Гори, гори ясно (СИ)
Румяные яблоки, алые гроздья рябины, мед на разнотравье и самогон на дубовой щепе, да прибавь ко всему славную компанию, в которой каждому можно доверить спину — и выходило, что я тот еще везунчик. А август обещает подарить немало теплых воспоминаний.
Арктика уловила мое нежелание выходить из-за стола и предложила устроить продолжение посиделок, сменив направленность. Устроить состязание по стад-покеру в формате два на два. Бартош в паре с Нелидом, я с Кошаром. Сдавать по очереди, круг я, круг она. Вместо фишек — спички, запас коих у дядьки скопился ого-го, на пару зим ежедневного розжига хватит, и еще останется.
Так нигде в рамках цивилизованного игрового сообщества не делают, но мы-то в глухой провинции, и чхать хотели на все правила.
Нам с Ташей полезно для мелкой моторики. С тяпкой на участке руки грубеют, теряют чувствительность пальцы.
Нечистикам — развлечение и ощущение причастности, вроде как не бросают их в стороне, ставят наравне с собой.
Помнится, Джо однажды обмолвился над скалящимся стаканом с виски, что нечисть — многие ее представители — питает страсть к азартным играм, особенно к картам и костям. Вот мы и получили возможность убедиться: действительно питает, и еще какую.
До появления звезд на небе мы резались в своеобразном покерном турнире, и самую ярую активность, с чистейшими, незамутненными эмоциями, с пылом и страстью, с руганью и победными выкриками проявляли как раз представители славянской мифологии. И так это дело нам «зашло», что покерные посиделки стали непременной частью наших деревенских вечеров на весь отпуск.
Так и повелось. Дни я проводил в лесу, оттачивал понимание и управление пламенем. Я учился вести в нашем огненном танце, и стихия постепенно покорялась моей воле, позволяя все более тонкие воздействия.
Когда в очередной мой сон занесло сноходца, я порвал своего противника на лоскуты, а из тех соорудил фейерверк блескучих искр.
С шокером-молнией тоже потренировался. «На кошках», причем немного деревянных — Кирилла я под манекен приспособил. Таша страховала и помогала парню отойти от незабываемых ощущений.
Антонов стучал зубами, подвывал, если я жахал очень уж круто, раза четыре принимался биться головой о стену, чтобы прекратить искрение перед глазами. Но не жаловался и не просил воли. Прознал Антонов-старший о моем договоре с местными ведьмами и счел себя должным. Конкретно должным. Настолько, что на опыты с «электрическим стулом» пошел добровольно и с песней.
Не все в августе шло складно, случались и неприятные моменты. Скажем, когда я бросил байк возле дома Антоновых, а по возвращению там его не нашел. Нашел дальше, в сторону ручья и костровища, почему-то лежащим поперек дороги. А в стороне валялся замершей сломанной куклой знакомый пацан, Сережка.
Не дождался деревенский подросток, пока я его покатаю, решил сам... Я, когда подбегал к нему, думал — все, насмерть убился балбес. Он же шлем мой напялить не догадался и теперь голова сочилась липкой жидкостью с тягучим запахом.
Перепугался я за него так сильно, что жахнул живым огнем, не думая, что могу остаться с головешкой в руках. Обошлось. И паренька не спалил, и повреждения живой огонь ему вылечил. Юного гонщика отконвоировал к порогу родительского дома. Он отделался трепкой, я — легким испугом. Двухколесный дружище не пострадал.
Перед завершением отдыха я зашел на кладбище, проведать дядькину могилу. Как положено, с выпивкой, с закуской. Склонил голову возле места последнего упокоения, постоял. Рассказал не без улыбки о Нелиде, что бережет он дом пуще живота своего, и что волноваться об оставленной недвижимости нет нужды.
— Знаешь, дядь, я ведь к тебе на могилу прихожу чаще, чем к отцу, — сказал, потому что иногда нельзя не сказать, даже если никто не услышит. — А ведь я тебя и не знал, считай. Кровь родная — это да, так и с отцом у вас была общая кровь. Чего вы разругались? Что так братьев раскидало? Вот уж не поверю, что па к силе ревновал. Эх, что теперь говорить... Хотел бы я вас помирить. Наверное, даже будь у меня такая возможность, вы бы уперлись рогом, оба, потому как один самый умный, а второй самый опытный, но я бы попытался.
— Обязательно бы уперлись, наш так точно, — глухо и немного скрипуче проговорили за спиной. — Ты стой, не вертись, ни к чему тебе на меня таращиться.
— Позвольте осведомиться, — я вежливо обратился в никуда. — Не вертеться — это запрет или пожелание? Мне воспитание не позволяет стоять спиной к собеседнику.
— Пусть будет запрет, — безразлично откликнулись. — Мы тишину и покой сильно уважаем, а они всякий раз нарушаются, когда нас пугаются.
Меня чуть напополам не разорвало от противоречий. Тело рвалось обернуться, глянуть на того (тех, раз оно о себе во множественном), кто мной мелко манипулировать пытается. Разум велел стиснуть зубы и подождать, вдруг чего дельного скажут? Судя по самой первой реплике, мой не самый приятный собеседник что-то о дяде Демьяне знал.
— Хозяин — барин, — процедил я сквозь зубы.
И, кажется, случайно угадал с ответом.
— Ишь! — за моей спиной зашумела листва. — Догадливый. Тем лучше. Даруем тебе право на один вопрос, к нам или к ушедшему, но тот должен лежать в нашей земле.
— Так я задал уже свой вопрос, — сказал как можно безразличнее. — Хочу знать, что стало причиной раздора между дядькой моим, что вот тут лежит, и его родным братом.
— Не где книга рукописная хранится с множеством тайн, включая и семейные? — в голосе прорезалась хрипотца. — Не то, кем был покойный, какие скрывал секреты? И даже не то, от чего принял он смерть?
Отличные вопросы кладбищенский искуситель предлагал. Отборные.
— Я. Спросил.
Я примерно догадываюсь, как это работает. Смени интерес, как тут же посыпется: а ты уверен? Может, все же вот то? Или что-то еще более заманчивое предложат. А затем и вовсе может захлопнуться ларчик за неисполнение начального условия или частой смены мнения. Нет уж.
— Разругались они из-за женщины, — презрительно сообщили мне, а затем мне пришлось подождать раскрытия мысли. — Один не справился с ненавистью к ведьме, другой не отказался от избранницы заради братских чувств.
Прода 13.09.2022
Первым делом по возвращению в город стал звонок Злате, который ожидаемо привел к «свиданию» с миловидной дамочкой наистервознейшего характера. Если бы не желание удостовериться в авторстве и причине подсовывания записки (той, где «Ковен не впервые теряет ведьм»), честное слово, гореть той ведьме, не перегореть...
После душевных бесед в загородном домике и расчудесной компании контраст был особенно ярок. Вон, даже сухой и неразговорчивый Нелид, как узнал про весточку от прежнего хозяина, глаз тер усиленно. Толь слезу скупую вытирал, толь пыль попала (так-то грязь и пыль стараниями самого домовика была изведена начисто, но вдруг).
В деревне было хорошо. В городе пока так себе.
Позволю себе не пересказывать весь разговор со златовлаской. Хватит и того, что подозрения она мои целиком и полностью подтвердила. Богдана Бельская, в девичестве Астахова, до встречи с моим отцом ходила под рукой Власты.
Я не удивился. Даже тогда, на кладбище, не было ни крохи удивления во мне. Бывает так, что понимание чего-либо лежит на поверхности, но разум до последнего отказывается верить.
Дария нашем доме, в разговоре с матерью позволяющая себе немало дерзости. Приглашение в дом от Власты. Да, при нашей первой (второй, на самом деле) встрече, она не знала, чей я сын, а к моему визиту явно навела справки. И знакомство с младшенькой, забыл, как ту звали, тоже отлично ложится в канву: кровь не водица, а ма моя, как выяснилось, ведьма природная. И, не стоит забывать, что врагов следует держать к себе ближе, чем дружественно настроенных персонажей.
Всегда оплаченные счета. Мелкие, но частые оговорки, что я пропускал мимо ушей всю свою сознательную жизнь. Даже великолепные чаи и травки всякие на дачке, и те являлись крохотными штрихами к общей картине.