Переизбрание академика А. Н. Несмеянова президентом Академии наук СССР на Общем собрании АН СССР 13

В физике твердого тела исследования советских ученых всегда занимали почетное место благодаря научным традициям, созданным трудами А.Ф. Иоффе и его учеников. Еще несколько десятилетий тому назад школа А.Ф. Иоффе заложила основы физики полупроводников. В последние годы А.Ф. Иоффе и его сотрудники сконцентрировали свое внимание на исследовании теплопроводности полупроводников и термоэлектрических явлений. Полученные при этом результаты позволили не только по-новому подойти к вопросу о механизме теплопроводности твердых тел, но дали также непосредственный выход в технику — в виде новой аппаратуры, в которой используются термоэлектрические свойства полупроводников.
Упоминая об исследованиях по физике полупроводников, нельзя обойти молчанием работы Е.Ф. Гросса, в которых мы встречаем новый метод подхода к изучению энергетических состояний электронов и дырок. Е.Ф. Гросс и его сотрудники, исследуя спектры поглощения полупроводников, получили чрезвычайно интересные экспериментальные данные, которые, по-видимому, можно рассматривать как прямое обнаружение особых возбужденных состояний в решетке так называемых „экситонов“. Предположение о существовании „экситонов“, то есть таких состояний, в которых электрон и дырка связаны силами взаимного электростатического притяжения и образуют квазиатом, было высказано и теоретически обосновано много лет тому назад выдающимся советским физиком-теоретиком Я.И. Френкелем.
Одна из наиболее интересных проблем в физике твердого тела — это уходящая своими корнями в очень далекое прошлое проблема прочности. Несмотря на очевидное значение этой проблемы для всех отраслей техники, в течение ряда лет в этой области физиками не было получено новых результатов принципиального значения, которые могли бы бросить свет на ряд нерешенных вопросов, связанных с механизмом явлений, определяющих потерю прочности. Поэтому с большим интересом были восприняты результаты работ С.Н. Журкова в ЛФТИ, которые привели к установлению весьма общих закономерностей, связывающих потерю прочности под действием внешних сил с длительностью воздействия этих сил на твердое тело».
Затем я отметил успешно развиваемую в Уральском филиале С.В. Вонсовским квантовую теорию ферромагнитных явлений, работы Б.М. Вула в ФИАНе по диэлектрикам и полупроводникам, а также тонкие кристаллофизические работы А.В. Шубникова.
Разумеется, это был очень неполный список тех работ, которые в какой-то мере характеризовали уровень развития советской физики за, так сказать, «подотчетные» годы. Я отобрал тогда лишь те исследования, которые, как нам казалось, могли явиться исходным пунктом в зарождении новых и оригинальных направлений физической науки, а также такие работы, которые дали законченные результаты крупного научного или практического значения.
«Несмотря на то что физика в нашей стране по своему развитию значительно опередила другие отрасли естествознания, мы все же, — писал я, — не можем быть удовлетворены итогами физических исследований, выполненных в СССР за последние пять лет. Эта неудовлетворенность связана с тем контрастом, который явно существует между богатством практических результатов, полученных советскими физиками при решении задач важнейшего технического значения, и относительной бледностью научных достижений принципиального характера. Следует прямо сказать, что в таких областях, которые определяют главную линию развития физики на современном этапе, советские физики внесли в мировую науку вклад, несомненно, значительно меньший, чем физики, работающие в США и Англии. Для того чтобы убедиться в этом, достаточно напомнить, что среди доброго десятка новых элементарных частиц, открытых за последние 7–8 лет, мы пока уверенно не можем числить за СССР открытия хотя бы одной элементарной частицы и ни одного искусственно полученного нового элемента.
Положение это не неожиданное. Последние годы многие из упомянутых крупных физиков СССР и еще гораздо большее количество не упомянутых были заняты практическими, вплоть до инженерных, работами в области атомной энергии и успешно решили поставленные перед ними задачи. Только в последнее время началось некоторое переключение на принципиальные вопросы. Нужно добиться резкого повышения удельного веса советской физики в решении принципиальных вопросов строения недр атома и физики элементарных частиц. Нужно также, чтобы наши крупные физики и философы в дружной работе занялись философским осмыслением поразительных новостей экспериментальной и теоретической физики, противопоставив идеалистическим толкованиям этих явлений четкую диалектико-материалистическую концепцию, далекую от всякой вульгаризации. Нынешнее время — время попыток наступления со стороны буржуазной идеологии, и долг советской физики быть на страже научности, быть на страже материализма, противостоять всякому идеалистическому наступлению. Мы рассчитываем на активное участие физиков в созываемом Академией наук весной совещании по философским вопросам естествознания.
 
Физика — ведущая область естествознания. Поэтому в Академии Физико-математическое отделение — самое крупное отделение. За отчетный период организованы новые физические институты: Институт акустики, Институт полупроводников, Геофизический институт преобразован в Институт физики Земли, Институт физики атмосферы и Институт прикладной геофизики; кроме того, создан ряд объектов ядерной физики.
Академия наук будет и впредь устремлять все силы для материально-технического оснащения физической науки, развития разных ветвей физики в ряде городов, в первую очередь в Ленинграде, Свердловске, Новосибирске, Красноярске, Горьком, столицах союзных республик. Близкое окончание 10-миллиардного ускорителя даст ядерной физике новое мощное оружие проникновения в глубь микромира. Необходимо и намечено строительство новых ускорителей и атомных реакторов в ряде городов. Нам нужно прилагать все усилия для развития ядерной физики — лидера науки середины XX века.
Однако этим нельзя довольствоваться. Мы должны обратить особенное внимание на развитие и обеспечение кадрами и материальными возможностями также всех других областей физической науки. Необходимо в ближайший период еще обогатить Физико-математическое отделение — наше самое сильное по числу и составу отделение. Для этого есть, к счастью, все возможности. Особую заботу все отделения, вплоть до философов, должны проявить для использования идей и методов физики в работе своих научных учреждений».
Следом за физикой я перешел к астрономии. «К числу важнейших проблем современной астрономической науки, — писал я, — относятся:
1. Изучение Солнца, которое даст возможность в условиях, недоступных для земных лабораторий, исследовать такие интересные для физики процессы, как поведение плазмы в электромагнитных полях, образование космических лучей в хромосферных вспышках и т. д. Идеи о термоядерных реакциях с участием водорода возникли из изучения источников энергии Солнца.
2. Строение Галактики и других звездных систем, а также вопросы происхождения звезд и планет и их взаимодействие с межзвездным и межпланетным веществом. Особенно важную роль за последние годы приобрели вопросы об электромагнитных полях Галактики и отдельных звезд. Проблема эта имеет также большое мировоззренческое значение.
3. Радиоастрономия — новая отрасль астрономии, которая значительно расширила возможности изучения не только отдельных небесных тел, но и Галактики, позволив наблюдать совершенно новые физические характеристики этих объектов.
4. Определение точных положений звезд, необходимое для изучения движений звезд и звездных систем, а также для Службы времени; составление каталогов и ежегодников для геодезических целей.
 
Крупнейшим астрофизическим центром в стране и Европе является вновь выстроенная за последние годы Крымская астрофизическая обсерватория. Здесь с широким применением современных методов спектрального анализа, электроники и радиоастрономии разрабатываются космогонические проблемы развития звезд и нашей галактической системы, проблема происхождения космических лучей, исследуются ядерные и магнитно-гидродинамические процессы на Солнце, изучается его влияние на ионосферу и магнитное поле Земли. А.Б. Северный показал, что процессы, происходящие в активных областях Солнца, носят характер взрывов и сопровождаются освобождением жесткого излучения и выбросами быстрых частиц. В своих последних работах покойный Г.А. Шайн окончательно обосновал наличие регулярного магнитного поля в Галактике, а также существование местных полей, часто ориентированных под большим углом к плоскости Галактики. Как установил Э.Р. Мустель, новые и сверхновые звезды обладают заметными магнитными полями дипольного характера, что объясняет интересные закономерности в строении выбрасываемых ими оболочек.