Скажи (СИ)

Вот же ж. Думает, если пользуется его приёмами, то это даст ей какое-то преимущество? Зря. 
– А я считаю, – понижая голос. – Есть парочка вопросов, которые стоило бы обсудить. 
Но, кажется, она начинала терять терпение. Приоткрыла рот, тяжело вздохнув, и ледяным тоном произнесла: 
– Я уже сказала, вроде. По-русски, – злится. – Или твой мозг вообще не настроен на приём информации? Всё настолько плохо? 
– Не хуже, чем у тебя. 
– Ну, тогда бы ты уже давно всё понял, а так продолжаешь стоять как истукан и что-то от меня требовать. Или ты решил, что случившееся по твоей вине теперь налагает на меня какие-то обязательства? Так вот, ты ошибаешься. 
Она начала заводиться, и от этого её немало заносило на поворотах. Почему эта самоуверенная девчонка не может просто выслушать до конца и не делать свои идиотские выводы раньше положенного? 
– Вот об этом, – он цедил слова. – Я и хотел. Поговорить. Это ничего… 
Он не договорил. Не успел, потому что она закончила его фразу за него. Нагло и бесцеремонно. Будто его слова – просто бессмысленный, никому не нужный писк: 
– …не значит. Никто и не сомневался в этом. 
Кажется, Егор стал ещё на шаг ближе к тому, чтобы взорваться. 
– Ты можешь не перебивать и дослушивать до конца? 
– Тебя не могу. 
– Ужасно. 
– Не расстраивайся. 
– Не собирался. 
– Вот радость какая! А теперь отдай ключи, раз мы всё решили. 
– Ты просто невыносима! – Егор не успел сдержать эмоции и буквально зарычал, подавшись вперёд и сжимая ладони в кулаки. 
Марина моргнула, но не отошла, однако в её глазах читалось отчётливое желание сделать это как можно скорее. Ей-богу, да она бы с удовольствием смылась, кажется, и больше его никогда не видела. И сомневаться в выводах не приходилось. 
Подняла подбородок и… 
Нет. 
Ухмыльнулась. 
Так едко, так ядовито. Так высокомерно, будто смотрела на него, стоя на десяток ступеней выше, чем он. По крайней мере, создавалось стойкое ощущение этого. Оно окутало с ног до головы, и Егор почувствовал, как что-то неприятно кольнуло внутри. 
И это «что-то» в нём носило название «самолюбие». 
И сейчас оно было очень вовремя. 
Егор вскинул подбородок в ответ. Чисто на подсознательном уже уровне, не контролируя это движение. Немного сузил глаза, наклоняя голову вбок. Пальцами левой руки проверил запонку на правом запястье – просто чтобы занять руки. Потому что ещё чуть-чуть – и он готов был придушить её, стоящую напротив. В обычном платье с фартуком, которое, чёрт возьми, так сильно ей шло. С этими двумя забавными хвостиками. Не портящими её. Ни капли. Какого дьявола, блин, ей шло всё? 
Абсолютно всё. 
Стояла и смотрела. И в ярко-голубых глазах вдруг он заметил что-то, чего до этого почему-то не замечал. Почему он не видел этого? 
Этой усталости. Еле заметной. Но какой-то очень въедчивой. Казалось, она разрослась до невероятных размеров всего за миг, и теперь Егор искренне не понимал: как он не заметил её раньше? Но помимо всего этого он прекрасно знал – в его глазах она нашла точно такую же. 
Это сплотило их будто бы. Только на пару мгновений – в это время, в этом подъезде. Совершенно случайно. Но оставило свой след, запечатлевшийся в обоих. Признать его – они б никогда. Но оба прекрасно понимали, что он был. Существовал. 
В это время. В этом несчастном подъезде. 
От чего они оба бежали? Друг от друга ли? Или от того, что они могут друг с другом сделать? 
Егор тяжело вздохнул, а её взгляд смягчился. Помялась немного, потом взяла сумку в другую руку, отвела глаза, уставившись на ступени. И теперь тишина вдруг стала такой напряжённой, что хотелось кривиться. Потому что ощущение, что они были чуть ли не единым целым с одним большим связывающим звеном, вдруг растворилось так же внезапно, как и пришло.
Молодой человек протянул руку со звякнувшими ключами, уже нагревшимися от тепла ладони. Марина тут же выхватила их взглядом, немного недоверчиво, как показалось Егору. Но сделала шаг, второй – и прохладные пальцы уже касаются твёрдого металла, как вдруг он, зажав посильнее ключи, двумя лишь пальцами захватывает её запястье, отчего она дёргается в сторону, но Егор удерживает. Непонимающий взгляд мечется по его лицу, а в омуте – какой-то странный страх. Будто в капкан угодила. 
 
Глупая. Я ж не убью тебя. 
Чего ты боишься? 
Ещё пару секунд испуганно бегает глазками с прямого их прикосновения на его лицо, а потом заставляет себя успокоиться. Выпрямляется, расслабляя руку, позволяя почему-то ему держать её. Но в глазах до сих пор голое непонимание и удивление. Бьющий по сознанию вопрос: что ты делаешь? 
А что он делал? Ничего такого. 
Всего лишь облизал губы и, не успев даже хорошенько обдумать, что собирался вообще произнести, сказал, не разжимая пальцев, – указательный и большой удерживали тончайшее запястье, а остальные три – ключи, так и не доставшиеся хозяйке: 
– Слушай. На самом деле я не вижу смысла что-то делить – потому что делить особо нечего. Почему бы просто не общаться нормально? 
– Мы можем начать прямо сейчас, если ты перестанешь делать такое количество резких движений, – звонкий голос больше не выражал раздражения или холода. Скорее, в нём чувствовался отголосок забавного непонимания и желания всё же разобраться. 
Уголок рта дёрнулся вверх, и Егор отпустил её руку, разжимая и разворачивая кверху ладонь, подавая-таки девушке заветные ключи. 
Марина снова недоверчиво стрельнула в него накрашенными глазками. На этот раз бровь насмешливо дёрнулась, однако Егор не шевелился, продолжая терпеливо ждать, наблюдая, как девушка переводит взгляд с него на металлическую вещицу. Приподнимает руку с изящными длинными пальцами и аккуратно тянется к своей собственности, медленно, на секунду останавливаясь, когда до цели остаётся с десяток сантиметров, но в итоге ключи оказываются в маленькой Марининой ладошке. 
Она смотрит на Егора не отрываясь, пока пальцы уже механически суют полученные ключи в боковой карман сумки и тянут за молнию, закрывая его. Потом сумка оказывается на локте, а девушка всё продолжает смотреть. И он тоже не отводит взгляд. 
Ситуация медленно, но верно приобретала оттенок ярко ощутимой неловкости. А Егор тем временем чувствует, будто осталось кое-что ещё. Кое-что, о чём он просто не может смолчать, чтобы это не осталось между ними тяготящим неразрешённым вопросом. 
– Тот инцидент с Артуром, – пауза. Пальцы снова поправляют запонку, нервно теребя манжет. – Не хочу, чтобы ты думала, что те слова принадлежали мне. Потому что это не так. 
Она приподняла брови. Удивлённо, как показалось юноше. Не думала, что он заговорит об этом, наверное. Но голос, раздавшийся следом, был абсолютно спокоен. 
– Хорошо. Я так не думаю. 
– Ладно. 
И снова это неловкое молчание. Но оно повисло буквально на несколько секунд, потому что практически сразу Марина произнесла: 
– Меня сейчас забирает подруга, и мы едем в школу. Хочешь доехать с нами? 
Таким тоном, будто бы между прочим. 
Это было немного неожиданно, если честно. Но Егор просто пожал плечами и согласился. Почему нет? Марина кивнула и поспешила по ступеням вниз, а молодой человек не спеша пошел за ней. Стук каблуков по бетону отдавался в голове маршем, а русые волосы, собранные в два забавных хвостика, прыгали на плечах в такт маленьким и быстрым шагам девушки. 
У подъезда действительно стояло такси. Марина открыла пассажирскую дверцу и принялась усаживаться, и, господи, её лёгкая юбка зацепилась за сиденье и немного приподнялась, обнажая линию бедра, плавным и соблазнительным изгибом переходящую в округленькую ягодицу. Егор едва остановил себя, осознав, что слегка нагибается вперёд в попытке разглядеть получше и побольше, вовремя опомнившись. С сожалением понимая, что так открыто глазеть ей под юбку будет малость не комильфо. 
Сглотнул, очерчивая взглядом ноги девушки, садящейся в машину, браня себя всеми словами на свете и заставляя отвернуться, чувствуя, как становится почти физически неприятно от того, что пришлось это сделать – отвести от неё глаза. Поспешил занять место рядом с водителем, пытаясь забыть картинку, что яркой вспышкой зависла в голове, не желая угасать.