Стрекоза для Финиса (СИ)
— Не столица конечно, но я туда не развлекаться ездила. А если я откажусь, — смотрю на него. Видный такой, одет как всегда с иголочки, нахмурился и откинулся на спинку диванчика.
— Не кипятись, время ещё есть подумать. Колечки, цепочки и подобная мишура — не примешь ведь? — в ответ пожимаю плечами.
— Смотря какая мишура, — кладу договор в сумку и доедаю мороженое в фужере, — Я обещала Ба чтоб не расстраивать так, что сбавь обороты, подарки свои и не дави на меня.
— Сама ж не позвонишь?
— Пиши — отвечу. Мне пора.
— Подвезу.
— Не стоит, пройдусь пешком, зайду кое-куда.
— Как скажешь, давить не буду, но и из виду не пропаду.
Расстаёмся у входа в кафе и я отчаливаю пройтись…
Уду по Троецкому предместью и захожу в Ziko, останавливаюсь у витрины глядя на «колье-невидимку» на леске.
Маленький сверкающий бриллиант с едва заметными «лапками» крапанами притягивает мой взгляд к изысканному украшению. Прикрыла глаза и представила эту красоту на себе. Прозрачная леска и этот эффект капельки росы на коже создаёт незаметность и ощущение, будто камешек парит в воздухе. Глянула на цену, вздохнула и прикинула срок до своего рождения и… задумалась. Развернулась к выходу, вот это точно «не мишура», а выглядит просто и естественно. Кому-то этого не понять.
Плечом ощутила дискомфорт и заметила Мыша, устроившегося на нём уютненько.
— Соскучился? — хихикнула я удивившись мелкому, — Себе что-нибудь присмотрел в Ziko, нет? А зря, мужчины нынче тоже носят бриллианты.
Вечер выдался тихим, Ба шуршала в книжном шкафу, а я перед сном читала книгу в телефоне. Мыш пытался улечься рядом на подушке, но не тут-то было. Это моя постель, пусть запомнит хорошенько. Не хочет спать вниз тормашками на люстре? Тогда обустроила для него постель в пластмассовой конфетнице, застелив туда махровый платочек. Его апартаменты на подоконнике за занавеской. Мыш быстро оценил моё творчество и уже мирно посапывал, и я не долго поклевав носом в телефоне отправилась прямиком в объятия Морфея. На выходные планировали у Стаса на даче открыть сезон. Все свои, а свои — это бывшие сокурсники и Светик. Гарик наш, а вот Светик — его бывшая, с нами не училась, но наша в доску. Неугомонная оптимистка.
Собралась, а Ба к подруге в соседний двор пошла. Оставила ей записку и мелкому напутствие даю:
— Буду поздно, профурсеток не водить, спать ложиться во время и в своей постели. Ба в курсе, а ты за ней присматривай, чтобы не скучала. Кивни, если договорились? — кивнул и взлетел, пошабуршав в моих волосах приземлился на отрытый дисплей ноута. Подошла и закрыла ноут, — Всё, пока-пока.
Всего 30 км от кольцевой и мы на месте. Приехали, родители Стаса всегда рады нам. Как говорит его отец: «После вас всегда остаётся, что поесть и что выпить. Жить можно неделю».
Ребята уже колдуют у мангала, а мы девочки стол в беседке накрываем. Мама Стаса поделилась планами на лето, куда они планируют поехать отдыхать и все поддержали эту тему. Рассказывали кто и куда рванёт, я заслушалась, отвлеклась и Бац — порезала палец. Медпомощь мне конечно оказали, но криворукость моя дорого стоила. Все знают, что раны на руках долго заживают. А в остальном вечер удался. Подогретые вином и коньяком — мы щебетали как перелётные птицы на разные голоса. Глядя как Гарик трётся возле Светки, думаю не все точки у них над «i» расставлены.
Домой явилась поздно, после двенадцати, Ба уже спала. Мелкий не спал и удивил меня. Перетащил своё ложе мне в кровать и пристроил его между стеной и моей подушкой. Вот засранец мелкий.
— Один раз позволю, но не обольщайся, — пригрозила ему пальцем, разделась и нырнула в постель.
Ночью приснился демон. Улыбка его, губы тонкие и такие манящие. Мороженое наследившее на них и как слизывает его с губ и глаза — затягивающая агатовая ночь. А рога… Особенно рога, чёрные как смоль и шершавые, даже резьбу под пальцами ощутила. Перевернулась во сне и свесив руку с кровати чуть не упала…
Подхватил её и перевернул на другой бок уложив ближе к стене.
Совет мне дал передышку, серьёзных заданий пока нет. Неделя дома и мне захотелось себя порадовать… Метнулся на Землю за мороженым, а тут день такой тёплый, весенний и город до боли знакомый… Прошёлся по парку, вспомнил Стрекозу, самокат её и Зифа. Присел на знакомую скамью, открыл упаковку и приложился к сладкой прохладе. Я не видим, но реален. Сидел и наслаждался видом у фонтана, за суетой молодежи сбившейся в стайку. Что они там обсуждали, смеялись и о чём спорили меня это абсолютно не волновало. Легкий весенний ветерок шмыгал касаясь мои рога, окутывая трепетной негой и успокаивая меня. И я прикрыл глаза. Давно я так не расслаблялся, выпивка конечно отменный конкурент на этом поле боя, хотя без неё разум светлее. А затем я почувствовал привкус во рту или всё-таки сначала запах? Крови… Сглотнул, но лёгкая горечь всё же осталась на кончике языка.
Вечер спускался на город поглощая собой дневной свет, он накрывал всё серой, тёмной пеленой. Иллюминация и свет в окнах плавно зажигались радуя мой взор. Они почему-то обгоняли освещение тысячи фонарей на бесконечных улицах в которых я бы и днём заблудился. Только один адрес в этом городе мне знаком, тот в который вхож Сатан и его дети. Не ожидал, что опять окажусь по близости, но видно судьбе угодно меня позлить. Значит не хочет отпускать меня Этот город, выходит пора знакомиться с другим адресом.
Я догадывался чья это кровь, привкус её всё ещё чувствовался на кончике языка.
Проник в её дом. Она здесь живёт не одна. Свет не горит, сейчас ночь, я в темноте ориентируюсь отлично. Мебели мало, всё удобно, кругом чисто и по домашнему уютно. Её комната пустая, в том, что это её комната я не сомневался. Для пьяной хамки даже как-то странно, здесь через-чур уютно и убрано, в голове это пока не вязалось.
Она появилась поздно, кто бы сомневался. Сижу в кресле и наблюдаю как раздевается. Стянула джинсы и майку, набросила тунику, Опять эта попка перед глазами, ножки стройные, пригладила вьющиеся волосы… Увлёкся картинкой и не сразу понял, кому она сказала: «Один раз позволю, но не обольщайся» — мне сказала или ещё кому? Да вроде здесь никого. И нырнула в постель. Запах крови пронёсся слабой волной когда она перевернулась и чуть не ляснулась на пол, успел таки подхватить её. Тогда и заметил рану на её пальце. Уложил девчонку ближе к стенке. Наклонился и втянул носом её аромат. В волосах был ярко выраженный запах костра. Откуда-то вынырнула тварь мелкая и лизнула ей палец перед самым моим носом. А затем на меня шикнула, хотел было схватить гадёныша, но ударился рогами о стену и девчонка распахнула глаза…
5
Спалился, резко дёрнулся и незримым стал, а тварь мышью крылатой оказалась.
— Мыш? Ты чего? — обратилась она к взбесившейся мыши, которая чувствуя моё присутствие нарезала круги под потолком, — С Ба что-то? — она насторожилась, сонная поднялась с постели и на цыпочках пошла в соседнюю комнату. Балерина блин. Вернулась через минуту и протянула ладонь ребром, — А ну сюда, — и мышь села вцепившись за палец:
— Ещё раз устроишь кипишь — выселю, — строго произнесла она. Мышь пыхтя носопыркой кивала вниз мелкой головой и хлопала крылышками, а потом лизнула девчонке палец, — А ну стоп, я не еда. Хватит уже, — и зажав мышь в другой руке, подошла к открытому балкону и вышвырнула её на улицу, — Допрыгался мерзавец, сам виноват, — ругнулась и закрыла балконную дверь. Сердитая такая, а на цыпочках прикольно как ходит, словно парит над полом в темноте, — Пожалела на свою голову, — ворчала под нос убирая какую-то корзинку из кровати, и поставив ту на стол вернулась в постель. Скомкала одеяло в сторону и улеглась на живот подминая под себя подушку. Выставив попку…
Медленно опустился в кресло напротив кровати и закинул ногу на ногу. Взял со стола корзинку, покрутив в руках эту хрень убрал её на место. Перевёл взгляд на неё. Картинно лежит, даже как-то аппетитно… прям на блюде.