Кошки-мышки (СИ)
Летучая мышь как раз закладывала виртуозный вираж, намереваясь атаковать котенка в очередной раз, когда откуда ни возьмись, посреди коридора появилось рыжее мохнатое чудовище. Нет, чудовищем этот зверь, конечно же, казался только по сравнению с крошечным котенком. Маленький звереныш с перепуга так быстро рванул с места и подпрыгнул так высоко, как никогда раньше у него не получалось. Он допрыгнул до нижнего края картины на стене и зацепился за раму когтями правой передней лапки, да так и повис там, слегка покачиваясь по инерции. А рыжий лохматый полукнизл с любопытством рассматривал его снизу и облизывался: то ли планировал попробовать на вкус котенка, то ли просто решил поиздеваться и напугать того посильнее. Снейп-мышь принимал решения так же быстро, как и его человеческая основа. Он на лету подкорректировал свою траекторию и со всего маху врезался в морду полукнизла. Не дав тому опомниться, мышь взлетела и повторила свой трюк. Благо в играх с котенком Снейп очень хорошо натренировался это делать без вреда для своих крыльев. Рыжее чудовище взвыло от неожиданности, получив дважды по морде от летучей мыши, и решило, что лучше будет ретироваться, чем издеваться над маленькими. А котенок тем временем начал жалобно попискивать. Оказалось, что висел он на раме не по своей воле. Один его коготок застрял в углу между планками рамы и теперь грозил вырваться с мясом. Котенок изогнулся и наконец-то изловчился освободить кровоточащий коготь из плена. Котик шлепнулся на каменный пол, и снова карма подвела его. То ли от боли, то ли от неожиданности не успев сгруппироваться, он с глухим стуком приложился головой. Сознание котенок не потерял, но на несколько секунд неподвижно застыл на полу.
Снейп-мышь мотнулся за угол. Он не хотел причинять маленькому другу еще и психологическую травму, превращаясь у него на глазах в человека. Только вот Северус не учел, что перекидываясь сразу за поворотом коридора, он расположился между горящим факелом и стеной, на которой ошалевший от приключений котенок отчетливо видел его тень. Когда из маленького пятнышка тени, оставляемой на стене мышью, выросла тень человека, Поттер в один миг понял, что все это время играл с анимагом. Само по себе это вызвало неловкость. Но когда он увидел, кто через пару секунд вышел из-за поворота, то готов был прикинуться совсем больным, а лучше - и вовсе дохлым. Снейп! Та тень на стене, в которую превратилась тень игривой летучей мыши, принадлежала профессору ЗОТИ Северусу Снейпу!
- Ты как?
Заботливый голос и нежные касания теплых пальцев заставили котенка задрожать. Или это была реакция на личность спасителя?
- Потерпи, - Снейп аккуратно ощупывал котенка. - Кости целы, голова тоже будто бы без повреждений, - Северус достал волшебную палочку из кармана, и Гарри-котенок неосознанно сжался в комок, представляя, как сейчас его сущность будет раскрыта, а сам он безжалостно уничтожен. - Тихо, не бойся. Я только проверю, - взмах палочки, и над котенком зависли цветные нити диагностического заклинания. - Я в котятах не сильно разбираюсь, - говорил тем временем Снейп, пряча палочку и поднимая котенка на руки, - но судя по всему, у тебя небольшая контузия от удара о пол.
«Это от реальности у меня контузия, профессор, - Гарри удивился, что его мысль очень сильно походила тоном на обычные ехидные замечания Снейпа. - Анимаг не может быть летучей мышью, так же как рыбой, червяком или совой, или еще десятком неприемлемых форм, не считая волшебных существ. Это только мне могло так «повезти». Единственное живое существо, встретившееся мне в коридорах Хогвартса ночью, оказалось неправильным анимагом. Таким же неправильным, как и я. Какова должна быть вероятность, что встретятся два неправильных анимага, превращающихся в то, что считается исключением для анимагической трансформации? Оказывается, эта вероятность очень велика, если один из этих анимагов-исключений я - Гарри Поттер», - мысль Гарри отдавала обреченностью и легким смирением с тем, что в его жизни все не так, как у нормальных волшебников.
- А вот с когтем следует немного разобраться, - Северус решительно направился к своим комнатам. - Ты же не хочешь его лишиться? - продолжал он разговаривать с котенком, который все еще был очень напряжен, несмотря на то, что ему уже ничего реально не угрожало. - Я только немного подлечу твою лапу и отпущу. Даже могу принести тебя сюда обратно, чтобы ты не заблудился, - пообещал Северус.
Поттер впервые был в личных комнатах Снейпа. Даже когда им приходилось заниматься окклюменцией, они проводили занятия в кабинете профессора. Сейчас же у Гарри была отличная возможность заглянуть в мир, скрытый от посторонних глаз. Вряд ли Снейп принимал здесь в гостях даже коллег, разве что Дамблдор мог побывать в этих комнатах. Не зря же директор так доверял Снейпу. Ничего необычного Поттер не увидел, пока лежал на столе, куда его-котенка уложил профессор. Обычная комната, оформленная в коричневых тонах, с книжными шкафами, камином и парой кресел возле него.
- Готов? - Снейп принес несколько флакончиков с разноцветными зельями и рулончик бинта, от которого сразу резким рывком оторвал кусок и, смочив его в остро-пахнущей жидкости, начал аккуратно вытирать окровавленную лапку котенка, стараясь не дотрагиваться до поврежденного когтя. Потом залил ранку сначала обеззараживающим, а затем и заживляющим зельем. Поттер, которому часто приходилось с травмами попадать в больничное крыло, прекрасно узнал каждое зелье по запаху, несмотря на то, что, будучи котенком, он слышал его резче и различал больше оттенков.
- Сейчас немного полежишь, и потом можно будет опять бегать, - Снейп уничтожил заклинанием грязный бинтик, собрал свои флакончики и унес в другую комнату. Скорее всего, в лабораторию, как решил Гарри по доносящимся от двери специфическим запахам.
Дав котенку полежать минут пять, Снейп взял его на руки и прежде, чем отнести назад в коридор на четвертом этаже, решил побаловать себя его присутствием. Он уселся в кресле возле камина и, положив котенка на колени, начал легонько поглаживать его по спинке.
Гарри-котенок сначала очень напрягся, когда Снейп взял его в руки, но мерные ласковые поглаживания сделали свое дело - он расслабился и даже начал тихонько урчать. Когда Поттер понял, что еще немного, и он заснет, страх заставил его встряхнуться. Он завозился на руках Снейпа и начал мяукать, намекая, что было бы неплохо, чтобы его вернули туда, откуда взяли. Топать самостоятельно своими короткими лапами из подземелья в гриффиндорскую спальню ему очень не хотелось. Так что было бы просто здорово, если бы Снейп сдержал свое обещание и половину пути пронес его на руках. Да это было бы и значительно быстрее, если не считать, что экономились силы недавно травмированного котенка.
Снейп свое слово сдержал и отнес его в коридор возле библиотеки, где Гарри-котенок, мяукнув на прощание, мигом нырнул в крысиный тоннель, убегая от спасителя подальше.
***
В понедельник на уроке ЗОТИ Поттер сидел как на иголках. Предыдущей ночью он, вернувшись в свою спальню, еле успокоился, чтобы заснуть и создать себе условия для возвращения облика человека. Ему с самого начала урока все время казалось, что Снейп сейчас глянет на него и сразу все поймет. И жить тогда Гарри останется ровно столько, сколько тому необходимо будет для того, чтобы выхватить волшебную палочку. Он ведь понимал, что Снейп никогда ему не простит, что он теперь, во-первых, знает анимагическую форму саркастичного профессора, во-вторых, видел его улыбающимся и, в-третьих, он с ним играл в догонялки! Поттеру хотелось постучаться головой о столешницу, но он из последних сил сдерживался, надеясь, что Снейп ни о чем не узнает. Как бы Гарри ни относился к нему, он прекрасно понимал, что гордость не позволит Снейпу, догадавшемуся о сути котенка, все оставить без изменений. И когда для профессора настанет это время прозрения, Гарри может начинать отсчитывать мгновения до своего конца. Никакой Волдеморт никогда не пугал Поттера настолько сильно, как мысль о том, что Снейп все узнает. Урок прошел как в тумане. Во время практической части Гарри получил свою долю саркастичных замечаний. Но не мог же он признаться, что у него болит палец на руке. Да-да. Именно тот, коготь с которого был у него поврежден ночью. Не у него, конечно, а у его анимагической формы. Поттер впервые на своей шкуре почувствовал, как происходит взаимосвязь образов анимага. Палец болел существенно, но внешне не было никаких признаков его повреждения, уже не говоря о том, что котенку больной коготь Снейп залечил.