Тень грядущего (СИ)
— А разведать? — задал вполне логичный вопрос старший лейтенант «Диких гусей».
— Этим займется семья Дорк. Все, Хит, время пошло, у тебя дел по горло.
— Все будет сделано, господин капитан, — отчеканил полусотник и прервал соединение.
— Это тот, кто убил Дию? — все правильно поняв, поинтересовался Диалл.
— Да, и эту падлу нужно достать, прежде чем я отбуду на север. Потом раствориться, и концов ее найти. А он мне задолжал, и сильно.
— Я не оспариваю, — улыбнулся старший брат, поднимаясь с кресла. — Месть — это свято. Ладно, удачи тебе, сегодня уже не увидимся, дел по горло. На связь выйдешь, когда доберешься до порта на севере, ну или как вопросы возникнут. По деньгам все решишь с Кренсом. Все, рад был видеть, еще раз прими мои соболезнования.
Головин поднялся, они обнялись, похлопав друг друга по спине.
— Бывай, Диалл.
Глава семьи Дорк кивнул и вышел из комнаты, а Головин вернулся на прежнее место.
— Допьем? — предложил он.
— Допьем, — согласился Кренс. — Давай еще раз за Дию, пусть ей будет хорошо в посмертии. Как ты сказал? Наемники не умирают, они возвращаются в посмертие на переформирование?
Головин кивнул.
— Все верно.
И два бокала взлетели в салюте.
Глава 4
Глава четвертая
Левитирующий старый грузовик, в кабине которого сидело двое, с трудом мог подняться выше сорока сантиметров над дорогой.
— До границы осталось километров пять, — проинформировал старик-фермер, сына которого сейчас изображал Головин.
— Вроде граница между королевством и союзом на замке? — отрешенно поинтересовался Павел.
— Официально да, но за небольшую мзду и тем, и другим пограничникам нас пропустят. Документы у вас отличные, не придерутся. Да и на сынка вы моего похожи очень, он, разве что, на полголовы вас ниже. Но это не так в глаза бросается. Меня тут хорошо знают, так что проблем не возникнет. Вы, господин, надеюсь, ничего противозаконного не везете? А то ведь обыщут и те, и другие, если что найдут, особенно из оружия, плохо будет.
— Не волнуйся, Фед, я помню твои наставления. У меня только переговорник спрятан, но так хитро, что его никому не найти.
— Ну и хорошо. Только зря спрятали, такое можно и так везти.
Головин подумал и, кивнув, снял с левой ноги сапог и вытащил из фальшивого каблука артефакт связи, после чего сунул в карман.
Операцию по подготовке Хит начал сразу же, как только получил распоряжение. И когда Головин сошел с трапа транспортного фарадэра, все уже было на мази, ему быстро рассказали легенду, переодели под сельского жителя и усадили в машину старого Феда, приграничного фермера, который мотался то в союз, то в королевство, и на границе примелькался. Люди, следившие за Риалом, находились в небольшом приграничном городке, где бывший старший лейтенант второго королевского полка пил в барах, ожидая чего-то или кого-то. Задача простая — приехать, убить падлу и уехать. Артефактную перчатку возьмет у разведчиков «гусей», которые перешли границу нелегально.
— Пропускной пункт, — указав на небольшой старый, обшарпанный домик из спрессованного песчаника, прокомментировал Фед.
Головин, как ни странно, ни разу не видел границу с союзом, поэтому ему было интересно. Хотя, чего тут интересного? Лесостепь, граница по мелкой речке, берега с той и другой стороны утыканы столбами, по которым густо натянута колючая проволока. У шлагбаума двое — офицер и боевик, у обоих жезлы и перчатки, но такие же обшарпанные, как и все остальное.
Младший лейтенант лениво махнул боевым жезлом, приказывая остановиться.
Старый ноирдан, в кузове которого были сложены головки сыра на продажу, повиновался и опустился на землю.
— Здравствуйте, лейтенант Лирк, — выбираясь из кабины, но делая знак Головину оставаться на месте, поприветствовал пограничника старый фермер. — Опять вам не повезло, дежурство на выходной день выпало?
— Да, Фед, все ты правильно сказал, не повезло. А кто в кабине с тобой?
— Так сынок мой, Фар, уговорил в Речной свозить, что-то ему в лавке тамошней понадобилось.
Лейтенант несколько секунд размышлял, стоит ли лютовать, но было откровенно лень, хоть зимой на юге и не так жарко, но он расстегнул мундир до пупа, да и форменную белую рубашку тоже, хотелось вернуться в прохладу домика. Он протянул руку, и стандартная такса в десять имперских марок исчезли в ней, почти незаметно для постороннего взгляда, не знай Головин, куда смотреть, даже не обратил бы внимания.
— Езжай, Фед, — милостиво разрешил Лирк. — Но смотри, на обратном пути точно проверю.
— Спасибо, господин лейтенант, — предусмотрительно опустив слово «младший», поблагодарил офицера старый фермер и, слегка прихрамывая, направился к своему старому тарантасу.
На посту риалийцев история повторилась в точности, только они не поленились осмотреть кузов, кабину и прощупать одежду, но, получив мзду, делали это спустя рукава. Наконец, проверка закончилась, и старый Фед, подняв грузовик в воздух, так же неспешно полетел в сторону Речного.
— Засветло со своим делом обернетесь? — поинтересовался он. — Не хотелось бы тут ночевать, риалийцы смотрят на это косо.
— Будем надеяться, что успеем, — ответил Павел, — если мои люди знают, где сейчас тот человек, который мне нужен. Только не спрашивай — зачем, не твоего ума дело.
— Я и не думал, — замотал головой старик.
— Врет, — прокомментировал ИИ.
— Конечно, но это не важно. Его задача — доставить меня в Речной, а потом вывезти обратно в королевство.
Через двадцать минут они въехали, хотя правильнее сказать, влетели в город. Фед свернул к рынку, где была назначена встреча с разведчиком «гусей». Ноирдан опустился на землю, и Головин выскочил наружу, бросив старику:
— Все, я ушел, вернусь, когда вернусь, жди. Если не появлюсь до ночи, уезжай. Как отмазываться, куда сына потерял, думай сам, но, скорее всего, я буду здесь уже через три часа, так что, не трясись, все будет хорошо.
И Павел направился вдоль рядов, лениво разглядывая товар и ожидая, пока его люди обнаружат, что явилось начальство.
— Господин капитан, — шепотом обратился к нему разведчик, — мы тут номер сняли в гостинице местной, сразу за рынком направо, называется «Торговая», там вас ждет одежда и перчатки артефактные. Как вы просили — первая электро, вторая — телекинез. Номер четыре на втором этаже.
— Понял, Тош, — не оборачиваясь, ответил Головин. — Где клиент?
— Еще накануне заперся с двумя проститутками в номере, но скоро выползет, голову лечить, бухать он умеет, с утра до ночи квасит, я бы уже умер. Кстати, он живет в той же гостинице, только на третьем этаже.
— Ну, тогда я пошел. Клиента не потеряйте.
— Не извольте беспокоиться, все будет, как надо, план ваш сработает. Он любит подраться, вчера парня избил, когда тот попробовал права качать, что Риал к его девке под юбку полез. Перчатка у него всегда на правой руке.
— Понял тебя, — и Головин, развернувшись, направился к выходу с рынка.
Разговор двух незнакомцев остался местными незамеченными. Постояли два мужика в толпе у прилавка и разошлись.
Уже через пять минут Головин постучался в дверь четвертого номера условленным стуком. Та распахнулась, и на пороге возникла прилично одетая женщина, одна из немногих наемниц под его командованием.
— Здравствуй, Тра. Все готово?
— Да, господин, — закрывая за вошедшим Головиным дверь, ответила женщина. — Примите мои соболезнования. Мы с Дией дружили. Где вы ее похоронили?
— Спасибо, — посмурнев, бросил Павел. — А похоронил ее в Артефе между ее отцом и матерью. Южное кладбище, склеп номер семьдесят два.
Женщина больше ничего не сказала и молча уселась на стул. Головин же, раздевшись быстро, сменил простую крестьянскую одежду на приличный костюм и цилиндр.
— Простите, господин капитан, — подала голос Тра, — мы не смогли найти трость с клинком, тут таких не делают, только обычная.