Под крылышком у ректора (СИ)

Я не поняла, о чем это он. Не помню, чтобы я рисовала единорога и кучку! У меня рука с волшебной палочкой и магическая шляпа!
Волшебными палочками уже не пользуются. Это – прошлый век. Все давно перешли на беспалочковую магию. Только старики до сих пор ходят с палочками, потому что руки дрожат и прицелиться толком они уже не могут! Однажды, и я буду ходить с палочкой. Но я надеюсь, что это будет нескоро!
Пока я пыталась найти грустного единорога и веселую кучку, только подняла голову, чтобы спросить, как дверь закрылась.
- Нет, а чем ему не понравилась коричневая шляпа? И рука с палочкой? – возмущалась я, переделывая и исправляя газету. – Ууууу! Ненавижу! Мало того, что я весь день, вместо того, чтобы спать, провожусь с этой газетой, так еще и все не так! И то не так, и это не так!
Я старалась держаться подальше от окна. Где-то по академии рыскает страшное чудовище! Оно умеет лазить по стенам и крушить камни. А еще у него светятся глаза, и выглядит оно жутко!
Развернувшись вместе газетой в сторону окна, я сидела и пыталась исправить заголовок.
- И так сойдет! – скривилась я, ненавидя ректора до глубины души. Это ж надо! Заставил рисовать газету!
Когда в окне забрезжила полоска рассвета, я свернула газету, вытряхнула краски и оправилась сдавать ее на ректору. Дойдя до его кабинета, я постучала, ожидая ответа. Но никто мне не ответил. Я осмелела и постучала громче. Опять тишина. Посидев немного возле кабинета и душераздирающе позевав, я понесла газету «вешаться».
- Да вряд ли кто-то сделает лучше! – заметила я, поглядывая на свое творение. – Главное что? Не победа, а участие!
Круглосуточная приемная комиссия из привидений сидела и играла в карты.
- Вот! – вручила я им газету, видя, как они рисуют галочку напротив герба нашего факультета. Отряхнув руки и оттерев остатки краски с рукава, я отправилась спать. «А что если нужно было подождать ректора?», - зевнула совесть, показывая острые клыки. «Пофигу!», - отмахнулась я. «А вдруг мы хуже всех?», - снова зевнула совесть, когда я открывала двери комнаты, и бессильно падая на кровать.
Если вдруг то страшное чудовище, ожившее той жуткой ночью, когда над Академией разыгралась буря, приползет меня есть, пусть начинает с головы.
Проснувшись от тяжелых шагов, я вздрогнула. Изнеможденные будильники валялись по всей комнате. Несколько валялось на полу. Один на столе, второй возле двери, а третий стекал с пыльного подоконника и хрипел.
Дверь распахнулась, а я накрылась согретым за ночь одеялом.
- Ты опять опоздала на занятия! – послышался строгий голос ректора.
Мне так не хотелось променять уютный кокон одеяла на утренний озноб  «Ты-ды-ды-ты-ды!» и пляски вокруг стула с расческой.
- Это просто они начались раньше, - проворчала я тихо-тихо, силясь разлепить глаза.
«Пойдем, возвращайся, нам без тебя скучно!», - манили меня розовые дракончики с конфетами и волшебными яблоками. «Ну куда же ты от меня?», - протягивал ко мне руку прекрасный принц, приснившийся мне сегодня ночью. «Мы остановились на самом интересном! У нас первая брачная ночь! А потом мы с тобой полетаем на розовом драконе!», - убеждал принц из сна, таща меня в сторону кровати.
- Вставай! –  строго произнес голос ректора, пытаясь разорвать оковы сладкого сна.
- Ложись! – нежным голосом умолял принц из сна, бровями намекая на то, что сон – не сказка. Свадьбой не заканчивается!
- Вставай! – слышался суровый голос ректора.
- Ложись!  - задыхался от страсти принц, в страстной спешке стягивая с себя сорочку.
Его голос становился тише. Принц возился со штанами, требуя потушить пожар страсти.
- Вставай! – внезапно выдал принц голосом ректора, глядя на свои расстегнутые штаны. – А ну быстро вставай! Я кому говорю! Вставай! Да что ты будешь делать!
В этот момент я дернулась, немного просыпаясь. Принц испарился, зато вместо него появился суровый ректор, который стоял в центре комнаты.
- Не люблю опоздунов! – произнес ректор.
- А я … - зевнула я, видя, как убивается принц из сна. - … Не опоздун… Я – опоздушечка…
 
- Мне что? Будить тебя каждое утро? – послышался голос ректора, когда принц из сна предпринял еще одну отчаянную попытку жениться на мне окончательно, беря меня за руку и утаскивая в сон.  Я сопротивлялась, убеждая принца, что мне еще диплом нужен. Но принц говорил, что любит меня и без диплома!
В комнате царила тишина. Видимо, ректор сдался и ушел!
-Будить каждое утро!  - пробурчала я, с трудом разлепляя глаза. – Поцелуем, если можно! Каждое утро. Нежным поцелуем. И кофе в постель!
- Я запомню, опоздушечка!  - послышался голос, от которого я подпрыгнула вместе с подушкой и одеялом. Что?!! Ректор еще в комнате?!! Мамочки!!!
Мне стало вдруг так стыдно, что я поклялась себе больше никогда на него не смотреть. Экстренно сгребая содержимое стула, топчась на охрипших магических будильниках, я дрожащими руками одевалась на пары. Пуговица не попадала в петельку, щеки горели, а я изредка бросала короткие взгляды на ректора, стоящего в дверном проеме!
Схватив журнал, я собиралась выйти из комнаты, как вдруг поняла, что не могу обойти ректора ни справа, ни слева.
- П-п-простите! – пролепетала я, пытаясь найти дырочку, сквозь которую можно выскользнуть.
- Что это за разврат – шатание! – послышался голос ректора, когда я поняла, что разговор не окончен. И мне не выпустят. – Комната – это лицо студента!
Я посмотрела на свою комнату. Мятое покрывало валялось на полу. Груда учебников была свалена на столе. В свете магических подсвечников в комнате летала пыль.
- Почему у тебя на лице грязь налипла и пыль! Ты же девочка! – строго произнес ректор.
- Это не пыль, это – пудра, - заметила я. – Это – не грязь, это –  тени!
- Завтра же, чтобы здесь было чисто! И все блестело, как драконьи яйца! – сурово произнес ректор. Я на мгновенье подняла голову, видя, как он хмурит красивые брови, осматривая мой беспорядок.
Меня выпустили и вышли сами. Я тут же закрыла дверь заклинанием, и бросилась по коридору. Сначала я шла, как и полагается студенке. А потом не выдержала и припустила к порталу, стараясь не оборачиваться.
Добежав до аудитории, я застыла перед дверью, ведущей в кабинет зельеварения. «Извините, пожалуйста! Я опоздала!», - репетировала я, чувствуя, как у меня сгорают щеки от стыда. Сейчас меня сделают учебным пособием! И мне придется пить яд!
Не успела я открыть дверь, как на меня сзади кто-то налетели, распахивая двери.
- Итоги конкурса газет подводят! – крикнул чей-то голос, заставив меня забиться в уголок. – Быстрее! Итоги! Сейчас будут награждать победителей!
Вся орава высыпала из класса, побросав бурлящие котлы от которых шел зловонный дымок.
- Быстрее! Быстрее! – наседали друг на друга зельевары, к которым я примкнула маленьким стыдливым хвостиком.
Из каждой аудитории высыпала галдящая толпа. И этот огромный поток устремлялся в главный зал.
- Приз за лучшую стенгазету «Магия – сила!» присуждается вот этой газете! – послышался голос призрака. Он развернул ее, и все обалдели! Она рассыпалась магией, расцветала красками, картинки менялись и оживали. Сто очков факультету!
- Ура!!! – заорали боевые маги. – Ура!!!
- Знаю-знаю! Отловить художников с других факультетов и заставить рисовать газету! – обиделись зельевары, когда я пробивалась сквозь из ряды под свои знамена.
- Приз за самый творческий подход  и пятьдесят очков факультету присуждается вот этой газете с булькающим зельем! – снова послышался голос. Зельевары позади меня тут же взорвались криками: «Это наша!!!». – Вы только посмотрите на это оживающее зелье! Бесподобно! В истории конкурса стенгазет еще никогда такого не было!
- Вау! – послышались голоса студентов, когда им заклинанием увеличили газету в десять раз. «А я говорила, что нужно было зелье!», - послышался взволнованный голос среди зеленых.