Надежда на чудо: моё чудо (СИ)

– Валяй, печалься.
– Ну остри, остри. У нас пока есть время. Но напоминаю: ты у нас не один, есть ещё и твоя симпатичная спутница. Или тебе не интересно, что с ней будет? – Он внимательно следил, как заледенел взгляд Драга. – То есть всё-таки чуть-чуть интересует. Ну давай, полежи, подумай немного, потом продолжим беседу.
– Стой!
– Нет-нет, командовать будешь на своём борту, если с нами договоришься.
  
И, сцепив пленнику наручники с ножными кандалами короткой цепью, его оставили в одиночестве. С одной стороны предоставили ему возможность оглядеть помещение, где он валялся на полу – видимо, один из малых твиндеков, освобождённый от груза, то есть, очевидно, его перетащили на борт довольно крупного катера, но не большого грузового корабля и не военного – с другой зафиксировали так, чтоб он правильно оценил своё положение. Пока поза не превратилась в пытку, но пройдёт лишь относительно немного времени, и «ласточка» станет мучительной.
«Уйти они хотят… Твари, – думал Драг, прикидывая, получится ли дотянуться до крепежа кандалов. – Судя по лёгкому акценту, тот, кто с ним беседовал – не тейинец. И как бандит умудрился сюда попасть, да ещё и на собственном корабле? Бл… Неужели нашим было мало прежних приключений?» Он удивлялся, почему не сработал его военный чип, который должен был отправить сигнал о нападении на военного и передать координаты. Или нападение было как-то так сорганизовано, чтоб сымитировать бытовой инцидент? Или он чего-то не учёл?
Мучиться предположениями пришлось не особо долго – похитители вернулись. Теперь Драг разглядывал их внимательнее, пытаясь понять, с выходцами из каких областей галактики имеет дело. Пока не получалось. Эти могли быть уроженцами десятка планет, да ещё и не одного. В одежде ни единого говорящего признака, в манерах и мимике тоже. Наёмники, видимо, такие, что уже давно шатаются по просторам Вселенной и совершенно забыли историческую родину.
Нагнувшись, один из них отстегнул цепочку. Стало полегче.
– Ну что ж, у нас появилось время, давай-ка пообщаемся, – сказал давешний переговорщик. – Требование повторить? Или помнишь, офицер?
– То, чего ты от меня хочешь, невозможно.
– Врё-ошь, – усмехнулся собеседник и присел рядом с Драгом на корточки. – Я в курсе, на что ты способен.
– Толку-то от твоих фантазий. Я всё равно не смогу выполнить то, что ты требуешь. Хоть убивай.
– Сперва поговорим. Приведём аргументы. Может, и прекратишь ломаться, как девочка. – Хмыкнул и обернулся к одному из двоих молчаливых коллег. – Тащи девку.
Пленник напрягся. И не зря. Ита, которую наёмник приволок в то же помещение, выглядела пришибленной, отчаявшейся. К тому же на её шее красовался ошейник, и это Драгу очень сильно не понравилось. Саму по себе штуковину он не опознал, но понятно, что в этой широкой металлической полосе может быть буквально любая электронная начинка. Руки девушки так же, как у него, были скованы за спиной, но одежда не порвана. Хоть это немного успокаивало.
Иту подтащили на середину твиндека и поставили на колени. Разговорчивый бандит неторопливо намотал её волосы на кулак.
– Ну что ж, теперь поговорим предметно. Я знаю, что ты способен провести корабль мимо всех контролирующих околопланетарных систем. И ты это сделаешь. Думаю, уже предположил, почему.
– Так понимаю, ты обещаешь её отпустить? – холодно спросил Драг, готовясь к торгу. Нужно было потянуть время и выставить такие условия, чтоб у служб тейинской охраны и обороны было больше шансов перехватить уродов. Чёрта с два они уйдут от возмездия…
– Нет. Это не обсуждается. Но я отпущу тебя.
– Ты больной? – В ответ переговорщик лишь усмехнулся, показав зубы. – И с чего я тогда вообще задумаюсь о том, чтоб тебе помогать?
– Ну, предположу: чтоб избавить девку от мучений. – Он нагнулся и расстегнул на запястьях девушки наручники. После чего взялся за ворот её курточки и сдёрнул с узких подрагивающих плеч. Ита даже не вскрикнула – лишь съёжилась.
Зато Драг рванулся, но не смог освободиться от хватки наёмника, который держал его за вывернутые руки. А когда присоединился и второй, шансов у пилота не осталось – невозможно было совладать с двумя здоровяками, если запястья стянуты жёсткими наручниками, да к тому же ты не на ногах стоишь, а на коленях. К тому же для верности один из наёмников несильно, но чувствительно врезал пленнику кулаком в живот, и это вышибло не только воздух из лёгких, но и искры из глаз. И когда Драг продышался и вернул себе возможности видеть, с Иты уже была сорвана рубашка, а руки снова закованы, только уже спереди.
Придерживая её, командир наймитов спустил с потолка зачем-то подвешенный на толстой цепи крюк. За этот крюк зацепил наручники, сковывавшие руки девушки и, подтянув цепь, вынудил Иту со всхлипом боли подняться на ноги. Драг снова попытался вывернуться и снова получил хорошего пинка. Но это не имело никакого значения. Больнее всего было то, что Ита на него даже не смотрела, хоть бы и с мольбой или страхом. Похоже, она и не думала даже, что кто-то здесь может ей помочь, заступиться за неё. И это так резануло по сердцу, что мужчину затрясло.
– Итак, – снова заговорил переговорщик, и теперь он рассуждал ещё вальяжнее, увереннее. – Девка у нас привычная, если я верно помню её прошлое, а вот ты – не особо. И я могу сейчас продемонстрировать, что имею в виду. – И словно бы в задумчивости провёл пальцами по её груди, прикрытой лишь тонким кружевным бюстгальтером. Ита вздрогнула всем телом.
– Осторожнее, отморозок, – процедил Драг, от ярости даже не чувствуя боли в запястьях. – Ты сейчас творишь всё это с гражданкой Тейины. Знаешь, что у нас делают с теми, кто подвергает любому виду насилия женщину, тем более маи?
– Мне как-то без разницы, парень. Я к вашим правоохранителям попадать не планирую. А если и попаду, рассказать о случившемся будет некому. Просто некому. Вот и думай, что для тебя важнее – моя или её смерть? – Он подошёл, наклонился над Драгом и вцепился взглядом в его взгляд. Нет, ни искры безумства не было в его глазах, но и ни крошки сомнений. И это плохо. Очень плохо. – Ладно, поболтали и хватит. Давай к делу. В общем, я тебе кое-что покажу, а уж ты решай, стоит ли ситуация твоих усилий. – Он отошёл куда-то в сторону и вернулся к Ите, держа в руке плетёный ременный хлыст с жёсткой рукоятью. – Вот смотри. Знаешь, что это такое?
– Что ты собрался делать?
– Сказал же – продемонстрирую. Ну, девка с такой вещью уже давно знакома, а вот ты – не факт. Конечно, можно было бы взять электрохлыст, он бьёт намного больнее, но следов при этом не оставляет, и отходят от него быстрее, легче, если, конечно, сердце здоровое. У нашей шлюшки, как я понял, с сердечнососудистой всё неплохо, но я же хочу устроить демонстрацию, так что начнём с обычного. – И он развернул Иту спиной к Драгу.
Тот до последнего не верил в происходящее, и даже когда хлыст оставил на обнажённой спине девушки первую полосу, быстро наливающуюся алым, лишь содрогнулся, совершенно ошеломлённый. Но когда рядом с первым следом лёг второй, потом третий, а бандит явно не собирался прекращать экзекуцию, Драг с ужасом осознал, что всё это происходит на самом деле, и его драгоценную действительно намерены и дальше истязать.
– Прекрати! Стой! Ты с ума сошёл?!
– С ума сошёл ты, считая, что я тут шутки шучу. – Переговорщик опустил хлыст. – Я же объяснил: хочешь избавить свою женщину от мучений – выводи наш корабль в открытый космос. И не тяни с решением. Имей в виду, что у обычных средств наказания помимо зрелищности есть ещё одна побочная особенность – они причиняют страдания ещё очень долго, и чем больше следов, тем серьёзнее последствия. Не все могут выжить после хорошего избиения.
  
И он провёл костяшками пальцев по следам хлыста на её спине. Это движение отозвалось дрожью в её теле и тихим сдавленным стоном. Драг едва воздухом не захлебнулся. Ужас, который потопил его разум, был того порядка, подобного которому офицер не испытывал ещё ни разу в жизни. А бандит же, отшагнув, со спокойным выражением лица продолжил экзекуцию: не торопясь, словно бы с удовольствием, хлестал, как казалось, со всей силы. Ита сперва только вздрагивала, потом стали прорываться стоны, и каждый только что не наотмашь полосовал пленника по сердцу. Он едва сдерживался, чтоб не приняться умолять о разрешении заменить собой Иту. Но смешно предполагать, что ему пойдут навстречу.