Кошки-мышки (СИ)

- Мисс Браун, я вижу, вы горите желанием получить отработку? - насмешливо, подпустив язвительности в голос, поинтересовался Снейп. Скользнув взглядом по классу, он заметил легкий кивок Поттера, словно тот подсказывал Лаванде Браун, что именно следует ответить.
- Если вы считаете это необходимым, сэр, - потупив взгляд, неуверенно произнесла Лаванда, имевшая стойкую репутацию пустоголовой дурочки. Но видимо репутация ее была не оправдана. Снейп успел заметить ее внимательный взгляд на Поттера. Значит на прошлой «отработке» Гарри понял его намек и успел предварительно поговорить с ней. Это радовало. И не потому, что еще один ученик присоединялся к дополнительным занятиям, а потому что Поттер, вероятнее всего, понимает его действия. Следовательно, они теперь по-настоящему «на одной стороне баррикад».
  
- Разумеется, я именно так и считаю, мисс Браун. Отработка в пятницу. Я не собираюсь возиться со всеми неучами и лентяями каждый день. Все, кто будет впредь получать взыскание на уроке ЗОТИ, приходят ко мне на отработку по пятницам. Постарайтесь запомнить это, - Снейп обращался преимущественно к гриффиндорской части класса, потому что наказывать слизеринцев было не в его правилах. И об этом знали все присутствующие.
***
Снейп и Поттер продолжали присматриваться друг к другу, но ни разу так и не поговорили о чем-то, кроме правил выполнения того или иного заклинания во время занятий. Да и разговором это назвать было сложно - говорил Снейп, а Поттер только кивал, показывая, что он понял наставления. Раньше Северуса очень раздражала привычка Поттера заменять слова жестами, в том числе и кивками. Но теперь он был готов согласиться, что зачастую это очень экономит время - кивок не перебивает речь оппонента, но дает тому знать, что его слова понятны.
К марту месяцу Снейп заподозрил, что Поттеру известна его анимагическая форма. Еще со времени того случая, когда Гарри-котенок заботился о летучей мышке после свидания Снейпа с Темным Лордом, в голову Северуса закралось подозрение. И теперь, наблюдая за Поттером и за ним же в анимагической форме, Снейп готов был признать, что в любом образе Поттер ведет себя одинаково по отношению к нему самому. Поттер молча сносил его язвительность на уроках, а котенок сдерживался и на тычок или щелчок по носу не отвечал ростом агрессии. Хотя ведь было бы вполне закономерно, если бы Гарри-кот решил проучить наглую летучую мышь и стукнуть ее посильнее в ответ на ее скверное поведение. Снейп предполагал, что сдержанность Поттера - это сознательная, а не естественная его реакция на окружающий мир. По натуре Гарри очень эмоциональный и импульсивный. И то, что он начал сдерживать свои порывы дерзко высказывать собственное мнение в отношении Снейпа, должно было что-то означать. Даже если Поттер наконец-то понял мотивы поведения Снейпа, это еще не говорит о том, что он обязан молча сносить его сарказм и язвительность. Из этого Северус сделал шаткий, но вполне возможный вывод - в поведение Поттера вмешивается личное отношение, выработавшееся в результате дружеской связи котенка и летучей мыши. К тому же Снейп заметил, что если их «ночные игры» проходили накануне дня, когда было занятие по ЗОТИ у шестого курса, Гарри всегда более упорно отводил взгляд от Снейпа, словно боялся себя выдать. И это служило еще одной косвенной уликой для того, чтобы предположить, что Поттер знает, кто прячется под видом летучей мыши, развлекающейся по ночам с котенком.
Когда мысль о раскрытом инкогнито летучей мыши впервые пришла в голову Снейпа, он занервничал. Это было его тайной, и раньше никто об этом не знал. Незарегистрированных анимагов гораздо больше, чем предполагает Министерство Магии. И Снейп стал одним из них, освоив этот непростой раздел магических наук после того, как узнал об анимагических достижениях Джеймса Поттера и Сириуса Блэка. Он не мог даже мысли допустить, чтобы кто-то из ненавистных Мародеров хоть в чем-то его превзошел. Но со временем Северус свыкся с мыслью, что, возможно, Гарри знает, с кем его свела судьба в ночных коридорах Хогвартса. Поэтому не было ничего удивительного, что Снейп стал задумываться о том, чтобы «снять маски». И дело было не только в личных отношениях. В последние два года Северус часто спорил с Дамблдором, утверждая, что Поттер уже достаточно взрослый для того, чтобы доверить ему больше информации о работе Ордена Феникса. Он аргументировал это тем, что тогда Поттер не влезал бы в неприятности только из-за своего неуемного любопытства. Дамблдор же придерживался мысли, что не стоит раньше времени портить парню жизнь и отбирать у него детство и юность. Особенно сильно эти споры вспыхнули после событий в Отделе Тайн. И теперь, считал Северус, подвернулся удачный момент, чтобы доказать Альбусу свою правоту: Поттеру можно и нужно доверять немного больше информации, заставляя тем самым быть ответственнее в поступках.
Теперь все зависело от того, какую реакцию у Поттера вызовет действие Снейпа. Его «шаг навстречу». Есть некоторый шанс, что Северус ошибся в выводах, и Поттер не знает, что летучая мышь является анимагом. При таком раскладе у Гарри будет стресс. Но в любом случае, дальнейшие действия Снейп сможет планировать только после того, как узнает, какую линию поведения выберет Поттер.
***
Гарри не отличался усидчивостью над книгами, как Гермиона, но и дураком не был. Он понимал, что такой внимательный человек, как Снейп, в конце концов, когда-нибудь узнает, что котенок в ночном коридоре - это Поттер. Вспоминая свой шок, когда выяснилось, что летучая мышка - это анимагическая форма Снейпа, Гарри теперь уже не был так уверен, что его убьют на месте, когда тайна котенка раскроется. Это может вызвать удивление, злость, досаду, но ни одно из этих чувств не заставит Снейпа совершить столь кардинальное действие, как убийство. Максимум, что грозит Поттеру, это стирание памяти. А Обливиэйт - не самое страшное в жизни Гарри. Поэтому он уже давно не особо переживал по поводу, что Снейп догадается о сущности котенка. Но, помня о способности Снейпа в легилименции, Поттер все же отводил взгляд в сторону, когда находился рядом с ним.
========== Глава 9 ==========
Что-то сегодня летучая мышь была явно в ударе. Она просто не давала ни секунды отдыха котенку, заставляя того носиться в погоне за ней по коридору. И вот когда Гарри-кот был вымотан и начал делать ошибки, запаздывая с реакцией на атаки, летучая мышь удачным толчком опрокинула котенка на спинку. Малыш замахал лапками в воздухе. Пока он не успел перевернуться и подняться, летучая мышь, отлетев на несколько ярдов, снова помчалась в атаку. И тут Поттер понял, что ситуация полностью вышла из-под контроля маленького котенка. Стремительно приближаясь к нему, летучая мышь почти мгновенно увеличилась в размерах, превратившись в профессора Снейпа, идущего к нему и держащего в руке волшебную палочку, с кончика которой в Гарри полетело заклинание.
Даже не слыша, каким заклинанием в него запустил Снейп, Поттер уже понял, что сейчас произойдет. Он еще успел похвалить себя за то, что никогда не переодевался в пижаму и ложился спать в джинсах и свитере, когда собирался на ночную прогулку в анимагической форме. Впервые Гарри превращался не во сне. Это оказалось слегка неприятным. Закружилась голова, и к горлу подкатила небольшая тошнота. Во всем теле мышцы на миг закаменели, и сразу же мир изменился. Исчезло многообразие запахов, уши словно заложило из-за резкой потери остроты слуха, о зрении и вовсе говорить не приходилось, учитывая, что у Гарри была небольшая близорукость. Он так и продолжал лежать на полу - оглушенный и дезориентированный произошедшим насильственным превращением. Сердце колотилось где-то в районе горла не из-за страха, а после первого превращения, совершенного и прочувствованного не во сне.
- Поттер, с вами все в порядке? - Северус видел растерянность на лице Гарри, который продолжал лежать на спине посреди коридора, раскинув руки и тяжело дыша, словно только что долго бежал. Что-то было не так, и Снейп это понял, только еще не разобрался в чем причина странного поведения Поттера.