Между никогда и навечно (ЛП)

— Плевать, — Саванна закатывает глаза. — У меня, в любом случае, есть план.
Мою кожу покалывает от беспокойства, и я склоняю голову набок.
— Какой план?
Она фыркает и косится на меня.
— Так я тебе и сказала. Ты бы снова наябедничал на меня, как маленькая пиписька.
— Я бы не стал.
— Стал бы… — подчеркивает она и снова пускается бежать, а я держусь рядом с ней. — Возвращайся к оркестру, Леви.
Она собирается сбежать. Я знаю. В груди грохочет страх.
— Оглсби не так уж плохи, верно? — пытаюсь я снова. — Лучше иной альтернативы. Я могу приносить тебе в школу еду, если хочешь. Можешь оставлять ее в своей комнате.
— Они так плохи. И это еще не все. Тед так жутко смотрит на меня. Мне это совсем не нравится.
Взглянув на нее, вижу, как ее губы кривятся, а брови нахмурены.
— Не сбегай, Сав.
Я говорю прямо. Даже не пытаюсь скрыть мольбу в голосе. Готовлюсь к толчку или удару в плечо, но вместо этого Сав только вздыхает.
— Возвращайся к оркестру, Левит.
Потом она вырывается вперед, а я остаюсь на месте. Наблюдаю, как она бежит по дорожке, пока не огибает противоположный конец, а затем поворачиваюсь и иду обратно в класс. Сав поступает, как хочет. Так было всегда. И с этим мне ничего не поделать.
Глава 6
ЛЕВИ
Спустя две недели тишины, посреди ночи в мое окно раздается стук.
Я смотрю на часы, затем резко вскакиваю и бегу открывать.
С того нашего разговора на беговой дорожке Саванна даже не взглянула в мою сторону, и я больше не пытался с ней заговорить. Хотя следил за ней как обезумевший. Не знаю, что я ожидал увидеть, когда открыл окно, но Сав, стоящая с набитым доверху рюкзаком у ног, меня не удивила.
Я смотрю на нее с минуту, но она не пытается пробраться ко мне в комнату.
— Залезай? — шепчу я с надеждой.
Когда она с легкой улыбкой качает головой, в груди болит.
— Ты вылезай.
Я оглядываюсь через плечо на дверь. Закрыто. В доме тихо. Если я откажусь, она просто обзовет меня слабаком. Кроме того, некое внутреннее чувство подсказывает, что я не должен ей отказывать. Итак, я вылезаю. Получается неловко, и я буквально падаю лицом в землю, заставляя Сав прикрыть ладонью рот, чтобы сдержать смех.
— Мило, — говорит она сквозь хихиканье.
— Замолкни.
Я встаю и отряхиваю пижамные штаны. Не представляю, как ей удавалось пробираться ко мне все это время. Я и не понимал, насколько это тяжело.
— Ну, — говорит Саванна, опуская руки по бокам. — Я хотела зайти попрощаться.
Я выпрямляюсь и качаю головой.
— Что значит: попрощаться? Ты сказала, что не сбежишь.
— Никогда такого не говорила.
Она пинает землю на мои босые ноги. Когда снова заговаривает, ее голос звучит мягче, и я знаю, что она говорит правду.
— Я не могу здесь больше оставаться, Леви. Я… я сойду с ума, если не уйду. Если бы я могла, то осталась. Клянусь. Но я не могу. Не могу, Леви. Так что, я просто хотела попрощаться… и… и поблагодарить тебя за то, ну, знаешь, за то, что был моим другом и все прочее.
— Саванна…
Ее имя слетает с моих губ и затихает. Бесполезно пытаться отговорить ее от побега. Она очень упрямая. Она меня не послушает.
И вообще, вероятно, она права.
— Куда ты пойдешь? — вместо этого спрашиваю я, и она пожимает плечами.
— Есть у меня пара идей. — На секунду она закусывает губу. — Но я не могу тебе сказать. Не хочу, чтобы ты рассказал об этом своей маме.
Я резко киваю, и она снова швыряет землю мне на ноги.
— Не забывай обо мне, — шепчет она, и у меня щиплет глаза.
— Я никогда не смогу.
Я серьезно. Я никогда не смогу забыть ее.
Мы смотрим друг на друга, пока она не опускает глаза вниз. Волосы у нее распущены и растрепаны, как обычно, и даже при малейшем дуновении ветерка они попадают ей в лицо, и на ней джинсы и футболка, которые немного ей велики. Похоже на мальчиковую одежду.
Сначала я удивляюсь, откуда она их взяла, а потом…
— Это моя одежда? — выпаливаю я, и Сав с ухмылкой встречает мой взгляд.
— Я бы сказала, что одолжила их, но ты, вероятно, не получишь их обратно.
 
— Как ты… — я качаю головой. — Неважно. Я не хочу знать.
Она смеется, а затем быстро приседает и начинает копаться в переднем кармане рюкзака.
— Чуть не забыла.
Поднявшись, она что-то протягивает мне. Я не тянусь к ней, и она закатывает глаза и хватает меня за руку, прижимая к моей ладони что-то холодное и твердое. Когда я переворачиваю руку, чтобы посмотреть, у меня отвисает челюсть, а глаза расширяются.
Это ключ от моего велосипедного замка.
Велосипеда, который украли из моего дома посреди ночи.
Я смотрю на нее и вопросительно склоняю голову. Она закусывает губу и опускает глаза, почти застенчиво, и мое горло обжигает.
— Он за сараем в Яме, — говорит она в землю.
— Ты нашла мой велосипед?
Она морщит нос и снова пинает в меня землей.
— Я, вроде как, украла его.
— Что? Почему?
Она пожимает плечами.
— В автобусе было скучно, а твоя мама не разрешала тебе ездить на нем, раз у тебя есть велосипед.
Мои губы растягиваются в ухмылке.
— Ты украла мой велосипед, чтобы я ездил с тобой на автобусе?
Мое сердце бешено колотится, а желудок переворачивается, когда она закатывает глаза, а ее щеки заливаются румянцем.
— Заткнись, Левит.
Я сдерживаю смех, но не могу усмирить улыбку. При виде ее она тоже улыбается, и наши взгляды встречаются. Момент все длится под покровом темноты, наши лица освещены луной и звездами, а также лампами соседского крыльца.
И тут меня поражает.
Я больше никогда ее не увижу.
Это последний раз, когда я вижу Саванну, и внезапно мне хочется плакать.
— Ты мог бы пойти со мной, — быстро предлагает она срывающимся голосом.
Несколько секунд я раздумываю. Я хочу этого. Хочу больше, чем когда-либо чего-то хотел. Но потом мозг заполняют вопросы, реальность происходящего, и я отрицательно качаю головой. Она кивает.
— Хорошо. Ладно…
Она поднимает руку, чтобы помахать, ее губы сжаты в натянутой улыбке, и мое тело двигается импульсивно. Сделав два шага, сокращаю дистанцию между нами, опускаю руки ей на плечи, склоняю голову вниз и накрываю ее губы своими.
Губы у нее мягкие и теплые, и моя кожа покрывается крошечными мурашками. Я чувствую, как она выдыхает через нос, щекоча мою верхнюю губу, и понимаю, что целую Саванну Шоу. И она отвечает на мой поцелуй.
По крайней мере, на долю секунды.
Пока не отталкивает и не бьет меня в плечо.
— Ай, — шиплю я, хватаясь за плечо и потирая место удара.
— Что это было? — Ее рука прижата к губам, а глаза шире, чем я когда-либо видел. — Ты только что поцеловал меня?
Я открываю рот, чтобы ответить, и тут же его закрываю. Слегка мотаю головой, чтобы избавиться от путаницы мыслей. Я только что поцеловал Саванну.
— Ага, — это все, что я говорю.
— Какого черта?
Я пожимаю плечами и решаю быть честным.
— Ты уезжаешь. Я больше никогда тебя не увижу. Я хотел знать, на что это похоже. Я… ну, наверное, я хотел, чтобы ты была моей первой.
Минуту она смотрит на меня, нахмурив брови, и под ее пристальным взглядом мои щеки вспыхивают. Я чувствую себя ужасно. Уже начинаю жалеть о поцелуе, хотя и не хочу, и тут Сав улыбается.
— О, — говорит она. — Разве ты не знаешь, что должен сначала спросить?
Я медленно качаю головой. Этого я не знал.
— Ну, давай. — Она делает ко мне шаг. — Попробуй еще раз.
Я с подозрением прищуриваюсь.
— Что попробовать еще раз?
Она фыркает и кладет руки на бедра.
— Поцелуй, Левит. Сделай все правильно. Если мы хотим быть первыми друг у друга, то могли бы сделать это правильно.
— Меня зовут не Левит, — инстинктивно бормочу я, но уже шагаю к ней, так что мы всего в нескольких дюймах друг от друга. Я делаю глубокий вдох и расправляю плечи.
— Достаточно близко, — шепчет она.