Саботаж (СИ)
— Мой отец Сергей Андреевич Воевода, генерал армии Российской Федерации. А ещё он оставил нас с матерью когда мне было восемь лет, так что звания отца тут номинально. Доволен?
Извилины зашевелились в попытках сделать выводы. И они как бы намекали что она не просто так меня затащила в чулан. Я бы конечно и сам действовал первым, но по дороге вспомнил что кое-что забыл купить. В итоге получалось девочка в какой-то мере хотела подразнить отца. Посмотрел на развитую фигуру Надежды вытирающую лицо бумажным полотенцем перед зеркалом. Ну может не совсем девочка. Или я ошибаюсь и всё случайно вышло?
— Ну чего молчишь? — отвлекла она от размышлений.
— У него серьёзно такая фамилия?
— Серьёзнее некуда. Почти все мои предки так или иначе связаны с армией.
Охотно верилось, впрочем как-то не хорошо у меня получается знакомиться с её родственниками. Надеюсь я больше никого из них не встречу.
После приведения себя в надлежащий вид, мы поднялись наверх. Постучавшись я зашёл внутрь оценивая довольно скромную обстановку кабинета. Если память не подводит, это был самый бедный кабинет управленца что я видел за последнее время. На стене висела карта города со скоплениями цветных кнопок, в примерных местах обитания мутантов и прочей нечисти. Стол располагался возле окна и кроме лампы с колпаком из зелёного стекла и стопки бумаг там больше ничего не лежало. Рядом стоял Воевода что отображалось у него над головой, сложив руки за широкой спиной и смотря в окно.
— По вашему приказанию прибыли, — отчеканил я.
— Гражданский, не пытайся подлизаться, — устало ответил генерал. — Досье на тебя принесли ещё вчера.
Надежда посмотрела на меня осуждающе в стиле “Я же говорила”, осталось лишь недоумённо пожать плечами. Как говорится: “не получилось, и не очень-то и надо”. Уже хотел спросить какого хрена мы тут молча торчим, но генерал начал первым:
— Когда вы собираетесь пожениться?
Что?! Б. я и не пошлёшь в его в зад с такими вопросами. Надо ответить как-нибудь нейтрально и так чтобы не поймали на вранье.
— Пока не планируем, — опередила мою запоздалую мысль Надежда. — У нас с Борисом, свободные отношения.
Вот же зараза, она щас всё испортит и Воевода нас ссаными тряпками выгонит. А я её ещё более здравомыслящей чем себя считал.
— Вот значит как? — он наконец повернулся.
— Давайте вы дела семейные уладите без моего непосредственного участия, — наконец решил я сказать. — Я тут с единственной целью, рассказать что видел и что нам всем будет, если будем заниматься ерундой по одиночке.
— И что же ты видел? — саркастично заметил Воевода.
— Геноцид одного города. Достаточно? Нет? Можем подождать, будет ещё несколько.
Стало видно что в нём борются смешанные чувства, и одно из них это неприязнь ко мне. Видит бог, в этот раз я не виноват.
— Хорошо, пройдём, — победила сознательность в генерале.
Воевода отвёл нас в пустующий конференц-зал, по типу того где мне уже довелось вести выступление ранее. Длинный стол с креслами, мониторы компьютеров для просмотра информации, и широкое полотно ткани для проектора подвешенного к потолку. Так же тут была доска и я начал малевать рисунки со социальной структурой, тактическими построениями, численностью и прочим. Ощущая себя чем-то средним между учителем начальных классов и бизнес тренером. Краем глаза замечал прибывавших военных и солидных мужчин явно не относившихся к военным. Всё это примерно походило на то что я и видел в Краснореченске, и не отвлекало от дела, пока в комнату словно гора не зашла. Именно такое ощущение произвёл этот военный, хотя размерами он не превосходил меня самого. Широкая грудь, характерная выправка повоевавшего солдата, мутно-голубые глаза, он единственный кто был здесь одет в полевую форму без погонов. Мы уже встречались на борту этих сраных ксеносов шоуменов, именно этот хрен сидел в соседней клетке с Ужасом изображая буддиста. Именно в нём, седалищный нерв распознавал самого опасного человека что я встречал. И хотя он ошибался в больше чем в половине случаев, пренебрегать этим не стоило. Надеюсь что мы на одной стороне. Тесный мир, лучше бы им флэшку выслали с курьером, а я жуков сачком продолжал ловить.
— Все желающие в сборе? — спросил я когда почти все места оказались заняты.
— Можешь начинать, — дал отмашку сам генерал.
И я заученно начал повторять тоже самое что уже наговаривал ранее под видеосъёмку. Правда если в штабе Мясникова меня внимательно слушали, чуть ли не ловя каждое слово на лету, тут ситуация разнилась от заинтересованности до откровенного пренебрежения. Ну я и не думал что всё пройдёт гладко, хорошо что не перебивали — уже плюс.
— Вот примерно такова основная сводка, — закончил я свой длинный монолог. — Вопросы?
— Откуда нам знать что всё сказанное вами правда? — спросил солидный седой мужчина в костюме и очках с золотой оправой.
— Провести логический анализ, послать разведчиков для проверки? Ну или можете принести конституцию, библию, что там у вас есть, поклянусь прям на ней.
— Это весьма не убедительно молодой человек. Вы могли подготовиться получше и привести доказательства, а не простое ничем не подкреплённое словоблудие. У нас без этого критическая обстановка в обществе, и врагов хватает без этих как вы там сказали? — он сделал жест рукой в воздухе словно помогая себе вспомнить. — Друнов. Распыление сил приведёт к полной анархии и голоду.
Вот же козёл, я и так кое-как оттуда слинял. А ему надо чтобы я туда с камерой и оператором припёрся? Впрочем в его словах имелась доля правды, стоило подготовиться получше и захватить священника как очевидца событий. Желание послать всех совокупляться с козлами, непрерывно нарастало. Всё таки политика это не моё.
— Господин Ситиеров слишком резок в своём недоверии. Мы обязаны как минимум проверить сказанное, — неожиданно пришла помощь от того “бледноглазого” военного. — Хотя надо признаться такие точные разведданные напрягают. Обычно даже офицеры после допроса столько рассказывают. Не хотите ли поведать откуда у вас такая информация?
Мне очень хотелось на такое ответить “На заднице твоей прочитал”. Разумеется я не мог себе такое позволить. Точнее мог, но один раз в жизни. Источник информации ни в коем случае нельзя выдавать, даже если это просто информатор. Вилли же имел множество возможностей смешать слишком болтливого с грязью, как в прямом смысле этого слова так и в переносном. Можно было соврать что пленник после допроса рассказал, но если поймают на вранье то даже те крохи доверия что есть, пропадут в пустую.
— К сожалению не могу раскрыть свой источник информации.
— Какие характеристики выпадают с друнов? — резко сменил направление разговора “бледноглазый”.
Вот же какой хитрый жук? Ведь я не говорил что хоть кого-то из пришельцев удалось лишить жизни, не говоря о извлечении параметров.
— Такой же набор как у нас и дополнительный параметр крепость. Сущности выходит по пятнадцать тысяч с рядового друна, под сотню с офицера и уже сущность Е типа с элитной гвардии, — решил я приоткрыть карты. Может хоть жадность подтолкнёт их?
— Вы не говорили что убивали их! — снова влез с обличением Ситиеров.
— А вы, б. дь, думали что я пионер?! — зло произнёс я скидывая маску дружелюбности что до сих пор старательно пытался держать. Но творимое лицемерие пробило терпение. Плечи словно сами собой распрямились и даже рост казалось увеличился. Лица многих собравшихся изменились видя такую перемену, глаза Ситиерова забегали из стороны в сторону, и лишь тот военный растянул губы в едва заметной усмешке. — Если мы не объединим усилия против этих уродов, я буду убивать их в одиночку, столько насколько меня хватит.
"А если выживу, то вернусь за вами" — это уже произнёс про себя. Чего-то я раздражительным стал в последнее время. Надоели.
— Население могло не вписаться в текущую ситуацию с вирусом и иметь убыль в силу этих причин. У вас же нет доказательств что это дело рук друнов? По моему мнению вы организовали на них нападение, и хотите чтобы мы расхлёбывали заваренную кашу, — ровно произнёс Ситиеров.