Архангел (СИ)

– Его брат, мэм, – тихо произнес дежурный.
– Ясно, – я кивнула. – И где сейчас второй архиерей Райт, который брат первого архиерея Райта?
– В патруле, мэм!
Хотелось бы расхохотаться, да по статусу не положено. Я решила зайти с другой стороны:
– Кто еще есть в участке?
– Только мы с вами, мэм!
– Ясно. Где я могу подождать архиерея Райта первого?
– Мэм, я проведу вас в кабинет начальника, – он вышел из-за стойки дежурного поста и повел меня вглубь одноэтажного здания участка (чего не имел права делать, ибо дежурному нельзя оставлять свой пост без чьего-либо присмотра).
Я бегло осмотрела ряды со столами, заваленными распечатками документов и картонными стаканчиками из-под кофе. Н-да, прибираются они тут редко…
Дежурный открыл передо мной дверь и предложил присесть в кожаное кресло рядом со столом начальника.
– Мэм, может быть, желаете кофе?
– Было бы неплохо. Черный без сахара.
– Конечно, мэм.
Дежурный запер за собой дверь и тут же начал кому-то звонить по браслету. Неужели не соображает, что через незанавешенные окна его прекрасно видно?
Я осмотрела помещение, подошла к столу, усыпанному бумагами, и начала бегло изучать текст. Заявление о пропаже кота, заявление о пьяном дебоше в жилом квартале, заявление и «похищении» мусорного контейнера с улицы, заявление о «рисовании непристойных картинок на фасаде здания». И это дела, которыми занимается начальник офиса архиереев. Как говорится: «Я думала, что это дно, но внезапно снизу постучали».
Присела в кресло и вытянула ноги. Мои начищенные до блеска ботинки порядком износились. Пора новые покупать. Но явно, что не в этом городе. Спустя минут пять дежурный принес мне кофе в кружке и вазочку с зефирками. «Зефирки для детей», – хотелось ответить мне, но я промолчала. Потянулась за одной и съела. Где одна, там и другая. На пятой я себя остановила. Запила кофе. М-м-м! А кофе хорош! Не то дерьмо, что мне в закусочной налили.
За окнами кабинета начальника началось шевеление. Похоже, к местному офису подъехали сразу несколько патрульных машин. Наверное, Райты с подкреплением подоспели. Хорошо, что быстро. А то еще минут тридцать – и я бы наела лишний килограмм этими зефирками. Кстати, они очень вкусные.
Размашистым шагом через офис к кабинету шел архиерей. За ним показалось еще три фигуры в форме, но те остановились у каких-то столов и сделали вид, что занимаются бумагами. Дверь открылась и в нее вошел, скорее всего, первый Райт.
Я встала.
– Архиерей высшего уровня Полли Шейнберг?
– Так точно, – буркнула я и поставила кружку на стол.
– Архиерей третьего уровня Уоррен Райт! – он отдал мне честь.
Поскольку я была «в гражданке», отдавать ему честь не стала. Да и ему не следовало лебезить. Он снял с себя фуражку и небрежно бросил ее на стол.
– Чем обязаны вашим визитом в наши края?
– Вот постановление, – я достала голопроектор и представила ему документы. – Мне нужны все бумажные копии материалов по делу Софи Крейн и Йохана Крейна, которые вы храните у себя.
Архиерей первый Райт меня удивил. Он подошел к сейфу в кабинете, открыл его и достал из высокой стопки две папки. После этого закрыл сейф и протянул папки мне.
– Вот они. Оригиналы изъяли ваши коллеги неделю назад. Еще что-нибудь? – спросил учтиво.
– Все папки из вашего сейфа, пожалуйста.
На лице Райта не дрогнул ни один мускул, хотя, по логике вещей, должен был.
Он повторил манипуляции по открываю «своего архива», достал все папки и выложил их на стол, примяв остальные документы.
– Оригиналы всех дел изъяли ваши коллеги три дня назад.
– Упакуйте все в коробку. Ордер на изъятие я подам через час.
– Без ордера на изъятие ни одна из этих папок не покинет этот офис, – спокойно ответил первый Райт.
Я прищурилась. Неплохо для архиерея третьего уровня.
– Конечно, – я развернула голопроекцию и начала заполнять ордер на изъятие копий документов.
Пока заполняла графы, вбивая номера дел из каждой папки, Райт пристально сверлил меня взглядом. В какой-то момент я даже одарила его прищуром, но не помогло. Непробиваемый. Когда ордер на изъятие был готов, я расписалась и отправила документ по сети на почтовый ящик их офиса.
 
Райт достал свой голопорт, вошел в ящик и отправил на печать мой ордер. Принтер за его спиной выплюнул бумажку, которую Райт положил в сейф, после чего его запер.
– Еще что-нибудь, мэм?
– Коробку картонную для этих папок.
– Конечно! – открыл дверь и закричал. – Коробка пустая для документов есть?
– Ща сделаем! – ответил один из архиереев.
Спустя еще минуту Райту принесли коробку. Он сгрузил все папки в нее и протянул ношу мне.
– Электронные копии тоже здесь? – решила уточнить я.
– Накопители в папках.
– Можете отнести все это в мою машину? – я вопросительно изогнула бровь.
– Без проблем! – он поставил коробку на плечо, открыл дверь и направился к выходу.
Я засмотрелась. Со спины Райт в форме смотрелся не хуже, чем анфас. Меня атлетическим телосложением хранителя не удивить, но тут особый случай. Не будь у первого Райта ярко-красных волос на голове и багрового цвета глаз, он был бы больше похож на низшего палача, чем на кого-нибудь другого. Слишком высокий для хранителя. Я при своих метр восемьдесят смотрела на него снизу-вверх. Достаточно худой, в смысле, не перекачанный, как многие хранители. И красивый, как все палачи. Не привлекательный, нет, а именно красивый. Когда архиерей с моим опытом работы встречает на пути таких красивых мужчин или женщин, внутри тут же срабатывает инстинкт самосохранения и сирена опасности в голове воет на всю катушку. Ведь по-настоящему красивые люди очень часто оказываются палачами.
Мы вышли на улицу, я любезно открыла багажник машины, а первый Райт любезно поставил в него коробку.
– Благодарю, – закрыла багажник.
– Еще что-нибудь, мэм?
– На этом все. Если что-то понадобится – я сообщу.
– Хорошего дня, мэм! – он кивнул и удалился.
Странное поведение для архиерея третьего уровня из маленького городка. Обычно ко мне лезут с расспросами и всячески усложняют процедуру изъятия документов. Но что бы так четко и без единой эмоции на лице?
Изъятие распечатанных документов – самый некрасивый этап в моей работе с коллегами. При передаче дела в службу контроля за лицами с высшим метафизическим уровнем электронная система автоматически блокирует доступ к материалам для рядовых архиереев. Зная о подводных камнях, когда дело внезапно «уплывает», а начальство требует незамедлительный отчет о проделанной работе, архиереи всегда распечатывают материалы дела на бумаге в двух экземплярах. Первый – это обязательный экземпляр, который изымается при прибытии группы расследования на место событий, а второй экземпляр – «левый» – остается у местных архиереев с негласного согласия прибывших коллег. На основании второй копии они потом и клепают свои отчеты о проделанной и слитой в унитаз работе. Уверена, что этого Райта есть еще и третья копия всех дел, но разве он в этом признается? Я бы на его месте не призналась. Кстати, как там его зовут? Уоррен Райт? Я запомню.
*** 
Четверо архиереев, ведущих расследование в этом городке, прочно увязли в дерьме. Меня пригласили сюда немного позже, когда поняли, с кем на самом деле имеют дело.
Служба контроля за людьми с высшим метафизическим уровнем никогда не удостаивала свой персонал человеческими апартаментами в командировках. Я привыкла к тому, что всегда живу в каких-то непонятных отелях, где по ночам объявляется всякая живность. В этом округе меня заселили в мотеле в городке С. Вернувшись туда, я достала коробку из багажника и поставила ее на пол в центре комнаты. Достала оборудование и приступила к сверке распечатанных документов с их электронными оригиналами. Зачем я это делала? Да потому что казусы случаются, и иногда бумажные копии немного не соответствуют своим «исправленным оригиналам». Глубокой ночью я поняла, что голова пухнет и все-таки мне хочется есть. Заказать пиццу не получилось: пиццерии ночью не работают. Твою мать… Двадцать третий век…