Под крылышком у ректора (СИ)

Я трусилась, громыхая доспехами вокруг. С меня семь потов сошло, пока я закончила, тяжко опираясь на ноги.
- Слышал, будешь защищать честь Академии? – произнес Погуберт, расхаживая по залу. – Обесчестят нашу Академию! Во всех позах! Это я с вами тут церемонюсь! А там, в Корпусе Боевых Магов, в котором я учился и закончил с отличием, не панькаются.
- Вы там учились? – спросила я, присаживаясь на скамейку, которую нашла попой. Видимо, в моей попе есть магнит, который безошибочно находит стулья, скамейки и диваны.
- Да, - рявкнул Погуберт, делая глубокий вдох. – Они тебя раскатают! Пальцем щелкнут, а тебя как гремлина в центрифугу! Вот только…
- Что? – спросила я едва слышно.
- Знаешь, - Погуберт тяжело опустился рядом. – Там просто звери. Но звери дрессированные! Их семь лет дрессируют. Пока рефлекс не выработается! Поняла, о чем я?
- Не-а, - покачала я головой.
- Думай! Думай! – мне постучали пальцем по шлему. – Сама допетрить должна, что бы это значило!
Я замерла, глядя на старые потертые перчатки, оббитые железом.
- Кажется, - неуверенным голосом прошептала я. – Команды! У них рефлекс на команды! Равнясь! Смирна!
- Лавнясь – шмилна, - передразнил Погуберт противным голосом, который, как он считал, принадлежит какому-то маминому «чайнику». Так он называл всех, кто пыхтит в доспехах. – Командный голос где?
- Равнясь! – пискнула я, глядя на Погуберта. Тот скривился.
- Нясь-нясь! Тараканам так будешь командовать, чтобы тапки носили! – хмыкнул он. – РАВНЯСЬ!!!
Его рык заставил меня подпрыгнуть.
- Но а то, что я девушка? – спросила я, понимая, что медвежий рык у меня не получится.
- А ты че? Думаешь девок там нет? Есть! Еще и старшие по званию. Девки – самые лютые! – шмыгнул носом Погуберт. – Однажды я влюбился в одну! Она мне нос сломала в трех местах!
- Отказала? – с ужасом спросила я.
- Не, согласилась. Если бы зубы выбила, то отказалась бы. А так, согласилась! Я ей тоже нравился! – усмехнулся Погуберт, вспоминая дела давно минувших дней.
- Ори так, чтобы стены дрожали! И голос уверенней! – рявкнул Погуберт.
- Р-р-равнясь!!! – крикнула я, обалдев от того, что кричу.
- Еще! Уверенней! – наседал на меня боевой маг. – Р-р-равнясь!!! Так, чтобы я обосрался! Победить – не победишь! Но пару секунд выиграешь. А этого тебе хватит, чтобы сбежать!
Мы орали до конца пары, пока я не охрипла.
- Два, - произнес Погуберт, выводя оценку. – Еще лебедь в твое озеро слез! А то вдруг передумают и не возьмут на испытание! Увидят мою двойку и не возьмут!
- Спасибо, - обрадовалась я двойке. А сама вспомнила книгу про котенка, которая лежит у меня в столе. Когда-то давным- давно к Мурзиусу выпустили продолжение, на страницах которого было приведено придуманное автором заклинание. И дети начали повторять его. Оказалось, что заклинание рабочее! И ребенок покрывается сыпью с ног до головы. Книгу запретили, убрали из всех магазинов. А кто успел купить, у тех осталась.
Пара закончилась, я побрела в комнату, чтобы вытащить книжку и подбросить ее под тренировочный зал. Пусть книга и напоминала мне о хороших временах, но я не привыкла оставлять добро безнаказанным.
Я сидела на кровати, готовясь проверить командный голос на ректоре. Но ректора не было. Я даже выходила в коридор, высматривая его фигуру. Но в коридоре было тихо. Слышно было, как кто-то хохочет за дверью, рассказывая анекдот про бороду и старика- волшебника.
Потом кто-то затянул старый анекдот, о том, как одна чародейка, увидев красивого некроманта, прикинулась дохлой. А потом очнулась с третьей рукой.
Я расстроилась, ковыляя в комнату. До рассвета осталось еще три часа. И стало ясно, что он не придет…
- Ладно, давай спать, - сипло произнесла я подорожнику. Стоило мне улечься в кровать, погасив ночник, как вдруг дверь открылась. На пороге стоял ректор, заставив сердце усиленно биться.
- Вставай! Еще есть время! – произнес он, стоя в дверном проеме, словно страж.
- Вы хотите, чтобы я… именно сейчас тренировалась? – ужаснулась я, вскочив с кровати и натягивая рубашку пониже.
 
- Я не хочу, чтобы тебя убили в первом же поединке, - произнес ректор. – В каждом испытании есть магическая дуэль. Поэтому придется так или иначе сражаться.
- Но мы, целители, не проходили магические дуэли, - замялась я, пытаясь натянуть форму.
- Когда глаз тебе на грудь натянут заклинанием, ты это расскажешь, - сурово бросил ректор, пока я пыталась понять, какая муха его укусила.
- Хорошо, - обиженно буркнула я, одеваясь.
Я семенила за ректором, глядя на его широкую спину. Он вел меня в пустующий зал. Пустующий зал так и назывался Пустующим. В нем редко проходили уроки. Но чаще всего в нем проводили эксперименты, чтобы результат эксперимента не выбрался за пределы зала. В стены и двери этого зала было вложено столько заклинаний и артефактов, что казалось, мимо них не пролетит и муха. Ни шума взрывов, ни грохота заклинаний, ни рева чудовищ не было слышно за пределами зала.
В руках ректора появился ключ, которым он открыл двери, бесцеремонно войдя вперед. В этот момент я даже не успела понять, что случилось. На ректора бросилось что-то черное, большое, похожее на крылатую пантеру. Он схватил ее рукой в полете и с грохотом уронил на пол. По мозаике на полу пробежали трещины. Пантера рассыпалась в прах, разлетаясь на тысячи осколков.
Пока я пыталась понять, кто мог забыть магическое чудовище в Пустующем зале, но судя по лицу ректора, он это выяснит очень быстро.
Никогда! Никогда я не буду просить мужчину пропускать меня вперед! Никогда! После такого – точно! В задницу эту вежливость!
- Проходи, - голос ректора смягчился, а дверь закрылась.
В зале было грязно. Капли зелий въелись в пол. В углу стояла покрытая пылью машина времени, над которой работал предыдущий ректор. По уверениям злых языков, он мечтал вернуться в прошлое и отказаться от почетной должности ректора.
Часто он забывал о ней, но как только в Академии начинались проблемы, он уходил сюда и собирал ее с новыми силами. Стоило проблемам решиться, как машина времени забывалась на долгие месяцы, а то и годы.
- Я не умею сражаться на дуэли. Это не входит в учебную программу! – предупредила я, стараясь на наступать на разноцветные лужи. Скамейка стояла возле стены, чтобы изобретатели могли отдохнуть и подумать. Огромная надпись на стене: «А стоит ли?» мотивировала тягу к магическим открытиям.
- Встань сюда! – произнес ректор, отходя от меня на несколько шагов. Мне стало страшно, но я послушно стояла между двумя лужами. Одна была ядовито-розовой. А вторая буро-зеленой.
- Отбивай! – послышался голос, а я увидела, как в меня летит заклинание. Вместо того, чтобы выставить магический щит, я присела, позволяя заклинание врезаться в стену и рассыпаться магическими искрами.
- Нападай! – послышался голос ректора, а я попыталась придумать что-то мощное, но пока я думала, в меня полетело следующее. Я вжала живот и как-то по детски поджала руки, словно только что что-то разбила.
Слабенькой заклинание полетело в ректора и упало возле его ног.
Он опустил голову, глядя на остаточные искры.
- И все? - спросил он, пока я пожимала плечами. – А нормально?
- Я редко попадаю в мишень, - смутилась я, глядя на ректора виноватым взглядом.
- Редко попадает в мать отец тех, кто это придумал, - проворчал ректор, требуя еще раз!
Несколько заклинаний пролетело мимо, одно разбилось об пол, второе просвистело в стену.
- Так, учебное пособие для косоглазых боевых магов, - прокашлялся ректор, глядя на то, как я отряхиваю руки. – Учись уворачиваться от заклинаний. Я использую не боевые, а красящие. Поняла? Твоя задача убегать и прятаться.
Я кивнула, приготовившись бежать и пригибаться. Ректор зажег заклинание в руке и… Я никогда не видела такой точности! Даже у боевых магов! Сила, с которой в меня летели заклинания, сбивала меня с ног, не давай ни единого шанса. Мне кажется, что с ним не справится даже весь боевой корпус…