Лок не отозвался. Мы быстро сошлись в одной точке и пошли на поиски, и в хозяйской спальне нашли высушенное тело. Не было ни криков, ни борьбы, он лежал на полу, сжимая в руках золотое кольцо из шкатулки с украшениями, видимо, решил поживиться. Мы замотали его в покрывало, еще раз, разбившись на две группы, обошли дом, ничего не обнаружили, забрали тело и тронулись в обратный путь, в город мы решили не соваться, да и проблематично это, ворота закрыты, а стена там метров шесть, вот так, сходу, не запрыгнуть. Конец истории.
Головин обвел взглядом остальных разведчиков.
— Все так?
Те согласно закивали, подтверждая рассказ телохранителя Ираны.
— Неужели призраки? — спросил он у ИИ
— Не исключено, — отозвался тот. — Мы так и не узнали, что случилось с Эксиолой, откуда взялись призраки. Не факт, что мы с тобой угадали с причиной катастрофы. Мы думали, что это из-за вмешательства в деятельность артефактов, а ведь причина могла быть совсем иной.
— Но слишком рано, — резонно заметил Головин, — у нас должно быть тридцать лет в запасе. Поэтому я не суетился.
— Ты можешь быть фактором, который изменил этот мир. Ты, попав в прошлое, нарушил цепь событий, совершил действия, которые изменили историю.
— Нечто подобное я читал в юности, вроде у одного из авторов был рассказ «И грянул гром», как гибель бабочки в прошлом изменила все будущее.
— Возможно, ты та самая бабочка, — согласился ИИ. — Что будешь делать?
— Сейчас узнаешь, — прекращая мысленный диалог, ответил Головин. — Рир, — окликнул он смотрящего на труп полусотника, — собираемся. Хватай мешки, и вперед по дороге. Встанем на краю леса, в дома не полезем, во всяком случае, пока что, но там будет хоть защита от ветра. Нам нужно разбить лагерь и поесть горячего. Тело Лока берем с собой, — сожжем на закате.
— Я хотела бы его изучить, — вклинилась Ирана.
— Пары часов вам хватит, госпожа? — спросил Головин.
— Вполне, капитан, — отозвалась женщина.
— Тогда не вижу проблемы. Все сборы закончить за двадцать минут.
Рир кивнул и принялся отдавать приказы, основное время было потрачено на свертывание шатра, который разбили для Ираны.
— Идем колонной по два, — когда сборы были завершены, начал выдавать наставления Головин, — по центру дороги. К деревьям и обочине не приближаться. Обо всем странном тут же сообщить десятнику — заметили что-то, почувствовали беспокойство, давление, подал сигнал ментальный амулет. Я иду во главе, полусотник Рир замыкает, госпожу Ирану и ее телохранителей в середину построения. Ноиркэиры прикрывают фланги, двигаются с колонной, не вырываясь.