Брачная ложь (ЛП)

Если, возможно, я сказала что-то не так.
Я вытираюсь полотенцем, а затем надеваю розовые туфли на каблуках и выхожу из комнаты, пытаясь успокоить нервы. Не думаю, что я сказала что-то, что могло бы его разозлить… или, может быть, он испугался, потому что нас так долго не было? Когда я открываю дверь в сад за домом, холодный ноябрьский воздух заставляет мою кожу шелушиться. Я обхватываю себя руками и оглядываюсь вокруг, приспосабливаясь к темноте.
  
Он хотел встретиться со мной здесь? Или он имел в виду снаружи, в замке, как снаружи в подвале? Я смотрю налево и направо, но вокруг так темно, что единственное, что я вижу, — это раздвижная стеклянная дверь в кухню замка слева от меня. Сделав шаг от двери, я вижу, как Майлз распахивает раздвижную дверь, а затем закрывает ее за собой и идет туда, где я стою, дрожа в холодной темноте. У меня по коже пробегают мурашки, когда я смотрю, как он целенаправленно идет туда, где я стою. Он выглядит… взволнованным. Или… что-то еще, чего я никогда не видела на его лице.
Одержимым.
Когда он приближается, я открываю рот, чтобы спросить его, что случилось, но прежде чем я успеваю, он прижимает меня к стене замка, прижимая к камню, когда его лицо оказывается в дюйме от моего. Он все еще тяжело дышит, и я чувствую его прерывистое сердцебиение у себя на груди.
— Ты, — это все, что он говорит, почти сердито.
А потом он целует меня, стонет, когда наши губы встречаются. Поцелуй говорит мне все, что мне нужно знать.
Я все сделала правильно.
Мой рот приоткрывается, позволяя его языку проникнуть внутрь. Его руки тянутся к моим бедрам, и он быстро задирает мое платье.
Вкус виски на его языке, когда он исследует мой рот.
Я стону, когда он натягивает мое платье на бедра. Мои руки касаются его шеи, и мне приятно чувствовать, насколько он влажный от пота, и мысль о том, что из-за меня он доведет себя до безумия в подвале, заставляет меня снова стонать.
— Майлз, — хнычу я, притягивая его ближе. — Что ты..
— Что это, бабочка? Ты думала, я с тобой покончил?
ТРИДЦАТЬ ПЕРВАЯ ГЛАВА
ВИДЕО
Майлз
— Что? — Она задыхается, когда один из моих пальцев зацепляется за ее трусики. — Нет, я…
— Я. Не могу. Не. Достаточно. Тебя, — бормочу я ей в губы, грубо дергая ее трусики, пока резинка не порвется, и они не упадут на землю.
Не говоря больше ни слова, я перемещаю руки к ее заднице и поднимаю ее, гладя ладонями ее бедра, когда она обхватывает меня ногами. И когда я погружаюсь в ее горячую, влажную пизду, я прижимаюсь губами к ее шее, и с моих губ срывается тихий стон.
— Ох..
Я поднимаю голову и нахожу ее нуждающийся рот, грубо толкаясь в нее. Ее дыхание касается моих щек, когда я просовываю язык между ее губами.
— Да, — мяукает она.
Я погружаюсь в нее глубже, позволяя силе тяжести притянуть ее к себе. Я издал низкое, грохотающее рычание из своей груди, ощущение ее тугой бархатной пизды приблизило меня к кульминации, быстрее чем я ожидал.
Одна моя рука касается ее волос, я грубо сжимаю их в кулаке, оттягивая ее голову назад, чтобы поцеловать ее в шею.
— Я без ума от тебя, — шепчу я в ее невероятно мягкую кожу.
— Это взаимно, — медленно произносит она, и именно тогда я вытягиваюсь и снова врезаюсь в нее. Она кричит, и ее набухшая киска начинает трепетать вокруг моего члена.
Она выдыхает вереницу проклятий.
— Если ты останешься, мне никогда не будет достаточно, — предупреждаю я ее, отодвигая свое лицо от ее шеи, чтобы смотреть на нее.— Я никогда не буду чувствовать себя сытым.
— Боже, Майлз, — шепчет она, ее пальцы скользят по моим волосам, когда я снова вбиваюсь в нее. И опять. И опять. Ее глаза расширяются каждый раз, когда я это делаю, и она задыхается — как будто я каким-то образом вышибаю из нее дух каждым толчком.
Шлепающий звук ее сладкой влажной киски отскакивает от каменных стен, и мне это чертовски нравится. Я люблю все в ней.
— Мне нравится твой грязный рот, — скулит она, зажмурив глаза.
— Хорошо, — бормочу я, проводя рукой, которая была в ее волосах, вниз по ее шее и к бретельке ее платья. Я стягиваю его с ее плеча, а затем пробираюсь к другому, тоже стягивая его вниз, чтобы видеть, как подпрыгивают ее сиськи, пока я ее трахаю. — Мне нравится, — стону я,
кладя ладонь на одну из них, в то время как моя другая рука слегка сдвигает ее бедра, приближая ее корпус вперед и ближе ко мне. — И я люблю тебя.
— Я знаю, — выдыхает она. — Я тоже тебя люблю.
— Запомни это, — добавляю я, проводя большим пальцем по ее соску.
— Что ты имеешь в виду? — шепчет она, прикрыв глаза. Ее пизда сжимается вокруг моего члена, когда я щипаю ее сосок. Она так чертовски реагирует на мои прикосновения.
Мой член.
Как будто она создана для меня.
— Помни, что я люблю тебя, бабочка, — хриплю я. — Потому что я не могу не хотеть трахнуть тебя так, как я этого не делаю.
Она кончает, ее внутренние стенки доят мой член.
— Майлз, — кричит она, сжимая руками мою куртку, и вращает бедрами вдоль моего члена, забирая от меня то, что ей нужно, пока ее оргазм проходит через нее. Я рычу, так близко к тому, чтобы потерять его. Как только она закончила, я вылезаю из нее и опускаю ее ноги на землю.— Подожди. А ты?
Я нажимаю на ее плечи, одновременно вынимая телефон из кармана.
Должно быть, она осознает мои намерения, потому что одаривает меня застенчивой улыбкой, опускаясь на колени, а я нажимаю кнопку записи и включаю вспышку, подчеркивая ее покрасневшие щеки.
— Вот и все, — ворчу я, когда она тянется к моему ноющему члену. — Ты знаешь, что делать, — говорю я ей, наблюдая, как она смотрит на меня со смесью удивления и тоски.
А затем она обхватывает своими идеальными розовыми губами мой блестящий член, стонет, когда пробует себя на вкус. Мои пальцы запутываются в ее кудрях, и я сжимаю ее волосы в кулаке, забивая себя еще глубже в ее рот.
— У тебя такой идеальный гребаный рот. Такая идеальная гребаная киска. И однажды я окажусь внутри твоей идеальной гребаной задницы.
Она немного замирает, глядя на меня своими большими голубыми глазами. Она отстраняется и проводит языком вокруг кончика моего члена.
— Действительно? — спрашивает она, одной рукой поглаживая меня по всей длине, пока ее язык снова кружится вокруг набухшей головки моего члена.
Я отстраняюсь от нее, кладя руку ей на макушку.
— Сколько раз тебе говорить? Я хочу тебя — всю тебе. Я хочу трахать тебя во все стороны, в каждую дырку, в каждой комнате этого замка, каждый божий день до тех пор, пока ты будешь со мной.
Она сглатывает, и я наблюдаю, как ее горло покачивается.
Я погружаясь между ее губ и кратко глядя на экран, чтобы убедиться, что записываю это. Я не ожидаю, что это когда-нибудь понадобится, но одно только знание того, что у меня есть ее фотографии и видео с нами, вызывает дрожь у основания моего позвоночника, сжимая мои яйца, когда мой оргазм приближается.
И тут моя жена открывает рот, прижав язык.
Одна из ее маленьких ручек продолжает поглаживать меня, ее губы поглощают меня, а другая касается моих яиц.
— Черт, — стону я.
— Мне нравится смотреть, как ты сосешь мой член, — говорю я ей. — Посмотри на себя, на коленях перед мужем, как хорошая женушка, — говорю я, и она стонет от моих слов.
 Я ухмыляюсь. У моей жены склонность к похвале, не так ли? 
Я погружаюсь глубже в ее рот, наслаждаясь звуком ее рвотных позывов.
  
 — Иди до конца, — приказываю я. — Я знаю, что ты можешь.
Она снова стонет, глядя на меня, и черт возьми.
Я теряю это полностью.
— Черт, это моя девочка, — шепчу я. — Я собираюсь кончить. — Она не смягчается. Вместо этого она все усиливает, слегка всасывая рот. — Боже, да…