Надежда на чудо: моё чудо (СИ)

– Понял. И что нам следует теперь сделать? – спросил он, хмурясь.
– Вашей маи необходимо заявить права на мужчину в течение двух суток. Послезавтра суд, приговор, скорее всего, будет смертный, вероятно, без права на апелляцию, то есть его могут осуществить на следующий день после оглашения.
– Ну, ясно. – Парень покосился на притихшую невесту. – Ну что? Решилась?
– Угу.
  
– Сегодня или завтра?
– Сегодня, – едва слышно выдохнула Ита.
– Тогда летим.
Он подхватил её за влажную от нервозности ладошку, забрал виар-лист с заключением психолога и повёл спутницу к стоянке флаев. Предупредительно открыл перед ней дверь.
Девушка жалобно, виновато заглянула ему в лицо.
– Ты правда… согласен?
– Конечно.
– Ты… Меня простишь?
– За что?
– За такое решение… Ну прости, я просто не могу позволить его убить! – Она вдруг спрятала лицо в коленях. – Я просто не могу! У меня в жизни бывало всякое, и мужчины делали со мной самое разное… Но ещё никогда тот, кто пожелал меня себе, не обходился со мной так заботливо, так ласково, так обеспокоенно! Он правда испугался, когда понял, что я могу всерьёз его бояться. Он сам пожалел, что украл меня, а ведь речь шла о вещи, которая для него слишком важна, почти как жизнь! – Она спотыкалась о слова, путалась, но, даже рыдая, продолжала говорить: – Прости меня, Рад! Я знаю, что ты можешь подумать. Но я люблю тебя и совсем не хотела бы тебе изменять. Ни за что не причинила бы тебе вред. Но и ему тоже… Я не могу, чтоб его убили. Я просто себе никогда не прощу!
Радеш поспешно обнял её, прижал к себе.
– Ну, малышка. Тише! Успокойся! Ни о какой измене и речи нет. И я совершенно на тебя не сержусь, пожалуйста, прекрати извиняться. Просто не за что просить прощение, малыш! Ты права, я понимаю, почему ты так решила. Давай сейчас ты сходишь умыться, попьёшь водички, а потом мы поедем в отдел предварительного содержания. Если хочешь, я всё сделаю сам, ты просто рядом постоишь.
– Нет. – Девушка сильно потёрла распухшее лицо. – Я всё затеяла, я и доведу до конца. Спасибо тебе. – И так трогательно прижалась к нему, что он чуть не застонал от нежности.
Ещё полчаса Радеш утешал своё сокровище и к концу процесса уже сам полностью успокоился. Ита сходила умыться, потом согласилась выпить охлаждённого лимонада и затихла на пассажирском сидении флая. Парень же уверенно рулил к окраине города.
– Придётся вернуться в дом, – сказал он. – В квартире будет тесновато.
– М?
– Ну, если ты заберёшь этого Яра себе, ему нужно будет проживать с тобой на одной территории. А пока вы притрётесь, да пока я с ним налажу общение… Нужно, в общем, чтоб места хватало, чтоб мы не стукались локтями, иначе конфликтов будет трудно избежать. А в доме всё же просторнее.
– Мне там нравилось. Но я решила, что твоя семья попросила его освободить.
– Ну что ты. Просто я испугался везти тебя туда, откуда тебя украли. Если ты не боишься, мы вернёмся. Там обновлены системы безопасности. Или же я могу по-быстрому снять другой дом.
– Мне там было хорошо, – со спокойствием ответила девушка, допивая лимонад. Трудно было сказать, насколько её невозмутимость наигранная. – В остальном сам решай.
– Тогда лучше пока вернуться туда. В съёмном доме первое время не будет налажен быт, да и безопасность будет так себе. Понимаешь, после инцидента службы правопорядка там поработали очень основательно. А на новом месте неизвестно как вообще сложится.
– Хорошо.
– Подлетаем… Малышка… Может, тебе успокоительного?
– Я в порядке, – вздохнула девушка. – Правда.
Он приземлил средство передвижения и обхватил невесту свободной рукой.
– Люблю тебя, малышка моя.
Девушка потянулась к нему губами – ну как отказать.
К дверям отдела они подошли, держась за руку, но стоило перешагнуть порог, как Ита осторожно отобрала у спутника пальцы и подошла к дежурному одна.
– Добрый день. Я хотела бы предъявить права на осуждённого. Я являюсь его маи.
Мужчина в форменном кителе поднял на девушку вопросительный взгляд.
– Данные осуждённого? – Девушка растерялась, но их вместо неё назвал Радеш: – Вы являетесь маи этого заключённого?
– Да.
– Связь зарегистрирована? Нет?.. Вы пострадавшая?
– Д-да…
– Пожалуйста, зафиксируйте ваши данные в системе и пройдите в двадцать шестой кабинет. Это второй этаж. – Кивнул на терминал слева от себя. – Вот сюда прикладывать. – Аппарат пискнул, стоило Ите и Радешу поднести смарты поближе. – Спасибо. Проходите.
Недоумевая, она в сопровождении жениха прошла в нужную комнату, стараясь держаться как можно более спокойной внешне. Девушка ждала, что её примутся активно отговаривать и стыдить, мол, куда тебе ещё мужик, у тебя один вон мужем не успел стать, а ты уже на сторону глазом косишь, позорница?! Но работник был корректен и предельно сдержан. Уточнил все данные, потом попросил официальное разрешение использовать в соответствующих документах протокол её допроса по поводу инцидента, спросил, при каких обстоятельствах произошло протяжение связи, и всё дотошно записал. Потом продемонстрировал итоговую запись.
– Всё правильно?
– Да.
– Подпишите, пожалуйста, протокол. Теперь так: суд состоится завтра. Вы не имеете права присутствовать на сессии, но вам немедленно будет выслан результат. Если приговор окажется окончательный, вы сможете забрать осуждённого сразу. Если осуждённый будет приговорён к заключению или отработкам, вам предстоит согласовать режим проживания мужчины с вами. Если же речь пойдёт о смертной казни, то должен вас известить, что осуждённый будет вам отдан только в том случае, если вы заключите с ним законный брак. И если вы с ним впоследствии разведётесь, при условии что обстоятельства не изменятся и судебное решение не будет пересмотрено по тем или иным причинам, приговор будет немедленно приведён в исполнение, сразу после вступления решения о разводе в силу. Вы понимаете?
– Эм-м… Д-да…
– Ваш муж будет обязан трудиться на должности, которую ему подберёт государство, и девяносто процентов его заработка будет принадлежать вам, но ваша семья обязана будет предоставить ему жильё, одежду и питание по средней норме. Покидать планету ему будет запрещено, за исключением особых случаев, каждый из которых необходимо будет согласовывать. Любая его агрессия в ваш адрес или в адрес любого вашего домочадца санкционирует очередное судебное разбирательство, но тут ваше мнение также примут во внимание и будут оценивать. Вопросы?
– А… А… Нет.
– Хорошо. Подпишите, пожалуйста, здесь. Вы можете попробовать запросить свидание с заключённым, но не могу обещать, что его удовлетворят.
– Я… – Ита растерянно посмотрела на Радеша, и тот слегка качнул головой. – Нет, я, пожалуй, не буду, но, если можно, сообщите, пожалуйста… Можно ли сообщить ему о моём решении?
– По процессуальным правилам о вашем решении осуждённому можно сообщить только после вынесения окончательного приговора. Извините, уважаемая. Наберитесь терпения.
– Да, конечно… Могу идти?
– Конечно. Возьмите. – Работник вручил девушке виар-карточку с выпиской и посмотрел почему-то с одобрением, даже с уважением, пожалуй.
Когда они вышли из здания, Ита осторожно поинтересовалась у жениха:
– Почему ты решил, что мне пока не стоит видеться с ним?
– У нас этого не любят. По этой же причине в подобных случаях не допускают пострадавшую в зал суда – чтоб подследственный не мог хоть как-то повлиять на неё, разжалобить и прочее. Если ты не хочешь более жёстких мер к этому… парню, то лучше тебе воздержаться от встреч.
– Да уж, лучше без лишних строгостей. – Она вздохнула с облегчением. – Спасибо тебе большое… Ты правда беспокоишься о нём?
  
– Я о тебе беспокоюсь. Тебе достаточно уже нервничать, лучше пусть сейчас всё пойдёт спокойно и гладко. Хочешь, чтоб этот Яр был твоим мужем, да и ладно. Вроде, он хороший прогер?
– Наверное… Да, он говорил, что это его специальность.