Геомаг III (СИ)

Вообразив в чёрном пространстве правильные паттерны, я выстроил поверх них плоский железный прямоугольник. Как и надгробия — одноразовый конструкт. Много сил не потребовалось, чтобы сплавить две кучки гвоздей в таблички. Их я поднял к надгробиям и посмотрел, как это выглядит. Мне понравлюсь, но оставалось выбить имена. Я решил сделать это при помощи своей магии, а написать настоящие.
Для этого я каждый раз представлял букву на фоне чудо-узоров магии железа. Буквы мне вряд ли ещё когда-нибудь пригодятся, поэтому и для них я выбрал одноразовые конструкты, а не те, что можно сложить на полку. Часа через два, я выбил оба имени на плоских железных листах.
«Юнна Рокрафт»
«Грегор Рокрафт»
Затем я приделал таблички на надгробные плиты. Сделал это с помощью магии камня. Я просидел у могил родителей ещё какое-то время. Попросил прощение, за всё плохое, что им пришлось пережить по моей вине. Попросил прощения, что не уберёг их… Но ребёнком я бы ничего не смог сделать тому уроду. Зато теперь он не в мире живых. Я почувствовал свободу, когда снова, без эмоций, рассказал маме и папе, что отомстил за них. Я будто бы почувствовал одобрение с их стороны. Однако, они никогда не учили меня быть мстительным, они скорее прививали мне умение прощать.
Но даже в самом страшном сне я не мог представить, будто бы простил убийцу родители. Представься эта возможность снова, я бы убил его ещё раз. На самом деле в этом я уже не был так уверен. Ведь я вонзил нож в его горло, когда защищал собственную жизнь. Проще говоря, кто его знает, как бы я себя повёл, если бы, например, ко мне в трактире подсел мужик и представился убийцей моих самых близких людей.
Пошёл дождь. Я направился в лагерь, больше меня не мучала совесть. Весь негатив и печаль ушли из меня, словно их смыл ливень.
* * *
— Тебя где носило?! Крис, я думал ты сбежал! — кричал Оскард и бежал с холма мне навстречу.
Дождь тем временем лил только сильнее. Моя одежда вымокла до нитки, но внутри я чувствовал только тепло. Я был счастлив, что успел сделать самое важно дело перед дуэлью.
— Всё хорошо, Оскард. Всё просто замечательно!
— Уж не в бордель ли ты насался?!
— Оу… нет, конечно, — он огорошил меня своим вопросом. Я вообще не знал, что такие заведенья есть в Трелесе.
— А куда? Ну ты же знаешь, я не отстану…
— Да, знаю.
Теперь, когда Оскард уже не мог изменить мои планы я всё ему рассказал. Мы не могли полностью спрятаться от дождя, поэтому я не могу точно быть уверенным, что он не плакал. Его глаза покраснели, но слезы легко спутать с каплями ливня. Впрочем, Оскард не нытик, он просто очень эмоциональный человек. Он намного более развит в этом плане, чем я.
— Уважаю, ты хороший сын. Они бы тобой гордились, — сказал он послей моей истории и крепко обнял.
— Думаешь?
— Не смей сомневаться. Слышишь?! Не смей… у тебя дуэль, которая решит всю судьбу, а ты вон на что время потратил. Нет, ты не подумай. Дело это важное, но для живым время дороже… пойми меня правильно.
— Да, скажи-скажи. Ты бы меня не отпустил.
— Нет, — без тени сомнения ответил он.
— Поэтому я тебе не сказал.
— Путь такое будет в первый и последний раз, — сказал он и улыбнулся.
— Без проблем.
— Кстати, о проблемах. Ливень чуть не расхреначил всех наших големов!
— Где они? Куда ты их спрятал?
— Сидят в твоей палатке, я накрыл её ветками…
— Фух… — с облегчением выдохнул я, — надеюсь, что дождь их особо не попортит.
* * *
Ближе к вечеру дождь закончился, тучи ушли. Вода в реке поднялась, но нам это ничем не грозило. В старое русло она не вернулась: плотина выдержала, водопад не ожил. Только чаша стала глубже на пару десятков сантиметров. Оскард сказал, что это ненадолго и работе големов не помешает. Благо он ещё до меня успел достать из воды шлюзы, иначе усиливающееся течение могло их и помять или засыпать грунтом.
Я вывел из палатки всех големов и осмотрел. Они уже не выглядели такими свежими и бодрыми, как в день их «рождения». Особенно это касалось Орешка, который напоминал эдакого големского старичка. Ему нет и трёх месяцев, но его «кожа» выглядит очень скверно. Я хотел заняться големостроением, подлатать своих землекаменных рабочих, но отказался от этой идее. За два дня, что оставались до дуэли, хуже им точно не станет, а у меня теперь на счету каждая секунда.
 
Перекусив, я съел нужное количество порошков, выпил зелий из разных стеклянных флакончиков. После алхимических веществ я ощутил лёгкость, но вместе с ней и помутнее рассудка. Я словно стал глупее, разучился мыслить так как раньше. Очень неприятное чувство, когда забываешь некоторые, до жути привычные, слова. Мне не нравилось пребывать в этом дурном состоянии.
Но именно оно позволяло мне отдать все силы на тренировку. Чем меньше мыслей в голове, тем проще выстраивать чудо-узоры, в этом я уже давно убедился. По телу всё ещё бежал холодок, приятно немели конечности, и кожа будто становилась более мягкой, упругой. Мышц словно наливались энергией. Я был готов горы свернуть. Ха! Наверное, когда-то в мире существовал геомаг способный и на это. Так чем я хуже?
Всё оставшееся до сна время я оттачивал боевые заклинания. Более развитые навыки, нежели несколько дней назад позволяли мне комбинировать заклинания. Создавать более сложный винегрет из разных приёмов. Например, я создавал молот, тот чуть показывался из земли. Затем на нём же формировал ежа и отправлял двуударный приём в чучело. Сначала оно получало колючкой, а затем ещё и молотом. Я придумал много всяких комбинаций, правда и на их развитие требовалось время. Его у меня не было, но кое-что получалось очень хорошо практически без подготовки.
Защитная стенка, из которой потом формировались ежи или копья очень мне нравилась. Благодаря ей я мог защититься и моментально атаковать, практически не тратя ни секунды впустую. Ещё мне дико доставляло удовольствие сочетать сразу несколько копий и молотов, самое разное их количество и расположение. Я придумал приём, который позволял ударить сразу по двум коленам. Приём, который позволял направить на врага два копья, одно в груды, а второе в спину. Я придумал ещё десятки всяких разных сочетаний. Не все из них работали. Но те, что могли сгодиться в бою, я запомнил и готов был применить.
Перед самым сном я немного погонял энергию из камня в себя и наоборот. Так сказать, закрепил навык, отточенный практически до совершенства. Как бы я не бился, но быстрее, чем за полсекунды впитать в себя всю магию камня я был не в состоянии. В чём проблема я не догадывался. Друг всё это время находился рядом и подбадривал меня.
— Думаешь не хватит?
— Не знаю.
— Ну чё может успеть Клёнч за полсекунды?
— О, взмахни рукой. Пни что-нибудь, — ответил я, чтобы друг примерно понимал, сколько времени требуется на удар.
— Вшу! Та-а! Ша-ау! — он избивал воздух секунд десять, — понятно теперь. Тебе надо просто держать расстояние.
— Да, — согласился я, — но сделать это не так просто как кажется.
— Запускай в него ежей, а сам убегай. Заранее впитать энергию не получится?
— Нет. Я не смогу продержать её в себе больше, чем двадцать секунд.
— Хм. Тогда точно, тебе надо будет отбежать от него.
— Придётся.
После беседы друг ушёл хозяйничать в лагере. Он готовил еду, подкидывал дров и кормил големов. Это я прекрасно видел с вспаханного поля, на котором продолжал заниматься. Я хотел выжить из себя все силы, отдаться тренировки по максимуму. Но быстро остановился. И при поддержке алхимических веществ можно перестараться, и сделать это совсем просто. Мне не хотелось прийти на бой задохликом. А такой вариант вполне мог стать реальностью, если бы я прозанимался всю ночь. Уже сейчас, к концу тренировки эликсиры и порошки не на все сто спасали от усталости и боли.
Наверное, завтра придётся взять разгрузочный день. Как минимум не выжимать из себя все соки на тренировке. Кое-что повторить придётся, но не до боли во всём теле. Самое важно отдохнуть и хорошо зарядить рунный камень. Перед боем не только тело должно быть в порядке, но и разум. Значит надо выспаться.