Две полоски. Залетела от незнакомца (СИ)

— Василиса, привет, — Коля ко мне подбегает. Он на скорой работает. Ко мне очень хорошо относится. Он был первым, с кем я подружилась на новой работе. И вот сейчас парни тоже на выезд собираются. Машина уже у входа стоит. — Домой идешь?
— Привет, нет, у меня сегодня выезд на дом. Нужно укол сделать. Как думаешь, дождь скоро закончится?
Коля назад оборачивается, как будто оценивает ситуацию.
— Вряд ли, а что у тебя за адрес?
— Сейчас, — достаю из кармана пальто бумажку, на которой Маша заботливо адрес записала, показываю парню.
— У нас вызов совсем рядом, ныряй в машину, мы тебя подкинем.
— Спасибо, Коль, — благодарно улыбаюсь.
Бабуля еще говорила ботинки потеплее надеть, а я надела замшевые, им по такому дождю точно не выжить. Все ноги мокрые будут.
Ныряю в реанимобиль, сажусь на откидной стульчик. Потираю ладошки. Совсем немного на крыльце простояла, а руки замерзнуть успели.
— Привет, — Никита мне улыбается, он сегодня за рулем. Коля со мной рядом садится.
— Ник, подкинем Василису, ей там недалеко от нашего пациента?
— Без вопросов.
Хорошие парни у нас в больнице работают. Всегда помочь готовы.
— Ну что, Василиса, рассказывай, как до жизни такой докатилась?
Произносит Коля, а я в недоумении на него смотрю. О чем он говорит? Я выгляжу как-то не так? Может забыла тапки на ботинки сменить? Щеки тут же краснеют.
— До какой?
— Шучу я, Вась, ты чего серьезная такая?
Расслабленно выдыхаю, засмеяться уже готова, как неожиданно для себя закашливаюсь.
Аж слезы на глаза наворачиваются.
— Коль, воды ей дай, не хватало еще свою же в больницу по скорой везти.
— Сейчас, Вась, держи.
Парень мне бутылочку с водой протягивает. Пальцами ее сжимаю. Быстро крышечку откручиваю.
— Только, Коль, смотри не перепутай, та, что с синей крышкой...
Делаю большой глоток воды. Казалось бы, лучше стать должно. Но становится только хуже. Неприятный запах в нос только через секунду ударяет. Горло как будто диким огнем обжигает. Настолько, что я просто задыхаться начинаю. Из глаз слезы ручьем текут. Я ртом кислород хватаю и хриплю. Страшно до чертиков становится.
— Твою мать! Коля, бляха, она спирт отхлебнула?!
— Ë-ё-ё-ё-ё.....
А я дальше упорно пытаюсь не задохнуться.
— Вась, держи, это точно вода. Давай, давай! Глотай!
Коля сам горлышко к моим губам подставляет. Силой пить вынуждает. И я глотаю. Много и долго. Пока горло понемногу не отпускает.
Мне казалось, еще секунда, и я огнедышащим драконом стану.
— Боже, что это за гадость? — хриплю, снова жадно воду глотаю. От ощущения, что внутри все огнем горит все никак избавиться не могу. Я ведь не умру?
— Ты случайно спирт выпила, — Коля меня по спине хлопает, потому что я снова закашливаюсь.
— Что?
— Спирт, я бутылки перепутал. Но если тебя это утешит, то ты стойко держишься.
Коля, кажется, шутить пытается. Только меня его комплимент мало радует.
— Внутри горит все.
— Так и должно быть, но есть и плюсы.
— Какие?
— Ты согрелась.
Это правда. Да. Я согрелась. Да так, что меня в жар бросает. Перед глазами все немного плыть начинает, а покачивающаяся машина только ухудшает все это состояние.
— Вась, ты нормально?
В голосе Коли слышится волнение, я киваю в ответ. Но совершенно не уверена в том, что мое состояние нормальным назвать можно. Странное — вот это определение подходит куда больше.
Я убеждаю себя в том, что, когда выйду на улицу, мне точно станет лучше. Там прохладно, и это мне поможет прийти в себя.
Когда прохладный ветер ударяет в лицо, кажется, меня немного приводит в чувство. Капли дождя освежают. И я в полной уверености, что меня отпустило, поднимаюсь на нужный этаж, чтобы сделать дедушке укол.
Вот только я еще не догадываюсь, что меня совсем не отпустило. Новая волна накрывает с головой в тот момент, когда я оказываюсь перед квартирой пациента.
Вспоминаю, что Маша говорила.
«Там дед еще глуховатый, звонок не работает. Экономист, блин. Так что стучи в дверь хорошо, со всей силы».
Вот я и стучу.
 
Давид
Девица переминается с ноги на ногу.
— Вы Байсаров? — спрашивает и пошатывается. — Давид Данилович?
— Ну Байсаров, — киваю озадаченно. Вообще—то в борделях мало кто интересуется моей фамилией. Обычно там всех интересует мое бабло. Но сразу себя одергиваю. У нас же ролевая игра! Она пришла на процедуру, конечно ей нужна фамилия. — Да, я Байсаров Давид Данилович. Проходи.
Отваливаю в сторону, пропуская девушку внутрь.
— А почему вы свет не включаете? — она осторожно ступает в коридор, и я замечаю, что она совсем девчонка. Мелковата, конечно, для ролевых игр.
С другой стороны, таким девчонкам лучше тут начинать, чем потом они толпами прут в столицу и там стоят на окружной.
Внезапно хочется увидеть, какая она под этим китайским безобразием.
— Снимай уже свое пальто, — протягиваю руку.
— Спасибо, — пищит девчонка и выскальзывает из объемного пальто, оставляя его мне. — Где можно помыть руки?
В темноте коридора маячит светлое пятно, только сейчас до меня доходит, что она в белом халате. Сук, я сейчас в штаны кончу, клянусь.
— Зачем тебе их мыть? — тяну ее к себе, делаю глубокий вдох. От девчонки пахнет на удивление тонко и легко как для периферии. Я ожидал чего—нибудь более термоядерного. И то ли сказывается напряжение, то ли девочка зашла, но стояк уже грозит прорваться сквозь ширинку. — Иди лучше ко мне.
Тяну ее за собой в спальню, но она упирается, тормозит ногами, и меня пиздец как это заводит.
— Подождите, я должна сделать вам укол, — девчонка пытается расцепить мои руки, но я только сильнее их сжимаю. Нахуй эти ролевые игры, я ебаться хочу.
— Сделаешь, — шепчу в шелковые волосы, — потом. Сначала я тебе сделаю. Кожаным шприцом.
— Разве такие бывают? — она поворачивает ко мне лицо, я вижу его очертания в свете фонарей, льющегося в окно.
— Пойдем, я тебе его покажу, — забрасываю ее руки себе за шею и сцепляю в замок.
Рывком подхватываю под тугую попку, обтянутую дешевой джинсовой тканью. Вся кровь в моменте отливает от мозга и устремляется вниз, превращая член в каменный брусок.
Я никогда не целуюсь со шлюхами, а здесь внезапно хочется пойти против собственных правил. Захватываю ртом ее губы, толкаюсь языком.
— Что вы делаете... — шепчет она, а сама пальцами волосы на затылке перебирает.
— Пока еще ничего, — говорю хрипло, глубоко вдыхаю, — но собираюсь.
И несу ее в спальню.
***
Василиса
Это у меня голова кружится или дом дрожит?
От того, что громко в дверь стучу, виски пульсировать начинают.
Кошмар, может, у меня аллергия на спирт?
Хорошо, что хоть в сумочке леденец был и духи карандашик. Надеюсь, я смогла запах перебить.
Иначе очень стыдно будет перед дедушкой.
Дверь распахивается, и я даже немного назад отшатываюсь. В квартире темно. А на пороге кто-то стоит.
Слова Маши про экономию в эту секунду из головы вылетают.
— Вы Байсаров? Давид Данилович?
Голос хрипит, меня ужасно сушит. За бутылку воды я сейчас многое отдать готова. Главное, снова со спиртом не перепутать.
— Ну Байсаров.
Первое, что мне кажется странным, у дедушки голос совсем не как у дедушки. Хотя... может, мне кажется? Интересно, на спирт аллергия бывает? А если да, то какие симптомы? Глюки, например, в список входят?
— А почему вы свет не включаете?
Подозрительно оглядываюсь, но в квартиру захожу. Ему же, кроме меня, укол никто не сделает. Бедолаге…
— Снимай уже свое пальто, — голос низкий и хриплый. Меня сомнения одолевать начинают. Но я себя одергиваю. Старики ведь разные бывают, правда? Может, этот такой. С голосом приятным. Хотя я возраст у Маши не уточняла... Может, для нее старики уже в сорок?
А этот еще и джентльмен. Ухаживает за мной. Пальто снять помогает.