На другом берегу любви (СИ)

Я улыбаюсь и киваю.
— Есть, конечно. Вот только оборотней в моем мире не существует. Хотя, до недавнего времени я и о ведьмах с магами так думал.
— Так ты в своем мире был обычным человеком?
— Ага. И признаться, буду жутко скучать по нашим ночным вылазкам.
Стоит заикнуться о предстоящем уходе, и глаза брата наполняются печалью.
— Вот бы я мог отправиться с собой! Как бы хотелось увидеть этот твой мир с огромными городами, быстрыми машинами и той самой сетью.
Мне бы и самому этого хотелось, так сильно, что сердце сжимается от тоски. Но вместо этого я держу лицо. Я должен быть сильным и подавать младшему во всем пример.
— Не уверен, что это возможно, — отвечаю сдержанно. — Да и мать с отцом, на кого ты их оставишь? После моего ухода только на тебе здесь все и будет держаться.
— Это так, — тяжело вздыхает брат. — Если Фэйл сдержит слово и пришлет подмогу к следующей буре, будет проще.
— Эльфы всегда держат слово. Забыл? А еще я поговорю с Татьяной Львовной. Мама Леры сильная ведьма и много на что способна. Если хорошо попросить, она не откажет. Вам тут давно пора объединиться перед лицом общей угрозы, а не тащить это все с отцом в одиночку на своих плечах. Кто знает, может, для этого меня сюда и занесло? Договариваться и находить компромиссы у меня всегда выходило неплохо.
* * *
Когда я застаю Леру на кухне, хлопочущую вместе с матерью и сестрой по дому, мое сердце переполняет радость.
— Егор… — смотрит она на меня во все глаза, и я, как заколдованный, смотрю на нее. — Ой, то есть, Милош, — заметив за моей спиной Добруша, Лера виновато прикрывает рот ладонью.
— Не пугайся, я все ему рассказал. И родителям тоже. Больше никакого вранья, как и должно быть.
— Здравствуйте, — робеет в присутствии моего брата Ульянка, и манерно теребит свои косы.
Ее питомцу Вольту он тоже нравится. Не успел Добруш появиться, тот уже трется об него носом, издавая странные звуки, а еще едва заметно светится.
— Он не взорвется ненароком от радости? — ухмыляется брат, и уже сам охотно наглаживает Вольта. — Странный у вас питомец. Но ничего такой, ласковый.
— Как ты себя чувствуешь? — подхожу к Лере ближе, даже боясь к ней прикоснуться. После того, как едва не потерял, я теперь буду беречь ее будто хрустальную.
Лера улыбается, и сама обвивает мою шею руками, оставляя на щеке невинный поцелуй.
— Я тоже успел соскучиться, — шепчу ей на ушко едва слышно. — Но не слишком ли рано ты встала с постели после тяжелого ранения?
— Все хорошо. Я почти полностью восстановилась.
Желая продемонстрировать мне свою спину, она разворачивается, перекидывает косу через плечо. Открытый сарафан не мешает обзору.
— Удивительно… Даже следа не осталось, — касаюсь пальцами нежной кожи и невольно склоняюсь ниже, втягиваю носом запах ее волос.
— Мамина магия, — задорно улыбается Лера, будто заигрывает со мной, и я не налюбуюсь на это зрелище. Так бы и смотрел.
Мне хочется большего, только мы в помещении не одни, и я держу себя в руках. Но даже этого достаточно, чтобы мой внутренний волк в присутствии истинной пары напускал слюней.
— Как же ты меня напугала… Всех нас.
— Все позади, — девичьи ладони опускаются на мою грудь, и я ласково обнимаю Леру, притягиваю к себе. — Спасибо, что был со мной все эти дни. Я чувствовала тебя, и это очень помогало, придавало сил.
— Спасибо, что вернулась ко мне, — целую ее в волосы, и отчего-то в этот момент ощущаю себя самым счастливым на свете. — Раз тебе стало лучше, составишь мне компанию на Празднике жизни?
— Праздник жизни. Звучит заманчиво, — поднимает на меня взгляд своих ясных глаз и легонько закусывает нижнюю губу, так и нарываясь на поцелуй.
— Если честно, понятия не имею, что там намечается за вечеринка, но местные говорят, будет весело.
* * *
Облачившись в праздничную рубаху, которую выдала мать, я прихожу на праздник. Солнце начало опускаться за горизонт, окрашивая небо в золотистые и розовые тона. Повсюду раздается смех, на лицах людей сияют улыбки, в воздухе царит атмосфера радости.
 
Праздник жизни в «Пропади пропадом» напоминает картину, написанную яркими красками. Расставленные столы украсили вышитые скатерти и цветочные букеты, над поляной витают ароматы свежей выпечки, фруктов и медовухи. Дети и взрослые дарят друг другу венки из полевых цветов.
Я ощущаю, как сердце наполняется радостью, когда пробираюсь через толпу навстречу к Лере. Ее мама тоже здесь, и Уля со своими новыми подружками. Моя Лерка особенно выделяется на фоне остальных девушек: красивая, стройная, уверенная в себе. Ее голову украшает венок, в длинную косу вплетены яркие летние цветы, что придает образу особую прелесть. Легкое платье, развевающееся на ветру, словно порывистое облако, подчеркивает девичью грацию.
— Привет. Ты прекрасна.
— Перестань, я смущаюсь.
— Но это правда. Идем, — беру ее за руку и тяну за собой, туда, где Добруш и наши родные уже водят хороводы.
Прежде никогда бы на такое не решился. Где я, Егор Ветров, и где хороводы? Илюхин ржал бы надо мной в голос. Но Лера светится от счастья, и я уже готов подпевать вместе с остальными, лишь бы радость в ее глазах никогда не угасала.
После общего застолья празднование становится еще веселее: песни, танцы, конкурсы, повсюду звучит задорный смех. Словно и не было всего этого ужаса с нашествием зомбаков, не было горы трупов и ритуальных костров. Жизнь продолжается!
Она сильнее всего, и всегда победит. Пробьется сквозь камни, выдержит огонь и воду. После долгих страданий и испытаний, люди находят в себе силы радоваться жизни. В звонком обоюдном смехе, в каждом волнующем мгновении, они вновь обретают надежду. Песни звучат так громко, что побеждают даже самые мрачные воспоминания.
Танцы вокруг костров и стройные хороводы со свечами в руках, все это напоминает о том, что счастье можно найти даже в самые трудные времена. Конкурсы, где друзья соревнуются друг с другом, смех и радость — исцеляют души и объединяют сердца.
Подходит час, когда слово берет старейшина, и все разом замолкают. Я сжимаю Лерину руку в своей, и невольно обвожу взглядом дорогих мне людей, собравшихся за большим столом, людей, ставших для меня такими родными.
— Здесь, среди друзей и близких, мир кажется светлее. Жизнь продолжается, и вместе с ней череда воспоминаний, новых начинаний и открытий. Потому что именно в трудные времена человек познает настоящую ценность жизни, любви и дружбы, — произносит старец, попадая в самое сердце. — Каждый человек часть чего-то целого, и только вместе мы способны справиться с любыми вызовами. Вера в будущее, взаимоподдержка и любовь станут той силой, которая позволит нам преодолеть предстоящие преграды.
Праздник жизни близился к концу. Молодежь требует продолжения и рассказов ведуньи у костра. А вот старики уже начинают понемногу расходиться.
Нацепив на мою голову венок, Добруш усаживается поближе. Рядом с ним по обыкновению оказываются Ульянка.
— Что-то у тебя слишком серьезная физиономия для праздника, — подмечает брат.
— Нормальная физиономия. Просто задумался.
Сняв с головы украшение, я разглядываю необычные цветы, переливающиеся в лунном свете.
— Правда, красивые? Это страстоцвет, — подмечает мой интерес Ульянка. — Редкие цветы и ценные для разных лечебных составов. Жаль только этим летом отцветают раньше срока, не успею много собрать.
— Раньше срока⁈ — переводит на нее взволнованный взгляд Лера. — А когда отцветет последний?
— Да кто ж его знает, — разводит руками Ульянка, — может, через неделю, или того раньше.
После ее слов Лерка становится сама не своя.
— Прогуляемся к реке? — предлагает она мне, только голос у нее какой-то слишком взволнованный.
Пока мы идем через луг, звуки деревни затихают, уступая место лишь шепоту ветра. Вскоре мы оказываемся у берега, где нас по обыкновению ждет лодка.