Под крылышком у ректора (СИ)

Кое-как, уже не стесняясь, я натянула новенькую форму, собрала волосы в гульку-дульку, высморкалась и подтянула носки, всем видом показывая, что готова бежать.
Дверь внезапно закрылась за спиной ректора. Он присмотрелся ко мне, глядя на новые носки, а потом вручил коробочку.
Я осторожно открыла ее, не понимая, что там может быть. Пластыри? Подорожники? Наколенники? Вот от последних я бы не отказалась!
- Ой! – замерла я, понимая, что впредь подарки буду открывать под кроватью, убедившись, что рядом нет ни единой души.
Мне кажется, что в этот момент я стала похожа на алое знамя боевых магов.
В руках были розовые трусики с бантиком. В коробочке их было еще. Но все розовые. Мне очень захотелось научиться превращаться в горгулью.
- С-с-спасибо, - ответила я, смущаясь до состояния «больше вы меня не увидите! Я буду пробираться окольными путями и ходить вдоль стеночки!».
- Надевай, - послышался голос ректора, пока я не знала куда спрятать коробочку.
Выскочив из ванной, я расправила юбку. Меня одну смутило, что они кружевные?
Однажды, когда я буду старенькой чародейкой и буду вести своих внуков в Академию, я обязательно расскажу им про то, как сам ректор лично премировал меня кружевными трусами. Пока всем раздавали грамоты, медали и дипломы, мне достались трусы. И если все будет нормально, даже задеру юбку бабушкиной мантии и покажу.
«За особые заслуги перед Академией и ректором!», - расправила я непривычное кружево. – «Трусы вручаются студентке шестого курса...».
- Ты что? Собираешься бежать в таком виде? – послышался голос, когда я смущенно тянула носки вверх.
- А в каком надо? Доспехи? – ужаснулась я, предчувствуя, что изменения в правилах меня не порадуют.
- Сюда иди! – дернули меня грубовато, сдирая резинку для волос. Волосы распустились и прикрыли плечи. Они доставали у меня почти до пояса.
- Вы что делаете? – ужаснулась я, представляя, как весь забег сплевываю волосы.
- Расстегнула рубашку до третьей пуговицы! Пиджак сняла! – послышался приказ.
- Зачем? – ужаснулась я, вспоминая, что в правилах Академии это возбраняется.- Вообще-то по уставу Академии это запрещено.
- Приказ ректора. Я выругаю тебя потом! – мрачно произнес ректор, пока я расстегивала пуговицы, глядя на кружево бюстгалтера. – При всех! И похвалю, когда никого не будет!
- А можно наоборот? – спросила я, глядя на себя в зеркало. Я была похожа на одну из тех девушек, которые сидят в библиотеке и рассказывают, как вчера в ней лежали!
- Юбку укороти! – послышался абсолютно серьезный приказ. Я уже не знала, чего ждать.
- Я не знаю как! – дернулась я, чувствуя, что это не к добру.
- Ты девочка. Ты умеешь! – смотрели на меня.
- Я ее не укорачиваю! – ужаснулась я.
- Хорошо. Сиди здесь! Сейчас я кого-нибудь поймаю и отругаю. Заодно и узнаю, - послышался абсолютно серьезный голос.
Что происходит? Может, мне еще губы накрасить? Я же на кросс собираюсь, а не на свидание!
  
Глава тринадцатая. Забегая наперед
 
Дверь за ним закрылась так, что я подпрыгнула. Далеко ходить не пришлось!
- Это что за вид! А ну быстро сняла юбку и надела, как положено! – бушевал в другом конце коридора ректор. В ответ слышался писклявый голосок: «Простите, я сейчас же все исправлю! Вот!».
Я смотрела на себя в зеркало, понимая, что такой никогда себя не видела. Впервые на меня оттуда смотрит ни запущенная сиротка с причудами, ни скучная отличница, а очень прилежная двоечница, которая умеет прилежать в библиотеке. Один взмах ресниц обеспечивает ей троечку, а улыбка обезоруживает даже суровых боевых магов.
Удивленно нахмурившись, я присмотрелась к своему отражению, стягивая ворот, чтобы не отсвечивать заклинанием бюстгальтера.
Дверь рывком открылась.
- И чтоб больше я такого не видел! – послышался голос ректора, обращенный в коридор. Он был настолько суров, что мне очень захотелось понять, кого он там поймал за укорачиванием юбочки?
 
- Иди сюда! – произнес ректор, глядя на меня так серьезно, словно мы сейчас не юбку укорачивать будем, а вызывать древнего демона.
- А! – дернулась я, видя, как юбка лезет наверх, обнажая колени. Если раньше она была на ладонь ниже колен, то теперь на ладонь выше!
Непривычно как-то.
- Чтобы бежать было удобней, - пояснил ректор. – Подорожник где? Бери больше, чтобы хватило!
Я вспомнила про подорожник, доставая с окна коробку. Чахлый росток был сунут под нос ректору.
- У меня рука тяжелая, - оправдывалась я, удивляясь, что у меня вообще что-то выросло!
- А у меня жизнь тяжелая, - передразнил меня ректор, фыркая на росток. – Ладно, бери, что есть! И спускайся!
Пожав плечами, я двумя пальцами вытащила чахлый росток, еще раз удивленно глядя на свое отражение. Я и не знала, что симпатичная! Может, стоит забыть грубого боевого мага, напугавшего мою женственность на втором курсе?
Ректор уже исчез за дверью, а я осмотрелась, вытащила из ящика старенькую помаду, выкручивая ее из тюбика. Она еще не выдохлась и сверкала магией.
Неумело, но очень осторожно, я накрасила губы, стирая заклинанием лишнее.
С ростком в кармане, я спускалась вниз. Общежитие студентов уже опустело. Все были на стадионе.
- Пойду, посмотрю, как эти дохляки бегают! Не зря я их тренировала, запуская в них швабру, что не ходили по мытому! – снимала халат уборщица. Призраки завистливо кивали. Они не могли выйти из Академии и с нетерпением ждали, когда им расскажут о том, как прошел забег.
Я вышла из Академии, глядя на светящуюся магией аллею, ведущую к стадиону.
Меня обогнали две девочки с животноводства, пытаясь заглянуть в лицо, мол, а ты кто?
На шум стадиона стекались опоздавшие. Меня, как участницу, схватили за руку еще на входе и потащили в раздевалку, присвоив магический номер на всю спину.
Меня втолкнули в дверь.
Передо мной оказались два огромных боевых мага в доспехах. Неподалеку торчали заклинатели, обсуждая, считаются ли магические шнурки нарушением правил. И почему никто не додумался до магических шнурков. Справа надрывно кашляли зельевары.
- У меня голова кружится! – причитал один из них, запахивая зеленую мантию.
- Это – свежий воздух, Арнабет, - тяжко дышал его сосед.
Два пророка спорили, что означает растение с ногами, увиденное ими накануне в чаше прорицания. И может ли это знать, что это победа, ведь ни в одном учебнике такого не было!
Стоило мне зайти в раздевалку, я сразу поняла, почему она так называется. Здесь раздевают взглядом.
- Ух-ты! Это что у нас за краля? – оживились огромные боевые маги, толкая друг-друга локтями.
- Кхе-кхе! – обрадовались мне зельевары.
Я сжалась в комочек, а потом вспомнила про то, что за мной стоит страшное чудовище и расправила плечи.
- … а слово предоставляется нашему уважаемому ректору! Магистр Гелиад, - заявил голос кого-то из преподавателей.
«Гелиад», - повторила я имя. Это было как-то связано с солнцем. Кажется, солнечный.
- Мы собрались здесь, чтобы … - начал ректор, а в ответ ему слышались восторженные писки. Своей мрачной и прямолинейной харизмой, он уже сразил наповал всех студенток.
- ... чародеи не бегают! В мирное время это вызывает смех! В военное – панику! Но сегодня мы сделаем гадость и исключение! В правила внесены вперед ногами изменения. Теперь в связи с огромными потерями на старте, к участию в забеге допущены сразу два участника от каждого факультета, чтобы один мог тащить другого, - слышала я голос, чувствуя, что улыбаюсь.
Он просто невероятен! Вот как он так может?
Нас выводили на огромную дистанцию, полную препятствий. Трибуны были битком набиты. Неподалеку от меня реял магический плакат: «Мангус – побежит!».
Потом буква «ж» менялась на букву «д».
- Кхе! – пообещал чахлый зельевар, едва шевеля ногами и качаясь от свежего воздуха. Боевые маги прохрустелись косточками и доспехами, все еще с ухмылками посматривая на меня. Это они так заигрывают. Мне говорили.