Брюсов Орден. Ради лучшего будущего (СИ)

– Вранье, – без тени сомнения заявил Панкратов. – Ты слишком многого не знаешь, Игорь, и еще меньше понимаешь, – устало поморщился он. – Поэтому и лжешь так неумело. Ладно, новая попытка, она же последняя, – дуло пистолета нацелилось мне в живот.
– Ты о том, что второй раз орденское кольцо не надеть? – понял я свою промашку.
Но, как оказалось – понял неверно.
– Нет никакого острова, – сплюнул Виктор. – Все это красивая сказка для низших градусов! Представь, как бы мы доставляли туда ссыльных в каком-нибудь XVIII веке! Пока просто доплывешь – полдюжины Скачков случится! Глядишь, арестованные и конвой несколько раз местами поменяются! Нет, Игорь, все проще – и жестче. Изгоев попросту казнят. Смерть – неплохой залог стабильности, воскресают люди редко – даже Столпы после Скачка…
– Что?! – ошалело прохрипел я.
– Что?! – в голос раздалось с противоположного конца комнаты.
Я вскинул голову: из-за двери опрометью выскочила Полина. С телефоном в вытянутой руке – словно с грозным оружием на врага.
– Назад! – выдохнул я. – Беги!
– Стоять! – рявкнул в свою очередь Виктор, направляя на девушку пистолет. – Стоять, дура, пристрелю!
Что должно произойти дальше, виделось мне предельно ясно: остановиться Полина и не подумает. Вперед ли бросится, назад ли – Панкратов выстрелит… Однако, вопреки моим ожиданиям, девушка послушно застыла на месте, так и продолжая нелепо удерживать перед собой совершенно бесполезный сейчас гаджет с записью нашего с Виктором разговора.
– Вот так, умница, – осклабившись, кивнул Панкратов. – А теперь медленно – я сказал ме-е-е-едленно – отдай мне телефон.
Словно загипнотизированная, моя напарница сделала шаг вперед, протягивая ему мобильник – чтобы забрать его, Виктору пришлось переложить свой в руку с пистолетом, не очень ловко зажав между мизинцем и безымянным пальцем. На миг скакнув в сторону, луч фонарика все же снова осветил Полину – пусть и заметно подрагивая при этом.
Нетвердой походкой девушка приблизилась к Панкратову еще на шаг, пальцы Виктора легли на корпус ее телефона…
Что-то ярко сверкнуло, послышался непонятный хруст, пахнуло озоном. Панкратов покачнулся и выронил пистолет. Стремительно подавшись вперед, Полина ткнула ему, ошеломленному и безоружному, гаджетом в лицо. Снова вспышка, снова треск – и Виктор тяжело осел на пол. Оседлав его неподвижное уже тело, моя напарница принялась наносить тычки смартфоном – в лоб, в ухо, в горло – всякий раз удерживая контакт секунду-другую. Даже когда вспышки прекратились и исчез сопровождавший атаки сухой звук, какое-то время девушка еще продолжала лупцевать поверженного противника своим чудо-мобильником.
Наконец унявшись, Полина с видимым трудом встала на ноги и подошла ко мне. Абсолютно невыразительным голосом спросила:
– Ты тут как? Ранен? Куда?
– В ногу, – судорожно кивнул я на простреленное бедро. – А ничего так у тебя телефончик!
– Телефон в сумочке, – проронила девушка. – А это электрошокер – просто выглядит похоже – так специально сделано. Виктор, вон, тоже не понял… Прости, что долго не шла. Хотела записать как можно больше…
– Все правильно, – все еще находясь под впечатлением от увиденного, произнес я. – Мы же так и договаривались.
Опустившись на колени, напарница дотронулась тыльной стороной кисти до моей ноги. Я невольно охнул. – Прости, – снова извинилась Полина – по-прежнему совершенно «деревянным» тоном. – Надо тебя перевязать… Или просто рванешь в свой поток – и все заживет?
– Сначала придется серебряную пулю вытащить, – заметил я.
– Я смогу, – заявила Полина. – Но не здесь, конечно…
– Только не факт, что даже это поможет, – продолжил я. – Когда Виктор выстрелил, я машинально попытался нырнуть – сам даже не знаю куда, обратно в будущее или дальше в прошлое. Даже ни малейшего «дыр-дыр».
– Дыр-дыр?
– А, это я не тебе аналогию приводил… Когда автомобиль после долгого перерыва пробуешь завести – звук такой идет из-под капота. А потом либо схватывает, либо нет. Так вот, тут даже до звука не дошло.
 
– А, понятно, – кивнула девушка. – Так, чем тебе ногу-то замотать? – неуверенно оглядевшись по сторонам, Полина начала было высвобождать из-под пояса юбки подол своей бежевой блузки, но, вдруг передумав, поднялась и вернулась к телу Панкратова. Наклонилась, завозилась – послышался звук разрываемой ткани. – Вот, – снова подошла она ко мне через минуту с охапкой лоскутов. – А этот гад жив, кстати, – кивнула моя напарница на обобранного Виктора. – Очухается нескоро, но, если не решим добить, нужно будет его на всякий случай связать. Хотя мы же, наверное, все равно отсюда скоро уходим?
– Не раньше, чем свалят легионеры, – ответил я. – С такой ногой далеко от них я не убегу.
– Щас закончу – гляну, как они там. Штаны сам снимешь, или помочь?
* * *
– Еще мокнут, – все тем же безэмоциональным голосом сообщила Полина от окна. – Все трое.
– Подождем, – бросил я с пола. – Нам спешить некуда.
– Спешить некуда… – согласилась девушка. – А ведь я знала, – добавила она вдруг, помолчав. – В глубине души – все прекрасно понимала…
– Ты это о чем?
– Об острове. Что его нет. И что изгоев казнят… У меня же был пятый градус. Пусть неофициально, но был. И все вопросы при мне старшими спокойно обсуждались. Наверное, я просто не хотела верить. Притворялась – и перед другими, и перед собой в первую очередь – что не догадываюсь. Так вплоть до сегодняшнего дня и пропритворялась. Но на самом деле… А эти что-то засуетились, – внезапно прервавшись на полуслове, сменила она тему – но не тон. – Влад зачем-то за скамейкой спрятался, Ковальский вовсе куда-то слинял. Будто увидели кого-то… Крутись Уроборос! – впервые за последние минуты произнесла она хоть что-то с полным чувством.
– Что? Что там такое? – нахмурился я, даже не зная, радоваться этой в ней перемене или пугаться.
– Не что, а кто, – в растерянности выговорила моя напарница. – Там, в сквере… Там, в сквере – ты!
  
Глава 38
 
г.Москва, август 20** года
Спонтанное вмешательство в поток времени
Уроборос твой налево! Я должен, обязан был сообразить, что это случится! Но нет. Виктора предупредил, а о себе самом не подумал! Панкратов же говорил, что полицейские меня и без него собирались отпустить! Ну и вот, выйдя из узилища, я – тот я, к которому не приехал адвокат, назовем его, чтобы не путаться, «Игорь № 2» – разумеется, поперся на Покровку, к Полине. Прямиком в засаду.
– Помоги, – пробормотал я напарнице. – Помоги встать… Я должен сам посмотреть…
– Да, конечно, – кивнула девушка, отстраняясь от окна.
Подошла, протянула руку, подставила хрупкое с виду плечо. Навалившись на него (выдержало!), я кое-как доковылял до «амбразуры».
Видно сквозь стену ливня было плоховато, но себя я узнал без труда. Игорь № 2 сидел на скамейке, зажатый между Ковальским и Владом. Ольга стояла перед ним, уперев руки в бока и слегка подавшись вперед – должно быть, что-то говорила.
– У нас теперь есть пистолет, – напомнила из-за моей спины Полина. – Можем… Могу подобраться к ним через кусты…
– У них там по меньшей мере два пистолета, – покачал я головой. – И еще заложник, которым они смогут прикрываться.
– Но надо же что-то делать…
– Надо, – кивнул я. – Дай мне телефон. Только не перепутай – тот, что звонит, а не тот, что валит с ног, – попытался пошутить.
– Иной разговор валит с ног почище шокера, – хмыкнула девушка, суя мне в ладонь гаджет. – А кому сбираешься звонить?
 
– Вот им, – кивнул я за окно. – Вступлю в переговоры с террористами…
Ольга же упомянула, что восстановила сим-карту? Значит, осталось только вспомнить ее номер. Хренов-дознаватель произнес его вслух – всего раз, но моя прежняя, доорденская жизнь – «лесенкой» – немало способствовала укреплению памяти. Как же там было? Восемь, девять-восемь-шесть… Нет, не шесть… Кажется, пять. Да, именно пять. Далее…