Под крылышком у ректора (СИ)

Ой, мило! Три юбочки смотрятся очень пышно! Как у принцессы!
- Платье состоит из двух частей, - задумчиво замечал ректор, листая книгу. – Корсет и юбка… Давай еще одну!
Третья юбочка – самая маленькая туго стянула мои бедра.
Я подняла ее, рассматривая остальные юбки.
- Так, что ты только что сделала? Откуда появилась эта штука сверху? – спросил ректор так, словно я поймала чудовище голыми руками.
- Я… я просто подняла юбку, - удивилась я, придерживая ее на груди.
- Так и держи! – сверкнул глазами ректор.
- Ой, - покачнулась я, видя, что на мне вполне милое платье. Главное, что по фигуре!
- Окраска ткани заклинанием, - читал ректор, поглядывая на меня.
- Я хочу голубое, - вздохнула я, все еще стоя на стульчике.
- Розовое! – произнес ректор.- Ты же девочка!
- Голубое! – заметила я, вспоминая заклинание. Я использовала его, чтобы никто не догадался, что у меня одно единственное платье «на выход». – Мне идет голубой цвет!
- Не знаю, куда он тебе идет, но платье будет розовым! Это приказ ректора! – послышался голос.
- Голубое, - спорила я, осторожно перекрашивая платье в голубое. Да! Именно голубое! Как я люблю!
- Розовый! – ударило в меня заклинание. Ректор отвернулся. Я тут же превратила платье в голубой, настаивая, что это цвет идет мне намного больше. А может, мне хотелось, немного его позлить. Он такой красивый, когда злится!
- Голубой! – рассмеялась я, перевернув шлейфом стул. Платье тут же стало голубым.
- Розовый! – послышался голос ректор, который вошел в раж!
- Голубой! – показа я язык, понимая, что никогда в жизни мне не было так весело. Шлейф тянулся за мной, словно хвост!
- Розовый! Это приказ! – произнес ректор, а я перевернула стол, прячась от заклинаний. Но так и не заметила, что шлейф остался снаружи. На платье расплывались розовые пятна, стирая голубые.
- Голубой! – фыркнула я, исправляя цвет. – И ведь все равно исправлю!
И тут же затягивая шлейф в убежище.
- Розовый! – смел стол ректор, превращая платье в розовый. Мои волосы растрепались, а я прикрылась одеялом. Все дело в том, что заклинания цвета не так просты, как кажутся. Цвет можно изменить только первые пять минут после заклинания. Чтобы у мага был выбор.
- Спасибо за розовое одеяло! – рассмеялась, видя, что платье тоже розовеет! Я бросилась к двери, на ходу превращая платье в голубой.
- Куда! – послышался голос ректора. Мне оставались какие-то жалкие сантиметры до ручки, как меня дернули к себе.
- Розовый, - послышался голос на ухо. Сердце колотилось, как сумасшедшее, когда я чувствовала его руки, обнимающие меня.
- Голубой, - упиралась я, зная, что розовый мне не идет! А как будто бы я не пробовала розовый!
- Розовой, - строго произнесли мне, пока я вырывалась, упираясь руками в его грудь.
- Голубой, - процедила я, чувствуя, что в его объятиях становлюсь такой маленькой и слабенькой. - А еще вы обещали мне… поцелуй… Помните? На свидании?
«Платье будет голубым!», - подмигнула мне смекалка. На пять минут я его как-то… займу…
- Розовый, - строго – строго посмотрел на меня ректор. Мне казалось, что он меня сейчас сдавит, а я сломаюсь пополам. Его тело было твердым, словно камень.
- Голубой, - мотнула я головой. – И только голубой! Это почти символ факультета… Голу…
- Розовый, - тяжело дышал ректор, могучей рукой сгребая меня за талию и зажимая мне рот свободной рукой.
- Голу… - прошептала я, скосив глаза на каменную ладонь. Ну уж нет! Я потянулась рукой к его рту, встав на цыпочки.
- Фофоффый… - слышала я под своей ладошкой.
- Фолуфой, - мычала я, пытаясь поменять цвет. Скосив глаза на платье. – Так, а что с платьем?
Да, а что с ним?
С платьем происходило что-то странное! Напитанная магией ткань сверкала искорками. А оно превращалось из голубого в фиолетовый, а уж потом в ненавистный розовый!
Я посмотрела в зеркало, понимая, что за счет юбок и этого странного, неожиданного эффекта платье стало смотреться совсем по-другому.
- Вау! – опешила я, чувствуя, как меня отпустили, но руку с талии не убрали. Я повертелась, путаясь в шлейфе.
 
- Нет! Шлейф оставляем! – сгребла я руками длиннющий шлейф из ткани. – Не дам! Это мой хвостик! У тебя есть хвост, а это мой! А хотя… Давай отрежем! А то я в нем еще запутаюсь!
- Ну уж нет. Пусть будет! Поймешь, что такое жить с хвостом, - усмехнулся ректор. Мы стояли возле зеркала. Вокруг нас царил бардак, валялись обрезки ткани, магические ножницы, которые я не пойми зачем достала из коробки. На голове у меня была прическа «шабаш маленьких фей», да и ректор выглядел слегка взъерошенным.
«Ну, поцелуешь меня или нет?», - как бы спрашивала я его, поднимая взгляд. Но ректор смотрел внимательно на платье. А я успела на него три раза обидеться.
- Так, сейчас нужно наложить на него несколько заклинаний, - произнес ректор. – Чтобы мне не пришлось никому отрывать волшебную палочку при всех!
Магия обняла меня, огибая со всех сторон.
- Теперь его точно не снимут заклинанием. Все, спокойной ночи, - произнес ректор, перешагивая через ножницы и обрезки.
- А застежку мы не делали разве? – спросила я, понимая, что платье зашивали на мне. И о застежке мы так и не позаботились!
Но дверь за ректором уже закрылась. Я посмотрела на время, ужаснулась и стала пытаться снять платье. Но платье не снималось! Промучившись минут сорок, перебрав весь свой ругательный словарный запас, согнав с насиженной вазы подорожник и вернув его на законный трон, я легла спать.
Утром я проснулась от того, что дверь открылась, а меня ставят на ноги.
- Вставай! Через три часа начало! – строго тряхнул меня ректор, а я уже стекала обратно на кровать, шурша всеми юбками.
- Ась? Ась? – сонно спросила я, пытаясь понять, почему так шуршу. В зеркале отражалась бледная, взъерошенная покойница с огромными синячищами под глазами и взглядом пофигистеческого блаженства.
Посмотрев на себя, убедившись, что я красавица, я дождалась, когда закроется дверь и снова рухнула на кровать.
- Вставай!!! – тряхнули меня и поставили на ноги, пока я все еще витала в волшебных облаках и ловила капризного единорога, обещавшего приготовить мне манный пудинг.
Я снова сонно стекала в кровать, чувствуя, что никуда я не пойдут.
Но на этот раз ректор был хитрее. Он успел поймать меня и держать на весу за корсет.
- Отнесите меня, покажите, - зевнула я. – И верните на место!
Бывали такие «утра», когда тебя проще закрасить, чем отодрать с постели.
- Так, стоять! – строго приказали мне. И для верности прижали к стенке рукой. Я чувствовала, как по мне ерзали расческой, пытаясь разобрать воронье гнездо.
- Проснулась? – спросил ректор, глядя в мои честные глаза. Мне сунули расческу, и вышли из комнаты. Я стекла на кровать, чувствуя себя почему-то обессиленной.
Проснулась я в третий раз от того, что меня снова ставят на ноги, не особо церемонясь.
- Ааааа! – дернулась я, ужаснувшись тому, что вижу в зеркале. На меня оттуда смотрел напомаженный гремлин с кровожадно – алыми губами. Кривые стрелки были жирными и неровными. Зато все щедро было присыпано блестками. Казалось, я выйду из комнаты и меня унесут драконы. Фиолетовые тени осыпались под левым глазом.
«Я буду освещать ваш путь!», - я убрала руку, глядя на фонарь под глазом. – «Вот этим фингалом!».
- Тьфу! – сплюнула я блестки, чувствуя, что встречу со мной переживет только не самый слабонервный мужчина.
- Так, давайте я сама! – выдохнула, пытаясь стереть макияж.
Кое- как исправив все, я посмотрела на приоткрытую дверь, в которую вышел ректор, пока я возилась с лицом. Туфли! Туфли! Так, а у меня нет туфлей!
Я шлепала босиком по полу, пытаясь найти хоть что-нибудь, что можно надеть. Время шло, а я поняла, если я сейчас же не брошусь в главный зал, я опоздаю!
Закрыв дверь на заклинание – ключ, подобрав юбки, я бросилась в сторону портала, лихорадочно затаскивая в него длинный шлейф. Портал засветился, выбрасывая меня неподалеку от главного зала, где уже собралась вся Академия. Пытаясь стряхнуть с платья блестки, я попыталась подтянуть его, добегая до входа с надписью: «Для участниц»!