Архангел (СИ)

Я опустила голову на его подушку и заплакала. Это единственное, что мне осталось в моем состоянии.
Айени и Мэйю заскочили в палату и заперли дверь.
– Здесь только одна кровать? – Мэйю подбежала ко мне.
– Это реанимационный люкс, мать его, – прошипел Айени.
Я услышала крик в коридоре. Его крик. Айени попятился назад, к кровати. Убийца подошел к смотровому стеклу сестринского поста в коридоре и взглянул на всех нас. Он шатался из стороны в сторону, и из раны на его голове текла кровь. Я почувствовала, что мне трудно дышать. Что каждому моему вдоху что-то мешает. Это Он? Это Он убивает меня? Я в последний раз взглянула на Одьена и закрыла глаза. Главное, держать себя в руках и не вытянуть из него Поток. Никогда не была готова к смерти. Но сейчас… Сейчас я смотрю ей в лицо, и мне не страшно.
Мэйю
Он стоял за смотровым окном и ничего не делал. И вдруг он улыбнулся. Я не поняла, почему? Посмотрела на Алексис. Она перестала плакать. Господи, да она перестала дышать!
– Айени! – окликнула его, поворачивая Алексис на спину.
Попыталась найти пульс на шее. Его не было.
– Айени, остановка!!!
Полли
Я лежала на полу. Свет ламп медленно угасал, но я знала, что это не свет пропадает в больнице. В больнице пропадала я.
Он подошел ко мне и остановился. Голова заслонила темнеющие лампы.
– Это будет начало конца, – произнес медленно, но четко, как будто чеканил каждое слово.
Я протянула руку и схватила его за ногу.
– Что ты сделал? Что ты сделал?
– Убил ее, – ответил он и отступил от меня.
Пальцы оцарапали кожу на его лодыжке. Ник Уэсли ушел в зеленом хирургическом костюме. А я осталась лежать, думая не о смерти, а о том, что проиграла.
Мэйю
– Он ушел! – я взглянула в смотровое окно. – Айени, он ушел!
– Качай! – кричал Айени, – набирая в инъектор препараты.
– Почему остановка?! Нет сил прыгнуть! Мы бы узнали!
– Качай!
Два вдоха – пятнадцать нажатий. Я смотрела на повязки Алексис и не понимала, почему она начала умирать.
– Дренаж! Айени, где ее плевральный дренаж?!
Он обернулся ко мне.
– Я не видел дренажа!
– У нее же была операция на легком! Должен быть активный дренаж!
– Сука, он его вырвал! – Айени сделал Алексис инъекцию и начал отклеивать повязки.
И под повязками мы увидели зияющую трубку. Убийца не вырвал дренаж. Он отключил его от системы активной аспирации и оставил трубку, через которую в грудную полость Алексис поступал воздух. Оперированное легкое спалось, Алексис стало не хватать кислорода.
– Продолжай реанимацию.
– Я продолжаю! – два вдоха и пятнадцать нажатий на грудную клетку.
Айени схватил зажим и пережал дренаж Одьена, отсоединил его от системы аспирации и подключил к аспиратору Алексис.
– Это не напряженный пневмоторакс. И он односторонний. От такого трудно умереть, – Айени убрал мои руки с ее груди и повернул Алексис на живот.
И тогда мы поняли, что с ней произошло. Сзади из грудной клетки Алексис торчал пластиковый наконечник толстой иглы.
– Он пробил ей второе легкое, и сделал пневмоторакс двусторонним. А потом смотрел, как она медленно умирает. Не доставай иглу. Нужно через нее откачать воздух.
Айени нашел пустую систему от капельниц, срезал трубку и насадил ее на пластиковый наконечник иглы. А потом начал втягивать в себя воздух из трубки. Вдох – пережатие трубки – вдох – пережатие трубки.
Никогда не видела его за работой. Никогда не думала, что буду спасать вместе с ним кого-то в первом измерении, используя не оружие, а умения и навыки, которые приобрела за годы обучения и работы. Наконец, в трубке показалась кровь. Айени пережал трубку и повернул Алексис на спину. Ее губы стали розовыми. Так я поняла, что ее сердце начало работать. Прижала ухо к груди.
– Есть ритм!
Айени поднес пальцы к ее рту.
– И дышит сама. Нужно найти кого-то, чтобы нам помог.
– Он может быть там, в коридоре, – я посмотрела на смотровое окно.
– Как только восстановишь силы, прыгай во второе и ищи доноров среди погибших. Без них Алексис и Одьену придется очень тяжело, – Айени вышел в коридор. – Его здесь нет!
 
– Он не мог далеко уйти! Я накачала его препаратами!
– Я бегу за помощью!
– Будь осторожен! – прокричала во все горло.
Полли
Голос Уоррена над ухом.
– Полли! Открой глаза! Полли!
Хотела бы я их открыть, да не могла.
– Айени! Сюда!!!
– Да что опять!!! – голос Айени. – Что с ней случилось?
– Не знаю! Я без сил! Прыгать больше не могу!
– Я тоже, – буркнул Айени.
Кто-то прижал пальцы к моей шее.
– Я, конечно, не до конца уверен, но попробовать стоит, – произнес Айени.
И тут – удар по груди. Я невольно выдохнула, а потом так же невольно вдохнула. Стало легче. Я начала дышать полной грудью.
– Полли! – позвал Уоррен. – Милая, ты меня слышишь?
– Да, – прошептала я. – Он ушел. Ушел.
– Кто ушел?
– Ник Уэсли. Ушел.
– Здесь кроме меня есть еще хоть один врач! – во все горло закричал Айени.
На крик Айени никто не ответил. Мы не знали, что все дежурные врачи были на улице. Они пытались спасать людей, которые гибли на побоище в городе Р. И битву со смертью проигрывали.
  
Глава 9
 
Полли
– Как он мог уйти, если ты ввела ему кучу препаратов! – я сидела на кровати в реанимации, подключенная к приборам, которые действовали на нервы своим писком.
– Я не знаю! – ответила Мэйю, которая сидела на койке рядом со мной.
– Он ведь проходил лечение в Д.Л.Р., – вспомнил Айени.
Они с Уорреном сидели на полу, подперев спинами стену.
– Если он постоянно принимал транквилизаторы, то мой коктейль мог его и не вырубить, – призналась Мэйю. – Но я боялась дать ему больше, ведь этим можно было и лошадь свалить, не то что человека!
– Лучше бы переборщила, – произнесла я.
– Ну, прости, что не убила его! – вспылила Мэйю.
– Что от наших ребят слышно? – я обратилась к Уоррену.
– Отти и всю верхушку взяли. Везут на допрос в филиал бюро в Т. Дальше в гонку вступают другие агенты.
– Ты не будешь их допрашивать?
– Это не мои задачи, – Уоррен посмотрел на меня. – У нас сто двадцать три трупа в Р. И все здесь, в этой больнице и на улицах, прилегающих к ней. Лирет и Дадли успели кое-кого допросить. Информацию о том, что я нахожусь здесь, ребятам из сети сообщил доброжелатель по телефону. Он попросил передать мне привет от Ника.
– Пока сеть отвлекала наше внимание, он проник в больницу, чтобы добить Алексис, – я закивала.
– Сейчас шесть утра. Нужно попытаться его найти, пока он не покинул территорию округа.
– Сколько в этом городе банков? – спросила я.
– Он не настолько глуп, Полли, – Уоррен потер лоб. – Кроме того, наличные он может снять и в банкомате.
– Он снимал деньги в банке. В том городе, где совершал первое убийство в цепочке. В тот же день, когда убивал. Сейчас шесть утра. Он думает, что Алексис мертва. Банки откроются в девять. Он соблюдет ритуал, Уоррен. Я в этом уверена.
– Хорошо, – Уоррен развел руками. – В городе четыре филиала разных банков. Нам устраивать засады во всех? И если во всех, то в какой из них поедем мы с тобой?
– В самый ближайший отсюда. Я надеюсь, что наш Ник меня не подведет и повторит свой ритуал.
Мэйю
Уоррен и Полли уехали, а мы с Айени остались.
– Ты говорил с матерью и сестрами? – я прилегла на кровать.
– Да, – Айени устроился на койке рядом со мной. – Они в удручающем состоянии. Поклялись, что пока Одьен не очнется, они из моего кабинета не выйдут.
– Я их понимаю.
Айени обнял меня и закрыл глаза.
 
– Я хочу вернуться на работу, – произнесла тихо под писк приборов, подключенных к Алексис и Одьену.
Их кровати стояли рядом всего в метре от нас. Дежурные врачи и медсестры то и дело заходили в палату, чтобы проверить их состояние и ввести какое-нибудь лекарство. Они спрашивали нас, все ли в порядке, и мы отвечали, что помощь нам не нужна. Отделение реанимации заполнилось пациентами. В основном это были агенты бюро, маршалы и архиереи, которых врачам удалось вытянуть с улицы и спасти.