Твое прикосновение

– Эй! – окликнул он.
– Кто это? – Светлое пятно заколебалось, после чего двинулось в обратном направлении и стало приближаться к нему. Внезапно лампа поднялась выше, и Джеймс увидел перед собой встревоженное лицо служанки. – О, сэр! Так вы только что прибыли? А мы уже и не ждали больше гостей.
– У вас что здесь, полное затмение?
– Что вы, сэр. Это сами гости погасили свет. Они затеяли игру в прятки, а может быть, уже и закончили. Теперь, наверное, все в зимнем саду. Вам нужна лампа, сэр? Я пойду принесу еще одну.
  
Виконт покачал головой. Это был не его дом, но все-таки, черт побери, нужно что-то делать. После всех тревожных мыслей и фантазий ему совершенно не хотелось оставаться в темноте.
– Включите свет.
– Хорошо, сэр.
Джеймс пошел по коридору. Он раньше уже бывал в поместье «Бэгли-Энд», правда, наездами. Послышалась звуки фортепиано, и виконт пошел на них. Нужно было найти Лидию, объяснить ей сложившуюся ситуацию и выяснить, где она хранит остальные подделки. Потом уничтожить их, передать их этому головорезу или же Фину, в зависимости от обстоятельств. Как только он исполнит свои обязанности, можно будет влиться в ряды праведников.
Когда Джеймс дошел до вестибюля южного крыла дома, звуки музыки стали еще громче. Он отодвинул скрытую раздвижную дверь и оказался в столовой. Одной загадкой стало меньше: почти вся прислуга столпилась возле стеклянных дверей, ведущих в зимний сад. Собравшиеся с большим любопытством разглядывали, как среди деревьев танцуют и выпивают гости. Рядом с пальмой в горшке он заметил сестру Лидии – Софи. Та широко улыбалась и, размахивая руками, разговаривала с каким-то мужчиной. Выглядела она как-то странно: волосы растрепаны, кружевная перчатка разорвана до запястья.
Виконт проследовал мимо слуг, и те, проворно отскочив от дверей, разбежались, словно потревоженные голуби. Среди гостей он увидел миссис Джойнер, а также леди Балмер и Майкла Хэнкока – очень некрасивого молодого человека, который, однако, слыл замечательным поэтом. Хозяева поместья Патещоллы обожали людей, причастных к искусству. Лидии нигде не было видно.
– Леди Сазертон, – позвал Джеймс, но Софи как раз в эту минуту с изумленной улыбкой на лице слушана своего спутника и не отреагировала. Тогда виконт подошел ближе и легонько дотронулся до ее плеча: – Мадам.
Софи обернулась.
– Виконт! – воскликнула она с удивлением и бросила встревоженный взгляд на своего собеседника. Стоявший рядом с ней изящно одетый светловолосый мужчина хрупкого телосложения держал в руках монокль. Он принадлежал к тому типу людей, которые быстро краснеют даже от небольшого количества спиртного. – Мистер Энсли только что всех нас научил очень забавному варианту игры в прятки. Кстати, вы знакомы с мистером Энсли?
Энсли. Да, это был именно он.
– Конечно, мы встречались, – ответил Джеймс. – Насколько я помню, вы наследник владельца банка?
Энсли расплылся в белозубой улыбке.
– Надеюсь, это не такой уж большой недостаток?
– Скорее, достоинство, – добавил виконт.- Но это ваше личное дело. Леди Сазертон, а где ваша сестра?
Софи неуверенно переводила взгляд с одного мужчины на другого. Энсли неожиданно побледнел.
– Ну… даже не могу сказать. Мне казалось, что она… хотя нет, я вспомнила, что не видела ее с тех самых пор, как погасили свет. Вероятно, она ушла с вечеринки.
Энсли презрительно фыркнул.
– Она вообще вышла из дома.
Сестра Лидии перевела взгляд на стеклянные стены зимнего сада.
– Но там же дождь, – пробормотала она, как будто впервые обратила внимание на потоки воды, стекающие по стеклам. – Не могу точно сказать. Весьма странная реакция.
– Правильно ли я понял, что она вышла из дома во время грозы? Но почему?
Энсли неодобрительно хмыкнул.
– Да кто же вам скажет? – По его интонации можно было понять, что упоминание о Лидии его раздражает. – Бог ее знает, может быть, заблудилась где-нибудь в кустах. Извините, Софи, но вы должны согласиться, что ваша сестра такая зануда.
– Вы действительно так считаете? – Леди Сазертон смущенно засмеялась. – Хотя может быть. Очень уж она серьезна, наша Лидия.
Яркая вспышка молнии осветила все вокруг. Раздались испуганные крики гостей. Джеймс подернулся, чертыхаясь, и пошел обратно к парадному входу. По пути он столкнулся с Элизабет. Красавица поправляла прическу и игриво говорила кому-то в комнату, из которой только что вышла:
– Тогда вам придется еще раз меня поймать. О, Джеймс! А ты что здесь делаешь?
– Ищу кое-кого, – пояснил он. – Извини.
Миссис Чаддерли недовольно нахмурила брови, но не произнесла ни слова, когда Джеймс проследовал мимо нее.
На улице дождь был такой сильный, что водяные струи больно хлестали по лицу и голове виконта. Еще хуже было то, что стелющийся по траве туман делал любой шаг опасным. Когда Джеймс зацепился ногой за корень дерева, ему лишь в самое последнее мгновение удалось избежать падения в грязь. Господи, какая глупость! Какого черта она может делать под открытым небом в такую погоду? А он сам? Нужно ли ему бросаться на поиски этого «синего чулка», у которого не хватило ума додуматься, что в грозу разгуливать не полагается?
Территорию парка осветила вспышка молнии. Перед Джеймсом открылась удивительная картина: неспокойное озеро, раскачивающиеся на волнах две лодки, привязанные у берега, и одинокая фигура женщины в белом платье, стоящая на краю причала. Господи! Виконт ускорил шаг. Неужели она хочет заболеть? Всего в нескольких шагах находился уютный дом, но эта женщина стояла под дождем, подняв лицо к небу. Дождь барабанил с такой силой, что голове было больно. Джеймс даже представить себе не мог, чтобы кому-то нравилось подставлять лицо под хлещущие холодные струи воды. Что заставило Лидию неподвижно стоять, промокая до нитки? Быть может, она скована страхом? У Лиззи иногда случались такие минуты, когда та впадала в ступор. Например, при виде пауков, мышей, клещей и других ужасных вещей, от которых она могла замереть на месте или же вздрогнуть и помчаться прочь, словно перепуганный жеребенок.
Когда Джеймс подошел ближе и мог уже разглядеть получше лицо Лидии, его беспокойство немного улеглось. Он опасался, что столкнется с женской истерикой и ему придется, сдерживая нарастающий гнев, успокаивать девушку. Однако Лидия была само спокойствие: рот приоткрыт, руки расслабленно опущены вдоль тела, а ладони сложены в пригоршни, словно помогая дождевым струям падать на землю. Когда молния вновь осветила небо, Санберн уловил на лице девушки что-то вроде… эйфории.
Раздался громкий раскат грома, и Джеймс бросил встревоженный взгляд на сарай для лодок, возле которого находилась Лидия. Когда же он вновь посмотрел на девушку, ее глаза были открыты, она смотрела на него и улыбнулась какой-то странной улыбкой.
– Что вы здесь делаете? – спросил Санберн.
Лидия рассмеялась. Смех тоже звучал необычно.
Джеймс даже подумал, не пьяна ли она. Нет, судя по осанке и движениям, такая нелепая версия не имела под собой оснований.
– Привет, Джеймс. – Ее безмятежный тон чем-то не понравился молодому человеку. Такое поведение было несвойственно Лидии. – Когда вы прибыли?
Спокойное приветствие девушки вывело виконта из равновесия.
– Только что, – процедил он сквозь зубы. Почему-то Джеймс чувствовал себя последним дураком. Он, понимаете ли, отважно бросился в самую грозу спасать несчастную девицу, а вместо этого обнаружил русалку. Нимфу. Творение природы, которое в нем абсолютно не нуждалось.
Хорошо, рассердить его Лидии удалось. А чем еще она его удивит? Вдруг у нее вырастут крылья, стоит ему лишь повернуться спиной?
– Значит, вы пришли сюда, чтобы меня найти, – спокойно сказала Лидия.
– Там, в доме, все решили, что вы куда-то пропали.
– О, я вас умоляю! Уверена, что никто даже и не вспомнил обо мне.
В голове у Джеймса словно вспыхнуло еще одно озарение. Сестра Лидии ничуть не была встревожена ее отсутствием. Более того, она даже не удивилась.