Крик потревоженной тишины. Книга 2
– Будь там сороконожки, хоть одну я бы заметил, – решил он и, почти не дыша, спустился.
Немного привыкнув к темноте, он смог разглядеть такой знакомый ему подвал. Там не было ни одной сороконожки. Не имелось там и никаких тоннелей. Однако не было и припасов. Все полки были пустыми, хотя на них оставались заметны круглые следы от банок с соленьями.
– Украли! – процедил Гарп и забыл о своём страхе перед тварями.
Теперь он боялся за свои деньги. Он закопал их в землю в подвале. Правда, место хранения он пометил камнем. Иначе он сам мог бы их не найти. Знакомый булыжник лежал на сырой земле и молчаливо приглашал начать копать. Лопаты у Гарпа, конечно, не было, и потому он начал остервенело копать руками. Тем более копать нужно было не глубоко – около десяти сантиметров. Земля легко поддавалась его рукам, и уже скоро он что-то нащупал. Он поднял к глазам находку и увидел, что это простой камешек. Таких здесь было много. Гарп сглотнул и начал копать по бокам. Безрезультатно. И тут он вспомнил то, что одновременно и насторожило, и вселило надежду: камень был передвинут. Гарп оставлял его совсем в другом месте подвала. Руки инстинктивно потянулись к нужному месту. Оказывается, камень был и не нужен – Гарп точно вспомнил место, где оставил свой запас. Он снова начал копать и довольно скоро нашёл одну монету.
– Отлично, – почти крикнул он. – Значит, я копаю там, где надо!
Но эта монетка оказалась не только первой, но, словно по некой иронии, и последней. Клад украли те же люди, кто украл и припасы. Значит, эти подлецы обокрали его. Значит, ходить по заброшенным избам бесполезно – там тоже всё обчистили, оставив только ненужное барахло. Словно в подтверждение его слов фонарь мигнул и, выпустив яркую искру, погас. Из него потекло что-то густое и маслянистое. Гарп злобно швырнул его на землю.
Конечно! Все понимали, что сейчас начнётся голодная пора, и поспешили запастись дармовой едой. А Гарп в это время валялся без сознания. Вот же здорово!
Гарп зажал монету в кулак, вылез на свет и рассмотрел её. Она оказалась медная. За такие деньги его не то что купцы не повезут – за такие деньги в приличных местах даже одну фотографию на фоне ковра не сделают.
Теперь местные жители знают, что он ещё и вор. Они и раньше догадывались, но теперь факты были налицо. Честным путём он бы не раздобыл такую сумму в столь захолустном месте. И с этими озлобленными людьми ему предстоит жить. От усилий Гарп вспотел и почувствовал, что в нескольких местах его спину щиплет. Неужели его всё-таки укусили сороконожки? Конечно, откуда иначе эти ранки…
«На мне и не такое заживало», – подумал он, успокаивая себя. Гарп твёрдо решил не обращаться к лекарю и ни к кому вообще. Тем более Линва успела дать ему какое-то лекарство. Вдруг оно поможет ему… Да и укусов, видимо, было всего несколько.
Все дальнейшие действия Гарп проделал в полной отрешённости от мира. Когда наваливается слишком много серьёзных проблем, а способов их разрешения нет – человек закрывается сам в себе, прячась от мира. Это успокаивает, помогает набраться сил и сосредоточиться, экономит энергию и позволяет на автомате совершать знакомые действия. Так и Гарп – сначала он нашёл пустую избу, где можно будет жить. Возвращаться в сарай он не хотел. Потом он сломал в лесу подходящую ветку для будущей удочки. Повозившись, он нашёл в одной из пустых изб обрывок лески и несколько рыболовных крючков. Этого добра у селян было много. Используя осколок стекла вместо лопатки, он накопал немного червей и пошёл к озёрам. Закат постепенно угасал. Бледно-оранжевый свет ещё подкрашивал землю, но теперь он отдавал тёмно-серым. Скоро наступит ночь.
Оказалось, что озеро было огорожено деревянной стеной. Стена делалась наспех и была хрупкая. Самое главное, что она была недостроена, и Гарп с лёгкостью её обошёл. Ловить рыбу в жутком месте ему было не страшно – закрывшись в себе, он лишился всех эмоций, как хороших, так и плохих.
Рыба клевала охотно и показывала крайнюю степень своей наивности, поэтому Гарп смог поймать две рыбки средних размеров довольно быстро. С уловом он вернулся в дом. Там он почистил рыбу, разделал её, удалил внутренности и самые крупные кости, а затем развёл во дворе костёр и принялся жарить свой улов. Когда он это делал, было уже совсем темно. Костёр смотрелся особенно ярко в наступившей темноте. Есть уже хотелось страшно. К счастью, потрескивание буйного костра сулило скорый ужин. Дождавшись, когда мясо покроется корочкой, Гарп снял рыбу и принялся есть её прямо во дворе, глядя на искрящийся костёр. Жареная рыба своим ароматом успела возбудить аппетит и заставить Гарпа почти захлебнуться слюной. Теперь же он наконец смог ощутить и вкус сочного мяса, выделявшего густой жир, стекавший между пальцев. Отплёвываясь от костей, Гарп испытывал огромное блаженство, и ему даже показалось, что всё не так уж и плохо.
После еды он потушил костёр с помощью ведра с водой, которую набрал в озере. Теперь захотелось пить. Нужно было снова идти к озеру. Когда Гарп наконец добрался до воды и напился, была уже ночь. Идти к Линве явно было уже поздно, да и хотелось спать. Но не откладывать же это дело до утра. Такие вещи совершаются только ночью. Да и в голове Гарпа как-то не укладывалось, что в столь наполненную событиями ночь кто-то может спать; поэтому он направился к жилищу Линвы. В её окне горел свет от свечи. Дверь же была закрыта. Линва смотрела в открытое окно.
«Она ждёт Фолока, – подумал Гарп. – Ну, его-то она вряд ли дождётся. Книга ему теперь явно не нужна, и я её возьму».
Линва заметила его силуэт. Она привстала и вгляделась в неожиданного гостя.
– Фолок, это ты? – позвала она.
Гарп хотел съязвить, но не стал. Это было бы слишком жестоко. Он лишь сказал:
– Из подвала Ахеля Фолок не выберется. Там живут ядовитые насекомые, и их полчища. Я сам едва выжил.
Линва услышала грубый голос Гарпа, и её лицо налилось кровью от злости.
– А ты-то как выбрался?! – крикнула она. – Или тебя вообще ничего не берёт?!
– Видимо, я не так слаб, как кажусь тебе, – парировал Гарп, не заметив в вопросе Линвы тонкий намёк на то, что она его отравила.
– Ты видел его тело? – спросила Линва уже спокойнее и с надеждой.
– Не видел, – честно ответил Гарп.
– Ну так почему же ты говоришь, что он мёртв? Ты не знаешь этого наверняка! – Линва орала от злости.
– Я знаю, – просто сказал Гарп. – Выжить там невозможно.
– Но ты-то выжил!
– Я – другое дело. Я…
– Замолчи! – остановила его Линва очередным звонким выкриком, и свеча полетела в сторону Гарпа.
Впрочем, в полёте она потухла и расплескала горячий воск, так что Гарп не почувствовал боли. Линва же, наоборот, обожгла свои пальцы.
– Ты меня не поняла. Я хочу сказать, что не стал заходить далеко.
– А Фолок умнее тебя! – орала Линва. – Он и подавно не стал бы далеко заходить.
– Я не видел его тела там, где ходил сам. А свернуть там негде – дорога только одна. Да и он стал какой-то странный после той книги, судя по вашим рассказам. Я как раз почему зашёл…
– Чтобы побесить меня! – разошлась Линва и стала искать взглядом, что бы ещё кинуть в обидчика.
– Я хочу взять эту книгу и узнать, о чём она. Любопытство ещё никогда меня так не разбирало.
– Эта книга принадлежит Фолоку и только ему, – отрезала Линва.
– Ему-то она уже не нужна, – настаивал Гарп.
– Он вернётся и дочитает её! – крикнула Линва. – А ты иди прочь!
С этими словами она, не найдя, что можно кинуть в Гарпа, со стуком закрыла деревянные ставни, давая понять, что разговор окончен.
Однако Гарпа уже было не остановить. Он сел возле двери и стал ждать, пока Линва заснёт. Он ждал больше часа, и шорохи в доме утихли. Входная дверь, конечно, была заперта, и Гарпу понадобилось целых полминуты, чтобы взломать замок. Дверь открылась, и изба встретила Гарпа полной темнотой. Нужно было идти на ощупь. Хорошо, что все избы построены одинаково и, зная свою, можно было легко обшарить и чужие. Первым делом Гарп нащупал люк в подвал, чтобы не провалиться туда. Затем нашарил окно и немного приоткрыл его. Лучи лунного света не разбудили Линву, но немного осветили пространство избы. Теперь было видно всё, что там находилось: стол, пара ящиков с вещами и инструментами, три удочки и три матраса, один из которых стоял прислонённым к стене, ещё один лежал на полу совершенно чистый и пустой, а на третьем спала Линва, накрывшись шерстяным одеялом. Мелких предметов было не видно, но картина в целом была ясна. Ощупью Гарп изучил поверхность стола и ничего не нашёл там. Затем он осмотрел ящики с вещами – довольно бегло и небрежно, так как детальный осмотр был бы долгим и шумным. Да и едва ли кто-то стал бы класть книгу на дно ящика. Возможно, Линва взяла книгу под одеяло. Тогда украсть её не получится.