Ица (СИ)
Егор сдвинулся к спинке кровати, увлекая за собой Аню.
— В том числе. Мне будет спокойнее. И я быстрее разберусь со всеми делами здесь.
Ей совершенно не хотелось уезжать. Правда, она давно не навещала Марь-Михалну. Да и по Ваське соскучилась. Аня неопределённо качнула головой.
— Я сам отвезу тебя завтра утром. — Егор коснулся её подбородка. — И заберу к дню рождения.
Он видел, как радостно вспыхнули её глаза.
— Я точно знаю какого числа ты родилась. — Он поцеловал её в нос.
— Как и я точно знаю, в какой день родился ты, — сказала Аня.
— Отмазки про «закрутились и забыли» не прокатят? — Егор смешно наморщил лоб.
— Не-а, — рассмеялась Аня.
33. Целое и хромое
Они выехали рано утром, потому что к обеду Егору нужно было вернуться обратно. Аня не заикалась про мотоцикл — она пообещала не садиться на него неделю, а срок ещё не истёк, да и вспоминать ту свою вспышку в духе несдержанной малолетки ей совсем не хотелось.
Накануне вечером Аня позвонила Марь-Михалне, спросив удобно ли будет, если она приедет и поживёт у них немного дольше на этот раз. Получив подтверждение и радостный визг Алки, в ту же секунду приступившей к подготовке встречи, Аня предупредила Ваську. В общаге быстро побросала в сумку необходимые вещи, сложила рукоделие и написала Василисе, что около недели её не будет в городе.
В машине Аня сидела полубоком, наблюдая за сосредоточенным профилем Егора, который был задумчиво молчалив и постоянно перебирал пальцы её руки, которую перетянул на своё бедро, как только они выехали на трассу.
— Ты слишком тихий сегодня. Меня это беспокоит, — Аня нарушила затянувшееся молчание.
— Не стоит, — Егор глянул на неё и вернул внимание на дорогу. — Вчера я был чрезмерно громким. Сегодня баланс соблюдён. — А рукой продолжал своё беспрерывное поглаживание её пальцев.
Она не лезла к нему с расспросами. Вчера они шагнули во что-то новое для себя. Перевозбуждённые. Сначала делающие, а после думающие. Одурманенные распирающим чувством соревнования и желания обозначить своё место рядом друг с другом.
Поздно вечером они вернулись в его квартиру. Она первая сходила в душ, а потом долго ждала его. Он выключил везде свет, подложил под спину подушку и притянул её к себе, крепко обнимая. Аня приподняла голову, но Егор прижал её ещё ближе и потёрся подбородком об её темечко. Она поцеловала его куда-то в шею и вжалась щекой и руками в его грудь.
— Прости, — произнёс в её волосы.
— За что? — спросила она, когда никаких пояснений так и не последовало.
— Я знаю, что переборщил.
Аня приподнялась, и он не стал более её удерживать. Она села, продолжая опираться на него.
— Вылил на тебя всё до кучи. Напряг этого дня, досаду на подковёрные игры. Ты не замечаешь, как пацаны на тебя поглядывают, но я вижу и… — на секунду он прикрыл глаза. — Как ты тогда сказала? Либо розовые сопли, либо скальп снять. Я готов скальп снять. С себя.
Она смяла ткань его футболки. Он перехватил её руку, поднёс к губам и поцеловал пальцы, задерживаясь на каждом и впитывая тепло её кожи. Аня скользнула рукой по немного шершавой щеке, наклонилась и поцеловала его в губы. Он ответил. Нежно и поглаживающе. Без напора и не поддаваясь ему с её стороны.
— Ты влетела в мою устоявшуюся жизнь, и я хочу тебя в ней повсюду, с каждым днём всё больше. Это пугает. И радует. И я, кажется, не совсем успеваю за происходящим, моя маленькая Ица.
Она хмыкнула:
— Мне начинает нравиться это странное слово.
— Иди сюда. — Егор раскрыл объятия, и Аня устроилась у него на плече. Они сплелись и долго просто лежали в тишине, пока их не накрыл сон.
Она сидела рядом с ним на пассажирском сиденье и понимала, что Егор ей многое не договаривает, но видела и ощущала его волнение за неё, и за то, что рядом с ним она, пусть и пассивный, но соучастник его дел. Поэтому не спорила, согласившись на побывку вдали от него. Пусть он не отвлекается, она подождёт. И всё равно будет с ним.
Он сказал, что любит её. Наверное, только в самых смелых мечтах, которые она себе категорично не позволяла, но которые жили в дальних тайных и укромных закутках её души, она допускала проблеск, едва уловимым мановением, такого желания. Она была настроена быть рядом, пока ему с ней интересно, хорошо физически, непонятно и от того любопытно. Не загадывая дальше. А он её любит.
Аня не заметила, как задержала дыхание, и закашлялась от недостатка кислорода. Егор бегло взглянул на неё.
— Поперхнулась? — он потянулся, открыл бардачок и вытащил маленькую бутылку воды. — Держи.
Аня открыла её и сделала несколько небольших глотков. Предложила Егору. Он отказался. Она закрутила крышку и поставила бутылочку в карман на дверце. Её рука тут же снова заняла место на его ноге. Она улыбнулась такому стремлению к тесному контакту при всей нынешней видимой отстранённости Егора, развернула ладонь и переплела их пальцы.
— Михалыч говорит, дельный человек за твоим мотоциклом следит. Расскажешь, кто такой?
— Васька, мой друг. Мы с ним с первого класса вместе учились.
— Ты друзей по имени подбираешь? — усмехнулся Егор и скосил глаза в её сторону.
— Повторяешь мою реакцию при знакомстве с Василисой, — фыркнула Аня.
— Можем попробовать привлечь твоего друга. Устроит, дальше сработаемся. Толковые механики в большой цене.
— Я спрошу, спасибо.
— Зачем откладывать? Можем сразу к нему заехать.
Она натянулась вся, но взгляд, как всегда, от его лица не отвела. Он его явственно ощущал кожей.
— Давай я сама сначала.
Егор прищурился.
— Васька… Тот, с которым ты пробовала целоваться?
Аня вздохнула.
— Мы просто друзья. Он мне как брат.
— Но ты не хочешь, чтобы он видел нас вместе?
— Не так. — Аня крепче сжала его пальцы. — Я хочу прежде с ним поговорить. Иначе ему может быть больно.
Серый взгляд потемнел.
— Он не знает про нас?
— Знает, что у меня есть мужчина. Только одно дело знать, другое — видеть.
— Не могу поверить, что везу тебя к парню, который в тебя влюблён. — Егор сильнее сдавил руль.
— Егор, — Аня положила руку ему на локоть, — не глупи.
Он уставился на дорогу. Аня убрала руку и отвернулась к боковому окну. Машина сбавила скорость и съехала на обочину. Она чувствовала, что Егор повернулся к ней и ждёт, когда она сделает то же самое.
— Ань, тебе я верю. Но делать вид, что мне плевать, что другой парень питает к тебе больше, чем просто дружеские чувства, я не могу.
Она обернулась.
— Хорошо. Ночевать на чердаке его гаража я больше не буду.
Она прижала костяшки пальцев к губам, чтобы не рассмеяться над выражением лица Егора. Он перестал моргать, сверля её взглядом.
— Ты специально? — он оставался серьёзным.
— Я даже не уверена, в силе ли его симпатия ко мне до сих пор, — Аня выбрала честность, прекратив поползновения под шкуру. — После той попытки поцелуя мы выбрали остаться друзьями и больше к этой теме не возвращались. Но намеренно обжиматься и целоваться с тобой при нём, чтобы проверить, я не хочу.
Егор снова захватил её руку.
— Я опять перебарщиваю.
Он подался к ней, одновременно притягивая её к себе. Уткнулся лбом в её лоб.
— Ну, я тоже не отличаюсь сдержанностью, — ответила Аня, проведя туда-сюда кончиком носа по его носу.
Егор немного отклонился, чтобы чётко смотреть в её глаза: — Я люблю тебя.
Аня судорожно вздохнула.
— А со мной и так всё понятно.
На его губах мелькнула тень улыбки.
— Иногда недостаточно догадываться. Хочется услышать.
Она обняла его другой рукой за шею и негромко произнесла:
— Я тебя люблю.
Остаток пути они провели в молчании, разговаривая только руками. Егор довёз Аню до дома воспитательницы. Не выходя из машины, так же нежно и медленно, как ночью, поцеловал, словно запоминая форму и контур её губ, высадил и уехал. Аня стояла и смотрела вслед удаляющейся машине, пока та не скрылась за поворотом. Внутри засело ощущение чего-то так и не высказанного, но очевидного, которое она никак не могла распознать. Что ж, времени подумать и ухватить эту ускользающую мысль у неё много. Аня поправила лямку рюкзака, развернулась к дому и встретилась со взглядом Васьки, который внимательно смотрел на неё из окна.