Брюсов Орден. Ради лучшего будущего (СИ)
– Работать можешь? – резко выдохнув, подчеркнуто деловито спросил я.
– Держать фонарик, пока ты будешь яму копать? Что там мочь?
– Тогда пошли, – почему-то мне хотелось как можно скорее убраться подальше от совсем чуточку промахнувшегося дерева-убийцы.
– Пошли, – кивнула Полина, болезненно морщась и снова поднимая руку к пробитой мочке.
К счастью, на этом серьезные неприятности – не вообще, конечно, а связанные с конкретной миссией – для нас закончились. После часа энергичного махания лопатой в отмеченной на карте точке – за вознесенным на постамент мраморным женским бюстом – на глубине около метра я достучался до препятствия, действительно оказавшегося крышкой кованого ларца. Тот был заперт, но, высвобождая клад из плена густо оплетших его гибких корней, я случайно сбил и проржавевший навесной замок. Несколько блеклых кружков вывалилось наружу, я хотел было бросить их обратно в ларец, но, опередив меня, монеты шустро подобрала Полина.
– Это обойдется папаше Дорсету в лишних пятьсот долларов, – с ухмылкой заявила она, указав левой рукой на свое поврежденное ухо, а правой пряча добычу в декольте сарафана.
– Не серебро? – одними губами – чтобы не услышал легионер – спросил я. – А то ведь Машина не пропустит!
– Нет. Думаю, золото, – столь же беззвучно ответила девушка.
Перетащив ларец на новое место – к подножию одинокой высокой колонны, увенчанной вооруженной копьем статуей – я принялся рыть яму уже там. Здесь дело двигалось несколько медленнее – то ли землекоп уже порядком подустал, то ли грунт оказался тверже и тяжелее. В какой-то момент Полина меня даже подменила – но ненадолго: от напряжения из ее пораненной мочки снова хлынула кровь, и я поспешил забрать у девушки лопату.
Долго ли, коротко ли, но яма была готова, ларец спущен на ее дно и засыпан. Тщательно разровняв и утоптав землю, мы навалили сверху веток и обломков кирпичей, кои в изобилии были разбросаны по округе. Не будешь знать, что и где искать – ни за что не догадаешься о тайнике.
Как изволил ранее выразиться «Хозяин» – все, профит, можно возвращаться.
Мы и вернулись. На удивление – без происшествий.
Глава 29
г.Ярославль, 10 (23) июля 1913 года
Произвольное вмешательство в поток времени
– Ну, вот и пришли, – проговорила Полина, указав жестом на трехэтажное здание Почтово-Телеграфной конторы, отделенное от нас заросшим бурьяном пустырем. А затем, выразительно на меня посмотрев, коротко кивнула на дом по соседству, белый, в два этажа, над подъездом которого красовалась слегка выцветшая вывеска «Рейнольдс & Уошбурн, поверенные и агенты» – со всеми полагающимися эпохе «ерами» и прочими «ятями».
На Почтовую улицу города Ярославля (она же Спасо-Нагородная, смотря каким картам верить) мы вышли со стороны Волги – мимо симпатичной белокаменной церквушки, с невысокой шатровой колокольни которой окрестности оглашал торжественный перезвон. На мне был защитного цвета пехотный мундир с золотыми погонами – по единственной маленькой звездочке на каждом (волею «Хозяина» из поручиков меня «разжаловали» в прапорщики). На голове – фуражка с довольно высокой тульей. У левого бедра – подвешенная на плечевой портупее драгунская офицерская шашка. Дополняли образ зловещего вида бинты, туго перетягивавшие челюсть и закрывавшие рот – «аксессуар», для нашей с напарницей задумки совершенно необходимый, а вот поставить о нем в известность легионера мы не потрудились.
Моей спутнице «Хозяин» выдал длинное темно-синее платье, по сравнению с ее же нарядом для 1837 года – куда менее пышное и не столь утянутое в талии, и аккуратную шляпку с ажурной вуалеткой на пол-лица. Левой рукой Полина светски опиралась на мой правую.
Сам перенос прошел без эксцессов – если не считать того, что «высадились» мы в полночь, действовать же нам предстояло только утром, с открытием контор. Но хоть площадка на этот раз была выбрана с умом – как минимум, никаких тебе неучтенных деревьев. Да и предпочтение темного времени суток, по большому счету, не стоило ставить легионеру в вину: позднее час – меньше шансов нарваться на случайного свидетеля. Что, впрочем, не мешало нам показушно-сварливо сетовать на связанные с этим неудобства – до тех самых пор, пока перед выдвижением к Главпочтамту мы не замотали мне рот бинтом.
Что до нашего задания, то, по заверению «Хозяина», оно снова было «элементарным»… Так бы, наверное, и оказалось – не задумай мы внести в спущенный «сверху» план несколько существенных дополнений.
Прошедшие с прошлой миссии – той самой, в Кусково – неполные две недели обернулись для нас сплошным разочарованием. Поиск уцелевших членов Ордена результата не дал. Единственным человеком, на кого нам удалось выйти, найдя в «пиратской» базе заветный телефонный номер, была Кристина Ястребкова из Питера, но та с нами разговаривать категорически отказалась – то ли из страха, то ли из некой личной неприязни к Полине, я так и не понял. Повторные попытки до нее дозвониться – с разных телефонов – оказались безуспешны – «абонент недоступен», и точка! Не вышло связаться и через соцсети – все свои аккаунты Кристина удалила.
Не получилось и выследить «Хозяина». Идея была засесть в Кусково и дождаться, когда легионер явится за приготовленным для него кладом, но сразу же по нашем возвращении из 1918-го тот позвонил и недвусмысленно велел нам убираться из усадьбы куда подальше. Судя по всему, по телефону «Хозяин» нас в текущем потоке и отслеживал. Отключить «маячок» мы не сумели, ходить же без гаджета легионер строжайше запретил, время от времени проверяя соблюдение приказа внеурочными звонками.
Единственное, чего нам удалось добиться – более тщательного подхода к организации миссии. Выслушав историю о ветке в Полинином ухе, «Хозяин» признал – пусть и сквозь зубы – что подобное недопустимо. Заверил, что впредь будет аккуратнее, а также обещал предусмотреть резервные точки эвакуации. Заодно получилось убедить его заранее ставить нас в известность о деталях предстоящей операции – типа, для настроя и теоретической подготовки. Ну, как заранее – после бурных дебатов сошлись на сутках «форы». Но все ведь лучше, чем день в день, за час до переброски!
То есть какой-никакой прогресс имелся – но, конечно же, совсем не тот, что нам бы хотелось.
Первой не выдержала Полина.
– Снова ничего! – бросила она, отрывая взгляд от очередной телефонной базы на экране компьютера и ударяя сжатым кулачком по столу. – Крутись Уроборос, это тупик!
– Не стоит отчаиваться, – подходя сзади, попытался успокоить напарницу я. – Мы только начали работу!
– Это ты называешь работой? – хмыкнула девушка. – Имитация бурной деятельности – вот что это такое!
– Пока у нас слишком мало вводных, – вкрадчивым тоном проговорил я. – Чем дальше пойдет дело, тем больше у легионера будет возможностей совершить ошибку…
– Ну да! Например, чем-нибудь нас хорошенько нашпиговать при очередном переносе!
– Он бьет себя пяткой в грудь, что такое не повторится!
– К Уроборосу его пятку! Вместе с грудью! Нужно менять тактику – или так и помрем рабами кольца! – потрясла она правой пятерней.
– Предлагаешь их срезать? – нахмурился я, переводя взор на собственный окольцованный палец. – Нет, ну, тоже, конечно, вариант…
– Не вариант! – мотнув головой, рявкнула Полина. – Избавиться от кольца – значит, признать поражение! Власть над нами легионер утратит, но с мечтой о возврате Машины можем тогда распрощаться навсегда! Нет, я не сдаться предлагаю, а наоборот, перейти в наступление!
– Ну, и как же? – опуская руку с кольцом, скептически прищурился я. – Что мы можем сделать такого, чего еще не пробовали или хотя бы не обсуждали?
– Послать весточку в Орден! – набрав побольше воздуха, выпалила девушка. – Из прошлого – в день, когда нас отправили к Пушкину! Предупредить, чтобы были настороже!
– Схлопочем грандиозный парадокс, – почти машинально выдал в ответ я.